Вливание маны в оружие звучало как доказательство выдающегося мастерства мечника, но на самом деле это было не так уж и сложно.
И Хан, Торгю и Жизель уже могли в той или иной степени наполнять свое оружие маной.
Вероятно, даже пара-тройка студентов Башни Белого Тигра, уступающих этой троице в навыках, могли бы сделать то же самое.
Учитывая, что они более десяти лет упорно тренировались в фехтовании в рыцарских семьях и обладали достаточным талантом для поступления в Эйнрогард, в каком-то смысле это было естественно.
Трудность и главная задача заключались в том, чтобы стабильно удерживать влитую ману, а вот наполнить оружие на одно мгновение было сравнительно легко.
Однако с метательным оружием дело обстояло иначе.
Если это меч, то можно было непрерывно циркулировать ману, словно он — часть тела, стабильно поддерживая её...
Но с метательным оружием, которое в момент броска отрывается от кончиков пальцев, все было куда сложнее.
Поскольку ману нельзя было вернуть через циркуляцию, ее расход был огромным, а сложность контроля возрастала в несколько раз.
Иными словами...
— Ты ведь использовал магию?!
— Это недоразумение.
Студенты Башни Белого Тигра, хлюпая кровоточащими носами, тяжело дышали от возмущения.
Как бы они ни старались не делать поспешных выводов, это уже переходило все границы.
Наполнить снежок маной и бросить?
Допустим, с огромной натяжкой в это еще можно было поверить.
И хотя было непонятно, сколько вообще у него маны, раз он не устает бросать их без остановки!
Но наполнить снежок маной с атрибутом холода и бросить его?
Это уже ни в какие ворота не лезло.
Уоданаз ведь не был выходцем из рыцарской семьи, специализирующейся на метательном оружии, откуда ему знать подобные тайные техники?
Наполнить метательное оружие маной уже само по себе сложно, но наделить его стихийным атрибутом — это уж слишком...
В такое не поверили бы не только студенты Башни Белого Тигра, но и настоящие рыцари.
— Ты использовал магию! Снежки прилетают замороженными!
— Я просто влил ману при броске, и они сами замерзли.
— Разве такое возможно?!
Студенты Башни Белого Тигра лишились дара речи.
Лучше бы он заявил: «На самом деле у семьи Уоданаз есть тайная техника метания оружия».
Мана наделилась атрибутом холода без каких-либо усилий? Это звучало так же нелепо, как заявление о том, что <Магическая Стрела> вылетает от простого взмаха руки без посоха!
— Друзья! Послушайте меня! И Хан говорит правду! Он не использовал никакую магию!
— Этот идиот Торгю опять повелся!
— Торгю, придурок, нельзя же быть таким доверчивым!
— ...
Торгю поник и снова сел. Жизель цокнула языком и произнесла:
— Он не использовал магию! Я видела.
— Моради?!
— Не ведитесь. Моради сейчас с ним в одной команде, вот и выгораживает его.
«Ах вы ж ублюдки...»
Жизель мысленно выругалась. И Хан с сожалением пробормотал:
— Похоже, друзья вам совсем не доверяют.
— ...
— ...
Впервые Торгю и Жизель были абсолютно солидарны друг с другом.
Молчал бы уж лучше!
— Что здесь происходит?
Профессор Ингердель поднялся на холм с озадаченным видом.
Студенты вместо того, чтобы перекидываться снежками, стояли с разбитыми носами и о чем-то спорили.
— Профессор! Уоданаз...
Студент Башни Белого Тигра, утирая кровь из носа, чуть ли не плача рассказал о случившемся.
При виде этого жалкого зрелища Жизель закрыла лицо рукой.
Когда в прошлый раз они позорили Башню Белого Тигра, Жизель думала, что падать ниже уже некуда. Но, на удивление, им удалось пробить очередное дно.
— Понятно.
Профессор Ингердель был поражен.
Свидетельства студентов Башни Белого Тигра удивляли, как и сама ситуация.
«Не может такой студент, как Уоданаз, совершить подобное».
И дело было не в том, что И Хан был невероятно чист и добр, просто такой выдающийся студент вряд ли стал бы использовать столь очевидные уловки.
Профессор Ингердель по-своему доверял своему ученику.
И в самом деле, И Хан уверенно произнес:
— Профессор. Вы сами все поймете, если проверите.
Спустя мгновение.
Профессор Ингердель, закончив осмотр, обратился к студентам:
— Это не магия.
— ?!
— Н-но... Профессор! Я же говорю, снежок замерз! Это просто кусок камня!
— Хм... Я не обладаю глубокими теоретическими познаниями в магии, но, возможно, окружающая среда, пронизанная холодом, оказала влияние на Уоданаза. Возможно, он неосознанно наделил свою ману атрибутом холода.
Услышав объяснение профессора Ингерделя, студенты протянули согласное «о-о».
Окружающая среда действительно порой оказывала влияние на магов.
Этот неестественно лютый мороз вполне мог временно воздействовать на ману Уоданаза.
— И как тогда снять атрибут холода?
— Приложить что-то горячее?
— О чем вы?
Профессор Ингердель недоуменно посмотрел на студентов Башни Белого Тигра.
— Что? Э-э... Разве нам не нужно избавиться от атрибута холода?
— Ведь это игра в снежки, нужно соблюдать честность...
Под пристальным взглядом профессора Ингерделя студенты Башни Белого Тигра запнулись.
На них вдруг накатило необъяснимое чувство тревоги.
Неужели?..
— Вливание маны в оружие — это рыцарский навык, так что нет причин запрещать его. Продолжайте.
— ...
— ...
У студентов Башни Белого Тигра отвисли челюсти.
Поскольку профессор Ингердель запретил использовать магию, об этом было легко забыть, но он вовсе не был сторонником теплых и дружелюбных лекций.
Прежде всего, он стремился приблизить занятия к реальным боевым условиям!
Шурх...
И Хан, Торгю и Жизель показались из-за валуна.
В обеих руках каждого из троицы были зажаты заледеневшие снежки.
— Погод...!
— И Хан. Как будем делить свинью?
— Хм... Думаю, вместо того чтобы делить и забирать с собой, будет лучше прямо здесь угостить всех, кто был на лекции.
Слова И Хана удивили Торгю.
— Ты уверен?
— Да.
— И Хан. Твое благородство наверняка тронет остальных.
«Вряд ли».
«Что-то я сомневаюсь».
Одновременно подумали про себя И Хан и Жизель.
Пара кусков мяса вряд ли могла растопить их сердца, ведь...
...студентам Башни Белого Тигра досталось слишком сильно.
— Ты не размазал мазь над глазом.
— А у тебя снова кровь из носа пошла.
Студенты Башни Белого Тигра, спустившиеся с холма, выглядели ужасно. Словно их кто-то жестоко избил.
Разбитые носы, синяки, одежда превратилась в лохмотья...
То, как они сидели кучками по углам и наносили мазь, выданную профессором Ингерделем, было довольно жалким зрелищем.
Дошло до того, что даже И Хан решил отказаться от мысли забрать мясо и просто угостить их.
Торгю и Жизель достали кинжалы и мастерски начали разделывать тушу.
Выходцы из рыцарских семей, как правило, имели большой опыт охоты, а даже если и нет, после месяца жизни в Эйнрогарде этот опыт появлялся сам собой.
Они аккуратно отделили крупные куски вроде вырезки или корейки, а мелкие обрезки собрали в одну кучу. Они отлично подойдут для приготовления колбасок.
— ???
Разрезая мясо, Торгю с удивлением уставился на И Хана, который достал из кармана баночку со специями.
...Зачем он носит это с собой?
— В чем дело?
— А... нет, ничего.
И Хан поставил котелок и развел огонь. Из-за лютого холода использовать магию пламени было несложно.
Затем он срезал сало и бросил его в котелок. Он собирался вытопить из него свиной жир.
Несмотря на то что котелок уже стоял на огне, И Хан не стал отдыхать. Смешав оставшиеся мясные обрезки со специями, он тут же начал лепить колбаски.
Как бы Жизель ни старалась не признавать таланты И Хана, сейчас ей пришлось смириться.
И Хан справлялся с бытовыми делами наравне с самыми опытными рыцарями ее семьи.
...Хотя было совершенно непонятно, откуда у юноши из высшей аристократии, а не из рыцарской семьи, такие навыки!
— Подходите уже, ешьте.
— А?! Правда?!
«Только что ведь пялились во все глаза, придурки».
Сначала студенты Башни Белого Тигра сидели с мрачными лицами, но по мере того, как шла готовка, они начали сверлить его тяжелыми, выжидающими взглядами.
Их взгляды говорили лишь об одном:
«Может, и нам... дадут кусочек?»
Жизель тихо вздохнула и покачала головой.
Как же легко они читаются.
Сегодня студенты Башни Белого Тигра позорились как только могли.
Пробивать дно за дном...
— Т-тогда... может, попробуем чуток?
— Игнорировать чужую доброту было бы не по-рыцарски, да?
В отличие от обычного, И Хан не стал язвить. Все потому, что до этого он вбросил в них слишком много снежков.
«Сегодня так уж и быть, сделаю скидку!»
И Хан выложил на куски черствого черного хлеба хрустящие шкварки, оставшиеся после вытапливания жира.
Студентов было довольно много, так что накормить всех одним лишь мясом было бы проблематично.
В таких случаях отлично выручал хлеб, который им выдавали.
Мало кто из студентов ел этот пайковый хлеб просто так. Они старались хоть как-то улучшить его вкус или же использовали в качестве валюты.
Разумеется, у И Хана, активно ведущего бартер, скопилось приличное количество такого хлеба.
«Подсуну его, чтобы они быстрее набили животы».
Студенты Башни Белого Тигра, не подозревая о коварных замыслах, просто радовались хлебу и мясу.
— Уоданаз. Вы совершили поистине доброе дело.
Профессор Ингердель произнес это с таким видом, словно сам распирался от гордости.
Он подарил это студенту-победителю, а тот взял и поделился со своими товарищами.
Скрывая свои истинные мысли, И Хан смиренно кивнул.
— Что вы, профессор. Мы же все товарищи.
— ...
Жизель мысленно содрогнулась.
Надо же так бессовестно врать, даже глазом не моргнув.
Наивные дураки вроде Торгю могли и поверить, но Жизель не купишь. Уоданаз был из того же теста, что и она.
Он ни за что не сказал бы подобное искренне...
— Уоданаз...!
— Хм... Это всё дым, от него глаза слезятся. Не думай, что твои слова меня тронули.
«...Ну и идиоты».
Жизель показалось, что пережеванное мясо встало у нее поперек горла.
После такого избиения получить кусок мяса и сразу рассиять?
Хоть они и были товарищами по Башне, в такие моменты ей очень хотелось врезать каждому из них.
— А это угощение от меня.
Профессор Ингердель принес кувшин со свежим молоком.
И Хан подумал, что этот кувшин поразительно похож на тот, что он видел в хижине профессора Урэгорыма.
«...Да не может быть».
Все ели и пили, греясь у огня.
Когда напряжение спало даже у И Хана, за его спиной, словно призрак, возник профессор Волади.
— Лекция окончена?
— Да. Окончена, профессор Багрек.
— Могу забрать его?
— Конечно, забирайте.
В этот момент И Хан послал профессору Ингерделю взгляд, полный предательства.
Поймав этот взгляд, профессор Ингердель слегка смутился.
«Я сделал что-то не так?»
— Эм... Профессор Багрек. Куда вы уводите И Хана?
— На верхние этажи главного корпуса.
— Зачем?
— Чтобы разобраться с холодами.
— ...!
Услышав это, студенты Башни Белого Тигра заволновались.
Они слышали слухи, что Уоданаз собирается лично покончить с этими жуткими морозами, но чтобы это оказалось правдой...
Раз он идет туда вместе с профессором, значит, настроен более чем серьезно.
— Уоданаз...!
— Ты невероятен...
«Надо было швырять снежки посильнее».
И Хана еще никогда так не раздражали студенты Башни Белого Тигра, бросавшие на него благоговейные взгляды.
— Отлично! Уоданаз, мы пойдем с тобой!
Воскликнул Анраго с решительным видом.
И И Хан, и Жизель, и даже профессор Волади посмотрели на него с полным непониманием.
«Он спятил?»
«Совсем свихнулся?»
«?»
Но, видимо, у сыто набивших животы студентов Башни Белого Тигра кровь отхлынула от головы к желудку, потому что остальные его поддержали:
— Да! Мы тоже!
— Мы пойдем вместе, профессор Багрек!
— Ведите нас!
Профессор Волади искренне ответил на их горячие крики:
— Обуза...
— Профессор! Вы, должно быть, замерзли по дороге, выпейте чашечку горячего кофе!
И Хан поспешно схватил профессора Волади за руку и потащил его к костру.
http://tl.rulate.ru/book/129083/25500600
Готово:
