Через несколько дней весь бомонд Пекина уже судачил о том, как старшая дочь семьи Хэ вступилась за невестку и устроила скандал своей госпоже. Незаметно для всех, после выхода одной желтой газетки, ветер внезапно переменился, и за ней последовали перепечатки в нескольких журналах.
Вскоре поползли слухи, будто старшая мисс Хэ изменяет, недовольна своим любовником, устроила дебош в клубе. Шумиха набирала обороты, и история с изменой Цю Хунчжи давно забылась. Так устроен этот круг — сегодня поют про тебя, завтра про меня. Слухи обожают все, особенно если они о сливках общества.
Мисс Хэ в бешенстве рвется побить и разнести эти бульварные издания, которые несут чепуху. Но разве она такая?
– Легко говорить — разнеси свой семейный скандал! – Но все газеты это печатают, кого бить? Разве можно вот так запросто давить свободу слова в Китае? У кого из них за спиной нет влиятельных покровителей?
Разве можно подавить любое мнение в зародыше?
Ложные новости, даже будучи фальшивыми, заставляют людей верить. Тем более что статьи пестрят фотографиями и выглядят убедительно. Будь мисс Хэ и Юаньюань хоть чуть поскромнее, возможно, все сошло бы на нет. Но они всегда вели себя вызывающе.
Как она могла позволить мужу сесть себе на голову? После нескольких ссор её супруг Су Юэ, привыкший дома подчиняться, на этот раз не вытерпел из-за этого «зелёного колпака» и замахнулся на неё кулаком.
– Ты посмел меня ударить?!
Она отплатила ему парой пощечин.
Представьте, каково мужчине, на которого тычут пальцем из-за такого позора. А жена, надевшая на него этот колпак, вместо раскаяния еще и заявляет, что это он должен ей осознавать свои поступки!
How could Су Юэ, мужчина с достоинством, смириться с этим? Он же полковник – как он теперь сможет смотреть в глаза сослуживцам? Каждый раз, когда он замечает чьи-то шепоты, ему кажется, что все смеются над его трусостью.
После того как он ударил Хэ Юаньюань, прежде чем успел одуматься и пожалеть о содеянном, она уже бросилась на него с ответными ударами. Но что может сделать женщина против разъяренного мужчины? Когда Су Юэ пришёл в себя, барышня Хэ уже лежала без сил, избитая до полусмерти.
Этот случай лишний раз доказал: никогда не стоит недооценивать тихих и скромных мужчин. Если такой человек выходит из себя – последствия могут быть ужасными.
Ещё до развода младшей сестры Су Юэ – Су Нуань, – Хэ Юаньюань уже уехала к родителям, оставив на столе мужа заявление на развод. В это время Цю Хунчжи приехал за своей женой. Су Нуань не хотела идти с ним, но, увидев, какие беды обрушились на семью брата, заколебалась.
– Жена, давай попробуем снова? – Цю Хунчжи тут же опустился на колени перед Су Нуань.
Он, конечно, испытывал искренние чувства к Янь Янь, но как бы ни было сильно это увлечение, реальность оставалась реальностью. Он не мог ради женщины отказаться от всего – ни от семьи, ни от воинского долга. Он уже перерос возраст безрассудных порывов. Даже если бы та женщина потребовала от него подобного, он вряд ли смог бы пойти на такое.
Даже Су Жуй, который изначально хотел устроить Цю Хунчжи выволочку, не выдержал такого зрелища. Ведь не зря говорят – мужчине не стоит опускаться на колени просто так.
– Наньнуань, иди с Чжихуном, – не дожидаясь ответа дочери, первым заговорил её отец Су Жуй.
Он слишком многое повидал за последнее время. Чуткость военного подсказывала ему, что за всем этим стоит чья-то невидимая рука, сводящая нити воедино. Но разгадать этот замысел он пока не мог.
– Будь добра к мужу, когда вернёшься. Мужчин нужно умело уговаривать, не дави на него. Иначе потом пожалеешь, если он в сердцах побежит к какой-нибудь лисичке, – старший брат Су Юэ говорил с сестрой серьёзно, как человек, знающий мужскую натуру.
– Брат, тебе бы лучше свои дела с невесткой уладить. Уговори её вернуться, – не спеша ответила Су Нуань.
– Лучше не вспоминай эту ветреную женщину! – Су Юэ резко нахмурился, едва заговорили о ней.
Что случилось между братом и невесткой, Су Юань не знала. У неё и собственный брак был полон неразберихи. Раз уж никого не могла убедить, она опустила голову и молча последовала за Цю Хунчжи.
Цю Хунчжи забрал жену, но вместо столицы они отправились на северо-запад страны — в самый суровый край. Этот поступок разгневал Цю Цзумина, и в наказание он перевёл сына в самый неблагополучный регион.
– Если тебе будет тяжело, я и отец договоримся, чтобы ты осталась в столице с моим сыном, – перед отъездом Цю Хунчжи сказал Су Нуань.
– Нет, я поеду туда, куда и ты, – она твёрдо покачала головой. Женщины не боятся тягот, но больше всего страшатся потерять сердце мужа. Этот переезд давал ей шанс начать всё заново.
Они давно не жили вдвоём. Столица была прекрасна, но её манили не её богатства. Северо-запад суров, но какая разница, если рядом любимый? Даже в самых трудных условиях можно быть счастливой.
**Небольшой загородный домик под Пекином.**
В одно прекрасное воскресное утро я встретилась с Янь Янь на чаепитие.
– Он уехал, – сказала я подруге.
Конечно, "он" — это Цю Хунчжи.
– Пусть эта парочка уходит. Ему только на пользу иметь такую жену. Это его счастье, – спокойно пила чай Янь Янь. По её поведению нельзя было сказать, испытывает ли она печаль или радость. Возможно, ей и правда было всё равно.
Я не питала особых чувств к Цю Хунчжи – иначе не старалась бы так настойчива разорвать с ним отношения.
– Твой спектакль просто великолепен. Я как раз думала, как заставить её компенсировать ущерб за устроенный скандал. Но теперь оно того стоило, – усмехнулась Янь Янь.
– Это всего лишь развод. Такие самонадеянные женщины должны получать уроки – а то воображают себя королевами, будто весь мир крутится вокруг них, и не думают о последствиях. Интересно, как вообще старший сын семьи Су мог в неё влюбиться?
– Если бы я позволила ей безнаказанно крушить мои вещи, то перестала бы быть Лю Си. Я отхлебнула чаю. Да, я тоже бываю резкой, но всегда придерживаюсь принципа: если не трогают меня – я не трогаю никого. Но раз уж она решила напасть, то естественно, я дам отпор. Вот только получила она в итоге слишком лёгкий развод – дёшево отделалась.
– Зато Ли Юань, который попал под горячую руку, не так просто обмануть. Он требует компенсацию за убытки! – Янь Янь вспомнила последние дни, проведённые в спорах с ним, и покачала головой.
– Ну и что? Пусть попробует доказать, что это я виновата.
– Ты и правда мастер по дешёвым трюкам. Может, подаришь ему сюрприз в конце года? Спроси хотя бы, согласен ли он!
– А почему бы и нет? – Янь Янь хитро улыбнулась. – Ты что, планируешь раскрыть свою личность?
– Ха, угадала! – я приподняла бровь, вертя чашку в руках. – А ты сама-то не подозреваешь, почему Ли Юань заподозрил тебя?
– Разве можно в этом сомневаться? Но он не сказал этого вслух. Если мои дела пойдут так дальше, это плохо скажется на развитии клуба. Ты же знаешь, что сейчас у нас всё успешно, и все остальные готовы двигаться дальше. В столице много богатых людей, но путь и стратегия ведения бизнеса – вот что главное.
Ян Янь задумалась о том, что видела в последние годы.
– Это ключевой момент. Перед тем как приехать в Китай, я слышала, как другие говорят, что Китай отсталый и бедный. Но сейчас я вижу, как здесь тратят огромные деньги.
– Это потому, что ты не погружалась в низы общества, – сузил я глаза. – Наш Китай действительно беден, поэтому и проводятся реформы. Особенно в некоторых старых горных районах – дети даже не могут позволить себе школу, а люди едят дикие растения.
Я вспомнил ферму, где когда-то жил, и окрестные деревни.
– Рыболовство, казалось бы, даёт лучшую жизнь, чем земледелие или работа на фабриках. Но если в семье что-то случается с мужчиной – женщина и дети остаются без средств.
– А если крестьяне, зависящие от погоды, несколько месяцев подряд не видят дождя или, наоборот, страдают от наводнений – урожай пропадает. Или рабочие, у которых несколько детей, а кормить их приходится на одну зарплату…
Я вздохнул.
– Крестьяне хотя бы могут надеяться на землю. А что делать рабочим? Разве их дети не умрут с голоду? Практика показала, что в следующие десятилетия реформ и открытости такие проблемы действительно возникнут.
– Но хотя бы вопрос еды и одежды для народа был решён.
Ян Янь откусила кусочек золотистой выпечки, соблазнительно блестевшей в её руке.
– Ты всё больше походишь на того, кто собирается идти в политику. Не думал унаследовать дело отца?
Голос её звучал легко, но в глазах читался искренний интерес.
Кондитер тут был приглашён Янь Янь из Гонконга. Десерты – печенье, яичные тарталетки, профитроли – просто великолепны. Даже без рекламы слава об этом месте разнеслась по всему городу, и в обеденный перерыв здесь всегда многолюдно.
Гости приходили отовсюду.
– Это естественно. Если такой талант, как я, не пойдёт в политику, это будет преступлением против природы, – полушутя заметил я.
Но разве политический путь так уж прост? Если просто механически отрабатывать положенное, быть чиновником действительно легко. Но если искренне стремиться к тому, чтобы принести пользу людям, быть ответственным и деятельным – сколько на такое способны?
Разве не обязанность чиновника – делать реальные дела? Возможно, феодальная система, столетиями укоренявшаяся в Китае, слишком глубоко проникла в сознание людей. Для них чиновник – это «начальник», а разве все эти начальники действительно считают себя слугами народа?
Сейчас я так рассуждаю, но что, если, ступив на этот путь, я тоже стану таким же равнодушным, как многие другие?
– Ты решила? – спросила Янь Янь, хмурясь.
Я не видел её такой раньше.
Я кивнул и вздохнул. Это ведь её предложение… Так почему же она нахмурилась, услышав мой ответ?
– Женщинам трудно идти по этому пути. Взгляни на наше общество – сколько женщин достигает вершин в политике? Даже те, кто добивается успеха, сталкиваются с куда большей критикой, – в её глазах читалось сожаление… и что-то ещё.
Я не понимал: если ей жаль, откуда тогда это ожидание? Я ведь собирался идти этим путём не ради чьего-то признания.
– Если бы была возможность, я бы с радостью увезла семью подальше от этой суеты и зажила бы в достатке. Но не всё зависит от наших желаний…
(Продолжение следует. Если вам понравилось, поддержите автора голосами – ваша оценка вдохновляет на новые главы.)
http://tl.rulate.ru/book/129621/6151448
Готово:
