В конференц-зале воцарилась мертвая тишина, слышно было, как упадет иголка.
Лица, еще недавно сиявшие восторгом, мгновенно исказились сложностью.
Эти три патента были словно тремя точными замками, надежно запершими три ключевых воротца на пути к коммерциализации интегрированного TEM-APT оборудования — подготовка образцов, соответствие поля зрения и локальное манипулирование в месте проведения анализа.
Каждый из них напрямую решал ключевые инженерные проблемы, которые они только что обсуждали.
«Вы слишком упрощаете задачу…» Махачи тяжело вздохнул, нарушив тишину: «Авторы этих двух статей явно не просто ученые, они уже учитывали вопросы коммерциализации, прежде чем публиковать статьи и раскрывать технические идеи».
Он указал на страницы статьи в JCAS: «По ценности второй статьи, на мой взгляд, она превосходит даже публикации в Nature и Science. Они, вероятно, выбрали JCAS, а не топовый журнал, чтобы использовать китайское издательство для точного контроля времени публикации, чтобы она плавно совпадала с публикацией патентов, не оставляя посторонним никакой возможности для маневра».
В конференц-зале витала атмосфера разочарования и отчаяния. Будто золотая гора была прямо перед глазами, но ее преграждала невидимая, невероятно прочная стена из патентов.
«Есть ли возможность… обойти эти патенты?»
После долгой паузы, в надежде, один из руководителей осторожно спросил, с оттенком удачи в голосе.
«Точный результат нужно будет проанализировать».
Махачи медленно покачал головой, его взгляд пронзительно скользнул по аннотациям к трем патентам.
«Но эти три патента охватывают самые базовые, самые ключевые пути реализации, и сложно найти способ обойти их, как в случае с вспомогательными технологиями. Судя по моему опыту, попытки обойти их сопряжены с огромными рисками, и перспективы не очень оптимистичны».
Надежда, казалось, была окончательно развеяна.
Конференц-зал снова погрузился в гнетущую тишину, нарушаемую лишь гулом электрооборудования.
«Возможно…» Пирз вдруг загорелась идеей: «Эти результаты и эти патенты исходят от китайских исследовательских институтов, но у них нет достаточно развитых электронных микроскопов или атомно-лучевых технологий. Поэтому, даже если они владеют этой серией ключевых патентов, для создания продукта в короткие сроки им все равно потребуется сотрудничество с другими поставщиками технологических услуг…»
Ее смысл был ясен.
FEI был одним из лучших поставщиков в этой области.
Но еще не успела она закончить эту фразу, как ноутбук Махачи издал звонкий звуковой сигнал о новом письме.
Он раздраженно бросил взгляд на экран, но его взгляд мгновенно застыл.
Это было просто невероятное совпадение —
Отправитель был явно указан как «Candlelight Technology».
Тема письма гласила: «Запрос о сотрудничестве в области технологии совместного использования электронных микроскопов и атомно-лучевых зондов, а также о создании совместного предприятия».
Сердце Махачи едва не пропустило удар.
Он немедленно открыл письмо и попросил Пирз проецировать его содержимое на большой экран.
Письмо было написано в официальном и лаконичном стиле, в котором «Candlelight Technology» сообщала о значительных прорывах в области интегрированных TEM-APT и приложила ссылки на две статьи, которые они недавно изучали, а также указывала на наличие соответствующих ключевых прав интеллектуальной собственности.
В письме четко говорилось, что в связи со сложностью и коммерческим потенциалом этой технологии, «Candlelight Technology» стремится к сотрудничеству с ведущим мировым производителем электронных микроскопов и зондовых аналитических приборов для создания совместного предприятия, которое будет заниматься разработкой, производством и глобальным продвижением этой системы. «FEI» как лидер отрасли является приоритетным партнером, поэтому письмо отправлено с запросом о сотрудничестве.
Этот неожиданный поворот событий мгновенно вызвал переполох в конференц-зале.
Предыдущее разочарование и отчаяние исчезли, уступив место невероятному удивлению и воодушевлению.
«Не может быть?»
«Они действительно сами обратились к нам?»
«Хотя результат и не идеален, но выглядит неплохо…»
«…»
Очевидно, репутация FEI в отрасли помогла им получить преимущество.
Даже если они не смогут получить эксклюзивные права на эту технологию и прибыль от нее, китайские компании не формируют прямой конкуренции в области характеризации оборудования, и они все равно смогут подавить несколько основных конкурентов.
Кроме того, создание нового совместного предприятия означает создание ряда новых должностей среднего и высшего звена, что является абсолютно хорошей новостью для тех технических специалистов, которым трудно продвигаться по службе.
В конференц-зале царила атмосфера облегчения и радости, даже более горячая, чем в первый раз.
Казалось, сотрудничество уже достигнуто, и успех не за горами.
Однако, спокойный, даже с ледяным оттенком голос снова раздался в комнате.
Это был Аланса Хименис, юрисконсульт по вопросам соответствия, сидевший в углу и молчавший до сих пор.
Голос Хименис был тихим, но словно ледяной иглой пронзил ликующее настроение.
В такой момент, когда все ликовали, высказываться против было невежливо, но это была ее работа.
«Пожалуйста, успокойтесь», — сказала она. «Прежде чем вы будете радоваться возможным повышениям и бонусам, вы должны обязательно учесть неминуемую опасность».
Все взгляды обратились к ней.
Хименис встала, с серьезным лицом:
«В прошлом месяце я получила неофициальное предупреждение от друга из Вашингтона. Внутри Министерства торговли и Белого дома существует сильная группа, которая продвигает ряд ограничений, направленных против высокотехнологичной промышленности Китая... Хотя конкретные детали и окончательные решения еще не приняты, слухи очень сильны, и окно возможностей, скорее всего, будет в течение следующих 18-24 месяцев».
Она сделала паузу, чтобы дать этой информации полностью осознаться:
«Если мы сейчас согласимся создать совместное предприятие, даже при самом быстром продвижении переговоров, формировании и разработке, продукт выйдет не раньше середины следующего года, а может и к концу. А если к тому времени вступят в силу ограничительные меры, затронувшие область высокотехнологичного научного оборудования... вы можете себе представить последствия».
Какая череда событий.
Недавно вспыхнувшая надежда окуталась густой тенью суровой реальности.
Восторженные улыбки застыли на лицах, сменившись серьезностью и тревогой.
«Аланса, это… это действительно возможно? Какие времена настали? Глобализация…» — с недоверием прошептал один из инженеров.
«Да, китайский рынок такой большой, цепочка поставок такая глубокая, полное разрывание нереально, — подхватил другой.
Но Хименес тут же опровергла эту надежду на удачу: «Политический ветер часто не подчиняется бизнес-логике. Мы не можем ставить будущее компании на рациональность Вашингтона».
Пирз явно не соглашался: «Но мы ведь не единственные возможные партнеры, если мы будем слишком долго сомневаться, этот луч надежды может быть перехвачен кем-то другим…»
«Действительно существует такой риск», — кивнула Хименес, признавая опасения Пирза:
«Однако более 95% отгрузок высококлассных просветительных электронных микроскопов сосредоточено в Северной Америке и Японии. Если закон о санкциях действительно будет принят, вся отрасль столкнется с одними и теми же трудностями, мы все на одной лодке».
«Боюсь, не так просто», — быстро ухватил ключевой момент Пирз:
«Китайские предприятия уже могут производить электронные микроскопы с отставанием примерно на поколение, а реальная пробел у них в технологии атомных зондов, и последним могут предоставить поставщиков в нескольких европейских странах… например, CAMECA, вероятно, проигнорирует санкции и будет сотрудничать с ними, что приведет к появлению нового конкурента во всей отрасли».
Анализ Пирза, словно точный хирургический скальпель, рассек кажущуюся взаимопомощь.
Если смотреть в перспективе, FEI также не является незаменимой, а наоборот, может породить более сильного конкурента.
Махачи нахмурился, огромная коммерческая привлекательность и огромный политический риск яростно боролись в его сердце.
«Аланса, есть ли более конкретная информация о политике ограничений?» — спросил он, обращаясь к Хименес: «Например… какие конкретно области будут в приоритете?»
Судя по текущей ситуации, Китай уже занял неприкосновенную позицию во многих областях.
Если только в Белом доме не поселился сумасшедший, вряд ли они попытаются полностью отрезать от них доступ.
Хименес немного подумала и ответила: «Конкретные детали пока не определены, это все еще анализ и прогнозы. Но, согласно перекрестным источникам, наиболее вероятными приоритетными областями являются во-первых, оборудование и ключевые материалы для производства полупроводников, и во-вторых, некоторые тонко химические продукты, связанные с национальной безопасностью».
Ее слова немного успокоили присутствующих.
Китайцы вряд ли смогут разработать машину для электронного микроскопа, чтобы затем разработать машину для литографии EUV, поэтому вероятность введения ограничений на них невелика.
Технический руководитель сказал: «Предупреждение госпожи Хименес очень важно, но необходимо учитывать риски и возможности… по крайней мере, риск полной эмбарго на базовое научное оборудование относительно низок».
«Согласен», — подтвердил другой инженер. «Размер рынка Китая и скорость технологического развития уже определили их как партнеров или конкурентов, которых мы не можем игнорировать и тем более исключить. Вместо того, чтобы пассивно ждать наступления рисков, лучше активно использовать возможности, а также укрепить наши позиции и возможности для маневра в будущих потрясениях…»
«Да! Этот риск стоит того!»
«Технология не знает границ, бизнесу нужны дальновидность и смелость!»
Голоса в поддержку сотрудничества вновь заглушили все остальные.
Махачи медленно окинул взглядом собравшихся.
Он глубоко вдохнул, и решение уже созрело в его сознании. Огромные возможности сопряжены с рисками, но в эпоху технологических перемен бездействие означает еще больший провал.
«Аланса, благодарю тебя за своевременное и важное предупреждение о рисках, это позволило нам принять более взвешенное решение», — сказал Махачи твердым и уверенным голосом. «Уважаемые коллеги, я согласен с вашим анализом. Технологический прорыв противника реален и разрушителен, и сопряжен с коммерческими и политическими рисками. Но в совокупности с учетом всех факторов:»
«Во-первых, технологическая ценность чрезвычайно высока, перспективы рынка огромны, отказ от этой возможности будет стоить слишком дорого».
«Во-вторых, риск полной эмбарго на базовое научное оборудование, по текущим оценкам, относительно контролируем, скорее всего, будет осуществлен точечный контроль».
«В-третьих, посредством создания совместного предприятия и глубокого сотрудничества мы можем превратиться в буфер и козырь для будущих потенциальных потрясений».
«Поэтому, я считаю», — повысил он голос, приняв окончательное решение, — «необходимо рекомендовать правлению одобрить эту сделку… в принципе, согласиться на приглашение о сотрудничестве…»
http://tl.rulate.ru/book/129535/7347629
Готово:
