Мало того, что поведение Ли Цинвэй было серьёзным, она действительно хотела сама увидеть, кто этот «особенный человек».
Хотя даже она немного колебалась, когда ей пришлось подписать соглашение о конфиденциальности. Только после того, как она его подписала, её представили ученику.
— Это то место, где я буду преподавать?
— Да. Он ждёт внутри.
— Просто чтобы убедиться, какие ограничения для этой репетиционной комнаты?
— Никаких.
— …Вы имеете в виду время?
— Нет, все инструменты и оборудование в этой комнате являются частью отеля «Левиафан».
И, конечно же, номер был представительским люксом.
Джулия в изумлении смотрела на сияющее лицо Ли Цинвэй, тупо моргая.
Наконец, она спросила:
— Вы пытаетесь довести меня до банкротства?
— Не беспокойтесь об этом. Все расходы, пока вы здесь преподаёте, будут оплачены как часть вашего гонорара за уроки.
— Кого же я учу, раз вы идёте на всё это?
Теперь Джулии было искренне любопытно.
Но Ли Цинвэй не ответила на её вопросы. Она просто сияла, глядя на дверь.
— Скоро вы узнаете.
Сказав, что она будет только отвлекать, Ли Цинвэй ускользнула, оставив Джулию с этими многозначительными словами.
Она некоторое время смотрела на пустое место с вяжущим чувством. С коротким вздохом она собралась с духом и открыла дверь.
— Привет, приятно познакомиться.
И она увидела.
Скрестив ноги и с синим птенцом на голове, он помахал рукой. Самый запоминающийся ученик, который когда-либо был у Джулии — молодой парень с чёрными волосами.
* * *
— Студент Ли.
— Ли.
— Что?
— Просто странно, когда тебя в таком возрасте называют студентом. Просто зови меня «Ли».
— ...Хорошо, Ли.
Словно давая ей особое разрешение, молодой человек поправил своё имя.
У Джулии было необъяснимое выражение лица. Она обучала довольно много студентов, несмотря на свой молодой возраст. Однако это был первый ученик, который вёл себя так высокомерно уже при знакомстве.
Он что, внук какого-то генерального директора конгломерата, которого никогда не учили манерам?
Тогда это было бы правдоподобно — его надменный характер и огромное богатство, позволяющее использовать отель «Левиафан» как свою гостиную.
Одно, однако, не сходилось...
Но его манеры слишком изысканны для этого...
Его внешность и тон казались лишь напыщенными. Но для такой, как Джулия, повидавшей многих аристократов, она чувствовала в поведении молодого человека особое благородство.
Он не пытался выпендриваться. Казалось, он искренне верил, что заслуживает так себя вести. Не говоря уже о таинственно элегантном немецком акценте…
Точно, как у дворянина.
Когда она училась за границей в Великой Британской Империи, она видела старых дворян. У молодого человека была похожая аура, как у отставного солдата благородного происхождения, гордящегося своей военной доблестью.
Разница в возрасте, конечно, была большой. Но это было бы возможно, если бы он вырос на руках у такого деда.
Может, он Молодой Господин из какого-нибудь знатного дома.
Джулия перестала гадать. Наверняка у них была причина, раз ей пришлось подписать соглашение о конфиденциальности ради уроков игры на скрипке. Ей не очень хотелось копаться в деталях.
И, что важнее всего, было кое-что, что ей нужно было узнать, помимо того, кем был этот молодой человек по имени Ли.
— Расскажете мне о своём музыкальном прошлом? Я ничего не слышала заранее.
— Прошлом?
— Да. Например, в каких конкурсах вы участвовали или какие награды получали.
На самом деле, она не была из тех, кто считал опыт важным. Независимо от того, в какой известной музыкальной Академии они учились или какую награду выигрывали, прошлое было не более чем прошлым. Она верила, что единственное, что доказывает ценность музыканта, — это его исполнение.
Но поскольку Ли Цинвэй особо просила, ей придётся довольствоваться знанием его прошлого.
— У меня нет таких вещей.
— …Нет чего?
— Конкурсов или чего-то там. Я никогда в них не участвовал.
— Что?
Вот почему Джулия не могла не растеряться.
В отличие от Ли Цинвэй, чей возраст было невозможно угадать, Лимон был молодым человеком, которому явно было за двадцать.
Музыкант, который с юных лет учился игре на скрипке, очевидно, имел бы хоть какой-то опыт участия в конкурсах, особенно в его возрасте.
Но он даже ни разу не участвовал, не говоря уже о том, чтобы выиграть приз.
— Случайно, Ли, где… я имею в виду, кто учил вас игре на скрипке?
— К сожалению, все, кто был до вас, сбежали. Если уж на то пошло, то вы первая.
Если вы тоже не сбежите.
Молодой черноволосый мужчина показал ехидную улыбку.
Джулия почувствовала, как уголки её рта задёргались, но она не взорвалась — пока нет.
Вместо этого она задала последний вопрос с последней каплей надежды.
— Тогда, когда вы впервые начали играть на скрипке?
— Около месяца назад?
В тот момент, когда она услышала уверенный ответ Ли, Джулия рассмеялась от поражения.
Два слова сорвались с её губ.
— Проклятое дерьмо.
Чёрт.
http://tl.rulate.ru/book/129257/7977236
Готово:
