Увидев, что Чан Хаонань больше не сопротивляется, тема об оборудовании для создания помех GPS подошла к концу.
В конце концов, оставался ещё один, самый волнующий всех вопрос, который не успели обсудить —
Ранее Фу Юйцюань получил несколько документов, и до прихода Чжан Лао он фактически зачитал только первый, касающийся реакции стран Европейского Союза.
Но... разве суть этого дела в Европе?
Конечно же, нет!
Поэтому вскоре кто-то спросил:
"Чжан Лао, раз уж теперь правду об этом деле не скрыть, то... неизвестно, какова реакция американцев?"
"По официальным каналам пока никаких заявлений не было, только сказано, что в Белом доме пока тоже не понимают всех обстоятельств, проводят тщательное расследование всего, что произошло прошлой ночью, и обещают дать объяснения европейским союзникам и общественности".
Такое заявление, конечно же, полная чушь.
Ведь все сидящие здесь уже знали, что американцы, должно быть, хотели отомстить за поддержку Китаем евро, просто бомбы были отклонены некой восточной таинственной силой.
Впрочем, это можно понять, для того чтобы выиграть время, им пришлось прибегнуть к такому не самому лучшему решению.
Главное, что это дело вообще невозможно объяснить.
Представьте себе:
США: "Ребятки, я тут случайно".
ЕС: "Да-да-да, случайно, нарочно не придумаешь, да?"
США: "Поверьте мне, это действительно случайность, мы изначально собирались атаковать другие цели, но только не знаем почему, бомбы отклонились от заданных координат..."
ЕС: "Ну раз так, то скажи, куда изначально собирались бомбить?"
США: "Я..."
Шутки шутками, но признавать это тем более нельзя, не так ли?
Полный тупик.
Поэтому, даже несмотря на то, что американцы профессионалы в придумывании оправданий, вряд ли они смогут в одночасье придумать какое-нибудь правдоподобное объяснение.
"Я думаю, что в конце концов им всё равно придётся выставить козла отпущения, иначе им никак не выкрутиться..."
Сидящий сбоку Лю Яошунь предположил:
"Судя по структуре командования противника, министр обороны и министр военно-воздушных сил точно не имеют права прямого командования, так что, скорее всего, самым подходящим козлом отпущения будет руководитель Объединённого комитета начальников штабов или начальник оперативного управления ВВС..."
"Кстати, о руководителе Объединённого комитета начальников штабов".
Мышцы на лице Чжан Лао заметно дёрнулись, как будто он хотел рассмеяться, но ему было неловко:
"Вообще-то, по первоначальному плану, я сейчас должен был разговаривать по телефону с генералом Генри Шелтоном из Объединённого комитета начальников штабов".
"Однако после соединения выяснилось, что Шелтон несколько часов назад был госпитализирован с сердечным приступом..."
Чан Хаонань клялся, что в этот момент он услышал смех не одного человека.
……
"Кстати, товарищ Гаохэн".
После относительно непринуждённой беседы и смеха, Фу Юйцюань повернулся к Дин Гаохэну, сидевшему через несколько мест от него:
"Ценность товарища Чан Хаонаня, очевидно, намного превосходит ценность обычного руководителя государственного предприятия второго уровня, думаю, с этим никто не будет спорить, поэтому, что касается вопроса его безопасности..."
Хотя Чжан Лао только что сказал, что соответствующие архивы будут засекречены на срок более полувека, эта мера может защитить только детали произошедшего.
Фу Юйцюань, будучи руководителем Генерального штаба, принимал непосредственное участие в процессе принятия решения о применении оборудования для создания помех и новых пассивных радаров в Балканском регионе. Он прекрасно понимал, что во всём этом деле задействовано слишком много звеньев, и даже несмотря на то, что в процессе предпринимались некоторые меры маскировки, например, намеренно переводили стрелки на русских, такие уловки могут обмануть на время, но не навсегда, и когда американцы придут в себя, они обязательно поймут, что что-то не так.
Конечно, здесь есть ещё один уровень защиты: людей, знающих, что Чан Хаонань не только разработчик технологии, но и инициатор плана, можно пересчитать по пальцам одной руки, включая его самого, который только что, представляя ситуацию, полностью приписал заслугу выдвижения плана Дин Гаохэну.
Поэтому между "осознанием того, что дело связано с Китаем" и "осознанием того, что дело связано с Чан Хаонанем" есть определённая дистанция.
Но учитывая, что у противника уже были прецеденты расправы над техническими специалистами, осторожность никогда не помешает.
Дин Гаохэн тоже вернулся к своему обычному серьёзному выражению лица:
"Некоторое время назад я уже попросил Сяо Чана переехать в жилой комплекс для высокопоставленных чиновников министерств и ведомств, недалеко от моего дома. Что касается поездок, то поскольку Challenger 601 из 34-й дивизии слишком мал, то в основном им пользуется только Сяо Чан, с этими двумя аспектами проблем нет, только для повседневных коротких поездок у него с собой только один охранник, я вернусь и смогу добавить ещё несколько человек..."
Сидящий во главе стола Чжан Лао, имеющий богатый опыт в этой области, тут же махнул рукой:
"Гаохэн, ты мыслишь не в том направлении".
"Если не выделить целый отряд охраны, то основная функция охранников - это предотвращение несчастных случаев, например, столкновения с уголовным делом на полпути, а если столкнуться с организованным покушением, то разницы между одним, двумя или тремя охранниками практически нет, поэтому увеличение численности - это только одна сторона вопроса, главное - не допустить, чтобы маршрут передвижения охраняемого лица был отслежен".
Дин Гаохэн, будучи выходцем из технической среды, действительно никогда не занимался этим вопросом, и ранее обеспечивал безопасность Чан Хаонаня, просто копируя меры, применявшиеся к нему самому и другим коллегам в прошлом.
Но места разработки ядерного и ракетного оружия были полностью закрыты от внешнего мира, и ситуация в Пекине совершенно иная.
"Тогда... Чжан Лао, что вы имеете в виду..."
"Выделить несколько машин, и особенно раздобыть несколько комплектов номерных знаков, гораздо полезнее, чем отправить ещё пару человек".
Чжан Лао тут же ответил:
"Кроме того, повседневные поездки, особенно маршруты, не должны быть неизменными, после совещания пусть Юйцюань найдёт ответственных товарищей из девятого управления общественной безопасности, и они всё сделают".
Услышав об этом, Чан Хаонань сам был поражён.
Хотя это девятое управление общественной безопасности и носит название "общественной безопасности", это всего лишь пережиток прошлого, и на самом деле оно не имеет никакого отношения к общественной безопасности, а подчиняется непосредственно Генеральному штабу и отвечает только за безопасность в центральном районе Пекина и охрану руководителей ведомств.
Относится к самому внутреннему кругу охраны.
"Так тоже хорошо, тогда я вернусь и попрошу службу безопасности подготовиться к передаче дел".
У Дин Гаохэна, естественно, не было возражений по этому поводу. После того, как он вступил в должность председателя Комитета по науке и технике, его собственную безопасность обеспечивало девятое управление, а Чан Хаонаню выделили службу безопасности только потому, что у него просто не было полномочий запрашивать перевод сотрудников первого.
Теперь, когда есть поддержка Чжан Лао, проблем с полномочиями больше нет.
"Можно".
Чжан Лао, действующий решительно и быстро, тут же кивнул в знак согласия и повернулся к Фу Юйцюаню, сидящему ближе всех с левой стороны:
"Кроме того, если нынешний охранник товарища Хаонаня соответствует требованиям по своим рабочим качествам и биографии, и он сам им доволен, то можно поручить службе безопасности передать дела вместе с человеком, чтобы не пришлось притираться к новому сотруднику".
В конце концов, для второго человека в армии перевести офицера в звании майора или подполковника из действующего состава общественной безопасности в сухопутные войска - дело одного слова.
"Есть!"
Ответ Фу Юйцюаня был таким же чётким и решительным.
"Хорошо, на этом закончим, вернёмся к тому, о чём говорили".
Закончив с этим небольшим отступлением, Чжан Лао снова взял в руки ручку, лежавшую посередине блокнота:
"Вы только что обсуждали и пришли к выводу, что "Союзные операции" уже не могут продолжаться и закончатся бесславно, с громким началом и тихим концом. После моего утреннего доклада вышестоящее руководство пришло к такому же выводу. В настоящее время наша главная цель во внешних контактах - добиться того, чтобы события развивались именно в этом направлении".
"Однако, как бы ни затухали боевые действия, Соединённые Штаты всё же остаются единственной сверхдержавой на сегодняшний день, и даже если это змеиный хвост, то для Балканского полуострова это гигантский питон, и если этот хвост ударит в полную силу, то полуостров не выдержит, поэтому мы не можем ослаблять бдительность и должны подумать о том, как завершить эту ситуацию".
Чан Хаонань впервые участвовал в совещании такого уровня, и, полагая, что его роль уже сыграна, продолжал слушать с настроем стороннего наблюдателя.
Он в общих чертах понял, что имел в виду Чжан Лао: хотя американцы, безусловно, уже потеряли лицо, но как нынешние мировые лидеры, даже понеся потери, они должны сохранить лицо, поэтому нужен кто-то, кто подставит им лестницу.
Главное, как подставить эту лестницу, чтобы максимизировать выгоду для нашей стороны.
http://tl.rulate.ru/book/129535/5658221
Готово:
