И Чу Цзю Нин сразу поняла, о ком говорит Юэ Ань. Улыбнувшись, она подошла к Цзян Чжэнь, прикрыла человека за собой и обратилась к Юэ Ань:
– Она невинно два года томилась в тюрьме и страдала от пыток черного питона. И все это из-за Чу Цзю Нин. Так что, конечно, она тоже хочет поквитаться с Чу Цзю Нин. Повелитель Морей, нет, брат Ань, враг моего врага – мой друг!
Цзян Чжэнь смотрел на нее со смешанным чувством, как она ловко врет. Невольно он вспомнил слова сестры, что эта женщина двуличная. Похоже, ему придется быстро к этому привыкать.
Объяснившись с Юэ Ань, Чу Цзю Нин повернулась к тому, кто стоял за ней, и подмигнула.
Встретившись с ее улыбающимся взглядом, Цзян Чжэнь смущенно опустил голову и послушно ответил:
– Да.
Юэ Ань подозрительно взглянул на них двоих, а Сун Ци Е и Цзюй Линь Юань молча переглянулись.
Юэ Ань повернулся и спросил Фэн Цзю Цин:
– Откуда ты взялась?
Всего за пару дней его отсутствия здесь появилась не только змеиная царица, но и маленькая феникс.
Фэн Цзю Цин подумала, что он ее не узнал, и стесненно представилась:
– Второй брат, я Сяоцзю. Сяоцзю из рода Фэн. Та плакса, которая всегда ходила за тобой в детстве.
Чу Цзю Нин пораженно указала на нее и Юэ Аня:
– Вы... вы знакомы?
Фэн Цзю Цин объяснила ей:
– Сяо Сюэ, помнишь, я рассказывала тебе про своего седьмого дядю, который выращивает лимонные деревья? И про мою седьмую тетю, которая является Королевой Западного моря из клана морей.
– Пф! – Чу Цзю Нин чуть не выплюнула полный рот старой крови. – Так твоя седьмая тетя и есть та, что выращивает длинных?
Она невольно тут же вспомнила двести тысяч золотых слитков в своей сумке, которые еще даже не успели согреться.
Фэн Цзю Цин улыбнулась и кивнула:
– Да, да.
Юэ Ань посмотрел на убитый горем вид Чу Цзюнин, уголки губ его слегка приподнялись. Он подошел к ней, наклонился и тихо спросил:
– Что? Испугалась?
Чу Цзюнин повернулась к нему, на ее лице было шутливое выражение, она прикусила губу:
– В общем... я должна вернуть ей двести тысяч, верно?
– Двести тысяч? Какие двести тысяч? – спросил Фэн Цзюцин, который вообще ничего не понимал.
– Она обманула вашу седьмую тетю на двести тысяч золотых слитков, – раздался вдруг над их головами чистый мужской голос.
– Седьмой дядя?! – Фэн Цзюцин сразу узнал голос своего седьмого дяди, Фэн Вэйтяня.
Чу Цзюнинг напряглась и подумала: «О нет! Здесь человек по имени Юэ Чанъюй!»
В следующую секунду она спряталась за Юэ Ан.
Цзян Чжэнь молча потер лоб и покачал головой. Судя по ее реакции, она, должно быть, снова попала в какую-то передрягу?
Фэйюй и Цзянь Тун не могли не переглянуться. Какой еще трюк выкинула их младшая сестра? Стоит ли им пойти и позвать их мастера?
С криком феникса тень огненного феникса внезапно сверкнула в темном ночном небе. Когда фантом огненного феникса рассеялся, Фэн Вэйтянь спустился с неба.
Поскольку в этот момент они находились в клане Мужунов, Сун Цие первым поклонился, сложив кулаки:
– Владыка Фэн Ци, мои приветствия.
Фэн Вэйтянь поклонился в ответ:
– Я слышал ранее, что клан Мужунов выбрал новую богиню. Я не смог лично прийти, чтобы поздравить вас из-за дел. Прошу прощения, регент.
Конечно, Сун Цие понимал, что это слова вежливости, поэтому он вежливо ответил:
– Понимаю.
Фэн Цзюцин подбежала к нему, как резвая лань, и взволнованно сказала:
– Дядя Ци, почему вы здесь?
Фэн Вэйтянь ласково посмотрел на нее и спросил:
– Сяоцзю, а ты почему здесь?
Затем Фэн Цзюцин кратко рассказал, как она стала ученицей Цзюнь Сюя.
Фэн Вэйтянь одобрительно кивнул, а Фэн Цзюцин с понимающей улыбкой сказал:
– Дядя Ци каждый день либо в лимонном саду, либо в Сихай, так что, конечно, он обо мне не знает.
Юэань тоже подошел и поклонился:
– Третий дядя.
Фэн Вэйтянь посмотрел на него, но на самом деле искал глазами Чу Цзюнин, которая пряталась за его спиной:
– Выходи, ты что, собираешься прятаться всю оставшуюся жизнь?
Что значит «воровать цыпленка, а потерять рис»? Чу Цзюнин сегодня почувствовала это в полной мере. Нет! Это всё вина Юэаня! Она готова была дать обет после получения денег, но Юэань не дал ей ни шанса.
Со слезами на глазах она сняла с пояса мешочек, но всё равно спряталась за Юэанем и протянула мешочек:
– Деньги все здесь, я их тебе возвращаю.
Фэн Цзюцин, глядя на протянутый мешочек, спросил:
– Сяосюэ, что тут вообще происходит?
Как могла Чу Цзюнин осмелиться это сказать? Она чувствовала себя ужасно смущенной. Видя, как Юэань защищает её, он, вероятно, не собирался ничего рассказывать, поэтому Фэн Цзюцин мог спросить только Фэн Вэйтяня:
– Дядя Ци, что случилось?
Фэн Вэйтянь повторил всё, что ему рассказал Юэ Чанюй, и после его слов все онемели. Все даже сочувственно посмотрели на Юэаня. Цзянь Тун не мог сдержаться, покачал головой и сказал:
– Нептун, оказывается, ты в сердце моей младшей сестры стоишь двести тысяч золотых слитков? Тск, тск, как жалко.
Чу Цзюнин стиснула зубы: «Второй старший брат, пожалуйста, замолчи!» Юэань холодно посмотрел на Цзянь Туна:
– Смеёшься надо мной? Может, ты и двухсот тысяч не стоишь?
Цзянь Тун вздохнул, закатил глаза и уже собирался возразить, когда Фэн Цзюцин взял мешочек Чу Цзюнин и первым сказал:
– Дядя Ци, Сяосюэ вернула тебе двести тысяч, можешь забрать их и объясниться с тётей Ци.
Фэн Вэйтянь промолчал, затем продолжил:
– Твоя седьмая тетушка сказала, что если ты согласишься поклясться, она добавит еще триста тысяч.
Что?! Чу Цзюнин резко высунула голову из-за спины Юэ Аня и уставилась на Фэн Вэйтяня:
– Дополнительные триста тысяч за клятву?
Черт! Оказывается, двести тысяч, которые она просила раньше, это слишком мало!
Видя ее реакцию на упоминание денег, Сун Цие и остальные невольно подняли брови. В присутствии Юэ Аня ей пришлось сдерживать себя, даже если ей очень хотелось продать себя подороже.
Лицо Юэ Аня в этот момент оставалось холодным:
– Сяосюэ?
Чу Цзюнин, не говоря ни слова, снова спрятала свою маленькую головку за его спиной:
– Ну... дядя Ци, пожалуйста, передайте моей тете, что я была неправа и очень прошу простить меня.
В конце концов, деньги не так важны, как жизнь. Самая большая трагедия в жизни – это когда человек умирает, а деньги остаются неизрасходованными.
Надо придумать другие способы заработка, например, заставить двух маленьких Пикси охотиться за сокровищами?
На самом деле, Фэн Вэйтянь не очень хотел приходить к Чу Цзюнин, чтобы требовать долг. Главная причина в том, что его жена была очень разгневана этим инцидентом. Как муж, он мог только взять дело в свои руки и пообещать, что всё уладит.
Кроме того, он хотел воспользоваться случаем и увидеть женщину, которая так заинтересовала Юэ Аня.
– О, эти двести тысяч... Не нужно возвращать. Я даже подарки привез, – сказав это, Фэн Вэйтянь достал из-за спины два мешка лимонов: – Это фирменное угощение с горы Фэнцы. Лимоны "Лао Ци", сейчас как раз сезон, вот, возьмите на пробу.
Фэн Цзюцин, глядя на два мешка лимонов, поморщилась, почувствовав кислинку во рту:
– Дядя Ци, это же так кисло, как это можно есть?
Фэн Вэйтянь поднял один лимон и в один укус откусил половину:
– Кисло? Отличный вкус! – Сказав это, он не забыл показать большой палец.
Увидев, что тот даже не поморщился, Цзянь Тун подумала, что лимоны, должно быть, сладкие, и, подойдя, взяла один попробовать.
– Ух! – Цзянь Тун, откусив кусочек, так скривилась, что чуть не упала.
Фэн Цзю не удержалась, схватилась за живот и расхохоталась. – Ха-ха-ха-ха-ха!
Со слезами на глазах и сморщенным от кислого лицом, она спросила: – Что это за волшебный фрукт?
Фэн Вэйтянь с видом знатока неодобрительно покачал головой, взял два лимона и протянул Сун Цие и Цзюй Линьюаню.
– Попробуйте, правда вкусно.
Сун Цие и Цзюй Линьюань, не удержавшись, взяли, но долго не решались попробовать.
– Дядя Ци, я люблю лимоны! – Чу Цзю Нин, выглядывая из-за спины Юэ Аня, подняла руки и сказала.
Глаза Фэн Вэйтяня загорелись. Знает толк!
Юэ Ань остановил Чу Цзю Нин, которая собиралась подойти за лимоном, и тихо сказал: – Сяосюэ, тебе не обязательно никому угождать.
Эм… Чу Цзю Нин хотела сказать, что он не так понял, и она просто планирует использовать свои навыки, чтобы заполучить 200 000, которые Юэ Чанюй проглотил сегодня.
Она улыбнулась ему и сказала: – Уникальный аромат лимона может снять усталость и освежить ум. Кто же его не любит?
Фэн Вэйтянь кивнул в знак согласия и бросил ей лимон. – Хорошо сказано!
Юэ Ань нахмурился, наблюдая, как она с радостью ловит лимон. Цзянь Тун подошла и сказала: – Младшая сестричка, ты правда хочешь его съесть? Он очень кислый, особенно кислый!
Цзянь Тун тоже подумала, что она пытается есть лимоны только для того, чтобы угодить Фэн Вэйтяню.
Чу Цзю Нин подбросила в руке желто-оранжевый лимон. – Дядя Ци, вы когда-нибудь ели блюда, приготовленные с лимонами?
– Готовили? – Фэн Вэйтянь задумался. – Лимоны — это фрукты. Мы обычно едим их сырыми или завариваем водой.
Чу Цзю Нин указала на мешок с лимонами. – Тогда отдайте этот мешок мне. Как насчёт того, чтобы я угостил вас ужином из лимонов?
–Пир из лимонов?– Фэн Вэйтянь сразу заинтересовался. Он махнул рукой, и два мешка с лимонами сами собой подлетели к её ногам. –С нетерпением жду готовое блюдо.
Чу Цзюнин взяла себе один мешок, закинула его за спину. Когда она собиралась взять второй, к ней подбежал Фэн Цзюцин.
–Сяосюэ, позволь мне помочь!
Чу Цзюнин посмотрела на Сун Цие.
–Принц-регент, прошу, позаботьтесь пока о дяде Ци.
Сун Цие тихо вздохнул, сложил руки в почтительном поклоне.
–Слушаюсь, богиня.
Цзян Чжэнь преградил ей путь, протянул руку.
–Я заберу это.
Но как только он сказал это, Чу Цзюнин почувствовала на спине легкое касание. Она обернулась и увидела Юэ Аня, который уже взял мешок.
Он опустил взгляд на Чу Цзюнин.
–Пойдем.
Фэн Цзюцин слабо проговорил:
–А мне кто-нибудь поможет?
http://tl.rulate.ru/book/129596/6131581
Готово:
