Не только Франц заметил, что сдвиг в развитии человечества происходит.
Поэтому реакция американцев пришла быстро и прямолинейно.
Несколько дней спустя компания под названием «Helion Energy» опубликовала сообщение, заголовок которого был таким же кратким и убедительным:
«Helion Energy и Лаборатория Лоуренса Ливморов сотрудничают для достижения чистой выработки энергии в результате термоядерного синтеза».
В сообщении говорится, что компания в тесном сотрудничестве с Лабораторией Лоуренса Ливморов (LLNL), опираясь на огромные массивы экспериментальных данных, накопленных в рамках Национального устройства для инициирования термоядерного синтеза (NIF) США, успешно провела эксперимент «неинициированного термоядерного синтеза» на прототипе пятого поколения с импульсным магнитным удержанием «Venti».
В ходе эксперимента было создано сверхсильное магнитное поле напряженностью до 7 Т и достигнут научный коэффициент выработки энергии (Qsci) в 0,97, а также более заметный коэффициент выработки полезной электроэнергии (Qeng) в 1,10.
Если смотреть только на цифры, то по сравнению с заявленными китайцами 4175 секундами устойчивой работы и Q>1, достижения Helion не кажутся такими впечатляющими.
Qsci 0,97 означает, что энергия, выделяемая в результате термоядерной реакции, близка, но не полностью покрывает энергию, поданную в плазму. Qeng = 1,10 — это более практический инженерный показатель, который показывает, что после вычета всех системных потерь (включая нагрев, поддержание магнитного поля, эффективность рекуперации энергии и т. д.) конечная выработка полезной электроэнергии превышает потребленную электроэнергию.
Это действительно важный шаг вперед в направлении выработки энергии в управляемом термоядерном синтезе, подтверждающий частичную осуществимость концепции рекуперации энергии.
Однако, по сравнению с временем непрерывной работы HL2A в Китае, которое длилось более получаса, его воздействие кажется размытым.
Хотя все еще есть значительная часть людей, сомневающихся в том, является ли невероятное заявление китайской стороны о «4175 секундах» реальным прорывом или магией данных, без всяких сомнений, независимо от того, обсуждают ли это академическое сообщество, СМИ или обыватели, горячая тема обсуждения по-прежнему сосредоточена на западном побережье Тихого океана.
Тем не менее, Helion Energy не желает ограничиваться ролью простого фона.
В тот же день, когда было опубликовано сообщение, вечером в одном из средних конференц-залов их штаб-квартиры, который был довольно футуристичным, прошла пресс-конференция. Она была небольшая и пригласила лишь несколько представителей ведущих международных СМИ.
В отличие от большинства заранее анонсированных пресс-конференций, Helion Energy не раскрывала никаких подробностей до начала мероприятия.
Эта сдержанная стратегия «нападения» наконец подогрела интерес публики.
И факты подтвердили, что ожидания были оправданы.
На мероприятии не было ведущего, и основатель и генеральный директор Helion Energy Дэвид Трей появился на сцене.
«В первую очередь, я хочу поделиться хорошей новостью о развитии Helion Energy», — начал Трей. Его вступительное слово было таким же спокойным и прямым, как и стиль его компании: «Мы только что завершили новую серию финансирования на сумму 10,25 миллиарда долларов США, что привело к тому, что общая сумма инвестиций в Helion Energy с момента ее основания официально превысила 40 миллиардов долларов. Что еще более важно, после этой серии финансирования рыночная капитализация Helion Energy превысила 80 миллиардов долларов…»
«…»
В зале раздался слабый и вежливый аплодисмент.
Финансирование в размере 40 миллиардов долларов для компании такого размера — это, безусловно, огромная сумма, которая свидетельствует о том, что инвесторы имеют огромное доверие к их стратегии.
Но, очевидно, этого недостаточно, чтобы оправдать ожидания публики от сегодняшнего вечера.
В современном технологическом мире финансирование и оценка не являются чем-то необычным.
Однако следующие действия Трея мгновенно сосредоточили на себе всеобщее внимание.
Он спокойно повернулся в сторону и слегка махнул рукой.
По его жесту две темные панели, закрывающие большую площадь за кафедрой, медленно отдвинулись.
Сразу же загорелся огромный высококачественный экран, скрытый за ними, и перед всеми предстала концептуальная схема промышленного комплекса, впечатляющая своей масштабностью, детализацией и индустриальной эстетикой.
Изображение было очень визуально впечатляющим: в центре находилось несколько уникальных, с плавными линиями гигантских кольцевых конструкций, соединенных между собой сложной геометрической системой.
Большие системы охлаждения, аккуратно расположенные подстанции и современные вспомогательные здания, окружающие их, вместе слагали образ будущего энергетического комплекса.
Внизу экрана ярким художественным шрифтом было написано название проекта — «Орион».
В зале на мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь щелчками фотоаппаратов.
Журналисты затаили дыхание, пристально глядя на экран, предчувствуя скорое раскрытие главного события.
Дэвид Трей повернулся, снова обратившись к камере и журналистам.
«Я с большой честью объявляю вам», — его голос был громким, и в нем явно чувствовалась гордость: «Helion Energy заключила первый в мире коммерческий контракт на поставку энергии на основе термоядерного синтеза!»
Он специально подчеркнул фразу «первый в мире»:
«Согласно этому исторически важному контракту, Helion Energy обязуется предоставить нашим клиентам не менее 100 мегаватт чистой энергии термоядерного синтеза в течение десяти лет — то есть не позднее 2025 года. К сожалению, я все еще не могу раскрыть конкретное название наших клиентов», — сказал Трей, указывая рукой на экран позади него.
«А то, что вы видите сейчас, — это концептуальный проект первого в мире коммерческого термоядерного электростанции — «Орион»!»
«Бум—»
После короткой, почти застывшей тишины зал взорвался, словно куча сухой травы, политая бензином.
Журналистская секция мгновенно ожила.
Шепот, не верящие возгласы и еще более безумный щелчок фотоаппаратов смешались в единый гул.
Первый в мире коммерческий контракт на поставку электроэнергии на основе термоядерного синтеза!
Поставка 100 МВт в течение десяти лет!
Термоядерная электростанция под названием «Орион»!
Каждое из этих ключевых слов достаточно, чтобы стать заголовком!
Вдали сотрудники, транслировавшие событие на канале NBC, тоже не могли скрыть своего воодушевления — их рейтинги, несомненно, взлетят до небес.
Трей умело выдержал паузу, позволив этой взрывной новости полностью облечься в смысл.
Он, конечно, понимал это потрясение.
Или, скорее, он намеренно его спровоцировал.
Энергия термоядерного синтеза, этот «утопический источник энергии», долгое время оставался лишь мечтой, застрявшей в лабораториях и далеких прогнозах будущего.
Однако в этот момент Helion Energy не только объявила конкретные сроки, определила мощность коммерческой поставки, но и продемонстрировала концептуальный проект электростанции!
Это, несомненно, было самым убедительным заявлением о приближении мечты к реальности.
Но, прошло несколько секунд, а внизу все еще никто не поднял руку с вопросом.
Ведь никто не ожидал услышать такую новость, тем более подготовить конкретные вопросы по этому поводу.
Поэтому Дэвиду Трею пришлось взять на себя инициативу и снова привлечь к себе внимание:
«Я понимаю, что мощность в 100 мегаватт, по сравнению с современными крупными угольными или газовыми электростанциями, а также с основными реакторами на деление, не является чем-то выдающимся».
Он намеренно замедлил темп речи, чтобы выразить торжественность момента, свидетелем которого он был.
«Но, пожалуйста, вспомните историю использования ядерной энергии человеком: первый в мире реактор «Чикаго-1», впервые осуществивший самоподдерживающуюся цепную реакцию в 1942 году, выдавал мощность всего лишь несколько ламп».
«Поэтому важно не начальная мощность «Ориона», а тенденция, которую она представляет! Это означает, что управляемый термоядерный синтез как практичная и коммерчески целесообразная технология чистой энергии официально переходит из лабораторий в инженерную практику, из научной фантазии в промышленный план!»
««Орион» станет ключом, открывающим врата термоядерной эры для человечества. Его успешное строительство и эксплуатация проложат путь к последующему строительству электростанций мощностью в гигаватты и даже больше, в конечном итоге кардинально изменят глобальную энергетическую ситуацию!»
Речь Трея была полна энтузиазма. Он описывал не только коммерческий план Helion Energy, но и видение будущего с неограниченным источником чистой энергии.
На фоне глобального внимания и сомнений, вызванных успехами HL-2A в Китае, Helion Energy, с повесткой «молниеносной войны», одним коммерческим контрактом и планом электростанции, громко объявила о ускоренном развитии другого технологического пути, успешно вернув глобальный фокус термоядерной гонки, по крайней мере, временно, на американскую территорию.
Эта тщательно спланированная пресс-конференция, несомненно, была сильным ответом Китая на недавнюю серию быстрых успехов в области науки и техники, четко демонстрируя решимость Вашингтона и его технологической отрасли не уступать и бороться за лидерство в будущем энергетическом секторе.
А в то же время, в Пекине.
В небольшой конференцией комнате на верхнем этаже здания Комитета по промышленному строительству.
На большом экране за Дэвидом Котли отображалась огромная визуализация центра термоядерной энергетики «Орион».
«100 мегаватт, 2025 год». Заместитель директора Лань Синцзи опустил лазерную указку, и на экране появилась сравнительная таблица, слева – ключевые параметры и график сроков, опубликованные Helion, «Они выбрали импульсную магнитную удержание, обойдя тем самым проблему поддержания длинной плазмы, общепризнанного «узкого горлышка». Их цель очень практична и… хитра».
Люань Вэньцзэ, сидящий на главном месте, с тихим взглядом окинул взглядом данные на экране.
Он не ответил сразу на комментарий Ланя Синцзи, а обратился к другому концу стола: «Каковы предварительные выводы отдела ядерной энергетики?»
Лэй Вэньчэн откашлялся и быстро открыл подготовленный им доклад:
«Техническая оценка показывает, что подход Helion Energy, основанный на импульсном магнитном удержании с обратной поляризацией поля, в сочетании с заявленной технологией прямого преобразования энергии магнитным полем, теоретически действительно позволяет избежать проблемы удержания плазмы в устойчивом состоянии в течение длительного времени. Хотя объявленный Qeng=1.10 является лишь мгновенным значением, если удастся реализовать высокочастотную стабильную импульсную работу, накопление энергии в 100 МВт в инженерном плане не является чем-то невозможным».
«Ключевой вопрос заключается в том, сможет ли их технологическая траектория достичь коммерческих требований по эффективности преобразования энергии и системной надежности… Их технологический путь отчетливо отличается от нашего устойчивого токамака и может рассматриваться как еще одна важная разработка на пути к практическому применению термоядерной энергии».
«То есть… это не представляет для нас угрозы?» Люань Вэньцзэ задал заключительный вопрос.
«Конечно…» Лэй Вэньчэн чуть не рассмеялся, «Я и другие из команды изучили технические документы, предоставленные Институтом физики юго-запада и лабораторией «Точка».
«Хотя мы не полностью поняли их, мы очень уверены, что план демонстрационной установки может быть реализован в запланированном порядке, а мощность «Ориона»… составляет лишь одну тысячную от нашей, и судя по деталям на рендере, они явно еще не завершили даже общий дизайн, поэтому их прогресс, вероятно, будет еще медленнее…»
Эта новость очень обрадовала Люаня Вэньчэя: «Хм… Похоже, нам не нужно слишком сильно беспокоиться и продолжать двигаться по первоначальному плану…»
В этот момент Лань Синцзи перебил:
«Начинается сессия вопросов журналистов, давайте сначала послушаем, что они скажут».
http://tl.rulate.ru/book/129535/7602154
Готово:
