Дракон Бедствия Никита Синтия.
Сейчас она была совершенно сбита с толку.
Юноша перед ней.
Ханон Ирей.
Он явился, замаскировавшись под Ханию Репидайю.
Но зачем?
Сквозь замешательство Никита ощутила недоумение.
Ханон — хороший младший.
Он молча помогал ей, когда она всегда брала всю работу на себя.
Он был остроумен, и разговаривать с ним было приятно.
Честно говоря, из всех, с кем она общалась в последнее время, разговор с Ханоном был самым приятным.
Разговор с Ханоном успокаивал, а порой его неожиданные замечания вызывали смех.
Иногда он бывал слишком уж озорным, но и в этом чувствовалась его привязанность.
Он часто знал Никиту на удивление хорошо.
Доходило до того, что она даже задумывалась, не маскируется ли под него кто-то из её давних знакомых.
Иногда это казалось ей подозрительным.
Но даже учитывая всё это, сам Ханон ей нравился.
У Никиты была низкая самооценка.
Её жизнь всегда была полна отрицания.
Даже родители не ожидали от Никиты многого.
Но даже в такой ситуации она упорно старалась и шаг за шагом поднималась вверх.
Ханон замечал это и постоянно хвалил Никиту.
Возможно, благодаря этому её самооценка в последнее время значительно выросла.
Доходило до того, что она иногда думала: «Может, я и правда неплохо справляюсь».
Из-за этого она стала реже избегать зеркал, не желая слышать, что в ней нет ничего примечательного, кроме лица.
В последнее время, глядя в зеркало, она иногда даже улыбалась.
Ханон был тем, кто так сильно поднял самооценку Никиты.
Именно поэтому она тем более не хотела показывать ему свою нынешнюю уродливую сторону.
Вид того, как она, поглощённая жаждой мести, отбросив всё, пытается кого-то убить.
Если Ханон увидит это, он определённо будет разочарован.
Ей было стыдно.
Хотелось немедленно куда-нибудь спрятаться.
Она не хотела, чтобы он видел её такой.
Поэтому она и просила Ханона не заходить глубоко во Дворец Магии.
Но Ханон упорно следовал за ней и теперь стоял прямо перед ней.
Ка-анг!
Ребро ладони Ханона метнулось к Никите.
Что он такого сделал?
Ханон был охвачен таким яростным жаром, что удивил даже Никиту, облачённую в Магию Древних Драконов.
Жар, исходящий от ребра его ладони, был обжигающим.
И глаза Ханона, смотревшие на неё, тоже были горячими.
Никита инстинктивно почувствовала.
Ханон сейчас сжигал сам себя.
Он не сможет поддерживать это состояние долго.
— Никита-сонбэним.
Ребро ладони Ханона двигалось непрерывно.
Раньше его движения казались грубыми.
Но сколько же он тренировался — теперь его техника была невероятно отточенной.
— Вы всё ещё ни разу не встретились со мной взглядом?
Тело Никиты вздрогнуло.
Никита не могла посмотреть Ханону в глаза.
Это продолжалось уже довольно давно.
После смерти Ниа Синтии.
Никита ни с кем не встречалась взглядом.
А после того, как она решила отомстить за Ниа.
Взгляд Никиты был направлен исключительно на месть.
Но Ханон постоянно пытался встретиться с ней взглядом.
Сталкиваясь с Никитой, он улыбался, заговаривал и был добр.
Никита игнорировала это и закрывала глаза.
‘Насколько же я эгоистична?’
Никита почувствовала к себе отвращение.
Игнорируя заботу другого человека.
Она была верна лишь своим чувствам.
И сейчас было то же самое.
Желание не показывать Ханону себя в таком виде.
Пытаясь избежать столкновения с ним лицом к лицу, она отвернулась.
Но глубоко в сердце.
Всё ещё пылающую жажду мести она не могла сдержать.
Ей казалось, будто кто-то шепчет ей.
«Ты что, даже отомстить не можешь?»
Ей постоянно чудился этот шёпот в ушах.
Это было проклятие.
Проклятие, от которого нельзя избавиться с того момента, как она прикоснулась к Магии Древних Драконов.
Жажда мести теперь вышла за пределы её контроля.
Меч Никиты взметнулся ещё раз.
Буря холода, вырвавшаяся из меча, пронеслась по округе.
Ханон прорвался сквозь неё и снова бросился на Никиту.
Меч и ребро ладони скрестились.
Их взгляды снова встретились.
Его красные глаза яростно сияли в унисон с пламенем.
Ханон — юноша, часто совершающий непредсказуемые поступки.
Очевидно, и на этот раз он где-то прознал о происходящем и потому преследовал её до самого конца.
Из-за этого ей захотелось спросить.
Ка-анг!
Отбросив ребро ладони Ханона, Никита оставила следы на снежном насте.
— …Младший, тебя подослала третья принцесса?
Ханон — двоюродный брат Ирис.
Поэтому Никита спросила, не поэтому ли он так её защищает.
Но задавая этот вопрос, Никита и сама знала.
Взгляд Ханона был направлен не на Ирис.
— Нет.
Как и ожидалось, Ханон отрицал.
Это отрицание глубоко проникло в сердце Никиты.
— Это я хочу остановить вас, Никита-сонбэним.
Глаза Никиты задрожали.
— Но почему…
Ханон сжигал сам себя.
Никита не могла понять, почему он готов пойти на такое, чтобы остановить её.
Как ни посмотри, у Ханона не было никаких причин вмешиваться в это дело.
Тогда Ханон, выставив вперёд ребро ладони, выдохнул.
— Разве я не сказал вам в день нашей первой встречи?
Первая встреча.
Никита вспомнила тот день на мосту, соединявшем корпус боевых искусств и главный корпус.
「Я восхищался вашими действиями, Никита Синтия-сонбэним, ещё до поступления.」
Те слова о том, что он восхищался ею.
Хотя она и не приняла их полностью за чистую монету.
Никита помнила прямой взгляд Ханона.
— Из-за вос… хищения?
Неужели из-за такой малости он готов пойти на такое?
— Если говорить о восхищении…
Пламя, охватившее тело Ханона, разгорелось ещё сильнее.
— Разве это не достаточная причина?
Ханон с трудом улыбнулся.
Казалось, пылающий жар давался ему нелегко.
— …Я недостойна восхищения.
— Я так не думаю.
— На самом деле я не такой человек, каким вы меня считаете.
— Ничего страшного. То, чего не замечаете вы, Никита-сонбэним, замечу я.
— Я…
Никита сжала кулаки, словно сглатывая горечь.
— Я…
Она не смогла продолжить.
Стекающие слёзы снова превратились в ледяные кристаллы и разлетелись от холода.
На её коже проступило ещё больше чешуи.
Магия Древних Драконов проникла так глубоко в её тело, что стала неконтролируемой.
Древний Дракон раскрыл пасть.
Чтобы полностью поглотить Никиту, он заморозил её разум.
Никита почувствовала, как сознание ускользает.
Она пыталась ухватиться за нить сознания, но та постоянно ускользала.
Нельзя.
Если так пойдёт, Ханон окажется в опасности.
Никита отчаянно цеплялась за рассудок, но он никак не поддавался.
Никита так сильно стиснула проросшие клыки, что они чуть не сломались.
Тело дрожало.
Но вопреки этому, буря холода становилась всё сильнее.
— М-млад… ший, бе… ги…
Никита хотела сказать Ханону, чтобы он бежал.
Это была её вина.
Он не должен был подвергаться опасности.
Но даже губы теперь вышли из-под её контроля.
— Когда это закончится, я должен буду вам кое-что рассказать. И извиниться.
Сквозь ускользающее сознание.
Ханон сказал это с улыбкой.
— Так что увидимся позже.
Глядя на эту улыбку, Никита мельком вспомнила одного человека.
Мужчину, который был влюблён в неё.
Из-за его неверного суждения всё закончилось не очень хорошо.
Но улыбку, которой он ей улыбался, она помнила.
Подумав, что эта улыбка чем-то похожа на улыбку Ханона.
Никита окончательно поддалась Магии Древних Драконов.
От жара Пламени Огненного Владыки перехватывает дыхание.
Но ещё сильнее холод, проникающий сквозь этот жар.
Передо мной.
Никита полностью поддалась Магии Древних Драконов и превратилась в драконида.
Магия Древних Драконов инстинктивно поняла.
Что жар, который я излучаю, может её сжечь.
В результате Магия Древних Драконов изменила тактику и ускорила драконизацию.
В игре смерть Никиты была бы неизбежным и неотвратимым сюжетным поворотом.
Что бы ни делал Лукас, у него не было способа спасти Никиту.
Но сейчас этот мир — реальность.
У Лукаса не было знаний, чтобы остановить Магию Древних Драконов.
У меня есть знания, чтобы остановить Магию Древних Драконов.
‘Я решил это ещё в тот день, когда спас Ниа’.
Именно я направляю мир по каноническому пути.
Но что бы я ни делал, я не могу идти по тому же пути, что и Лукас.
Поэтому я буду следовать канону, но…
Нарисую самый идеальный канон, какой я хочу.
‘Я спасу Никиту’.
Приняв решение, я глубоко вдохнул.
В тот момент, когда Никита полностью превратится в драконида.
Злая Сущность протянет руку и попытается захватить её тело.
Я уже чувствую, как Дворец Магии содрогается.
Доказательство того, что Злая Сущность жаждет Никиту.
‘Кто бы ей её отдал’.
Не желай её.
Отдавать не собираюсь.
Фу-у-у-у-у-унг!
В этот момент налетел ледяной ветер.
Одновременно глаза Никиты вспыхнули внутренним светом.
Начинается.
В тот миг, как я это почувствовал, фигура Никиты исчезла.
Одновременно с тем, как я выставил вперёд правое ребро ладони, охваченное жаром, раздался звон меча.
Треск!
От холода воздух замёрз, и появился иней.
За ребром ладони виднелась фигура Никиты, источающая зловещую ауру.
Её разума больше не существовало.
Остался лишь драконид, жаждущий убийства.
В этот момент пасть Никиты широко раскрылась.
Увидев это, я резко повернул голову.
Вспышка!
Перед глазами вспыхнул свет.
Ледяной луч опалил часть волос и пронёсся мимо.
Тем временем правое колено Никиты метнулось к моему боку.
Я опустил левый локоть, блокируя колено, и отступил назад.
Сжал горсть жара в правой руке.
И тут же ударил кулаком в грудь Никиты.
Ту-кванг!
Лезвие меча Никиты каким-то образом заблокировало мой кулак.
От удара раздался грохот, и жар с холодом столкнулись, вызвав взрыв.
От сильного взрыва в ушах на мгновение зазвенело.
Но даже сквозь взрыв меч Никиты устремился ко мне.
Фехтование, въевшееся в тело Никиты, инстинктивно вырвалось наружу.
Диагональный удар слева, удар сверху справа.
Звон сталкивающихся клинка и эфеса, взгляд и работа ног.
Мои глаза неотрывно и пристально следили за Никитой, не упуская ни одной детали.
Моё динамическое зрение работало на пределе.
Один пропущенный удар — и это смертельная рана.
Зная это, я отчаянно сражался с ней.
И в какой-то момент.
Тело Никиты, размахивающей мечом, начало двигаться медленнее, чем раньше.
Но то же самое происходило и со мной.
Моё тело тоже явно замедлилось по сравнению с тем, что было раньше.
Это было не потому, что наши силы иссякали.
‘Наконец-то потихоньку’.
Начали появляться признаки.
Я почувствовал, как Магия Древних Драконов, которой владела Никита, начала паниковать.
‘Нет’.
Не Магия Древних Драконов.
Глубоко внутри Никиты.
Сущность, гнездившаяся там гораздо дольше, начала выказывать смятение.
Похоже, тварь наконец поняла.
Что и она сама оказалась в опасности.
На моих губах появилась вымученная улыбка.
Внутри холода.
Наконец, пламя начало перекидываться и на Остаток Древнего Дракона, оставленный им и скрытый Магией Древних Драконов.
Истинная причина, по которой Лукас не мог спасти Никиту.
Истинная сущность ужасного проклятия, которое можно было устранить, только если Никита прибегнет к Магии Древних Драконов, и которое было причиной её пожизненного отсутствия таланта.
Остаток Древнего Дракона.
Вот эта тварь и была той неизбежностью, что была связана с Никитой.
Поэтому я подготовил единственный способ нарушить эту неизбежность.
— Похоже, ты наконец немного забеспокоилась.
Тяжело дыша, я усмехнулся.
Внутри холода.
Наконец, пламя начало перекидываться и на Остаток Древнего Дракона, оставленный им и скрытый Магией Древних Драконов.
http://tl.rulate.ru/book/129082/6309444
Готово:
