Оставшись одни в коридоре, охранник толкнул Драко дубинкой, вонзая её в поясницу, где находились почки, вызывая тупую боль. Драко стиснул зубы, но ничего не сказал.
— Это твоя девушка?
Драко напрягся, и охранник это заметил.
— Она очень хорошенькая. Думаешь, ей понравится экскурсия по тюрьме?
Драко отказался поддаваться на провокацию. Он сосредоточился на том, чтобы представить все способы, которыми он мог бы причинить боль этому человеку, если бы у него была такая возможность. И у него был довольно большой выбор. Когда охранник остановил его, Драко увидел, что они находятся в новой части тюрьмы, где он раньше не был. Камеры пыток, предположил он.
Охранник открыл дверь и втолкнул Драко внутрь, затем захлопнул дверь. Драко огляделся. Это была ещё одна камера, только она была немного лучше, чем его старая. Но лишь самую малость. Драко вздохнул и сел на настил, проведя рукой по волосам. Ему нужно было поспать. Два часа изнурительных вопросов, которые он даже не помнил, утомили его, к тому же он очень мало спал прошлой ночью, и его сон постоянно прерывался острой болью.
В дверь постучали, затем она открылась, впустив маленькую пожилую ведьму, которая была явно до смерти напугана. Она помедлила, прежде чем закрыть дверь, зная, что они останутся вдвоём.
Она посмотрела на Драко, страх исходил от каждой её клеточки. Казалось, она онемела.
Драко вздохнул.
— Могу я вам помочь?
— Я… я здесь, чтобы… чтобы… — Она указала на его лицо.
— Что?
— Э-э, ваш нос.
— О. Прекрасно. — Медсестра не двигалась. — Я не причиню вам вреда, если в этом ваша проблема. Не могу. Вы должны это знать, если работаете здесь.
— Да. Но… вы…
— Пожалуйста, просто почините мой нос и уходите. — Она стояла как вкопанная. Драко закатил глаза, встал и сделал шаг к ней.
Она выставила палочку ему в лицо.
— Стойте! Прямо там!
— Вы собираетесь его чинить или нет? — спросил он, начиная раздражаться.
— Да. Просто… сядьте, хорошо?
— Ладно. — Он сел обратно, и медсестра подошла к нему. Он сел на свои руки, чтобы ещё раз показать женщине, что не собирается причинять ей вреда. Медсестра наконец добралась до него и осмотрела его нос. Она была совсем не доброй и нежной, как Гермиона, и ему пришлось прикусить губу от боли.
— Сломан, — объявила она.
— Да что вы говорите? — пробормотал он, хмурясь.
Она свирепо посмотрела на него и направила палочку на его нос. Она пробормотала заклинание, и Драко почувствовал, как кость и хрящ встали на место.
— Вот. — Она повернулась, чтобы уйти.
— Эй, подождите. А как насчёт этого пореза? — спросил он, указывая на свою щеку.
— Только нос, — сказала она, её глаза насмехались над ним.
— Ладно. Идите, — прорычал он. Смех в глазах медсестры сменился страхом. Она прошмыгнула за дверь.
Драко пощупал свой нос, чтобы убедиться, что он вернулся к своей обычной форме. Ему понадобится зеркало, чтобы быть уверенным. Он вздохнул. Теперь он знал, какой будет его жизнь, если его освободят. Эта медсестра вела себя так, как будут вести себя все. Испуганные, злобные и ненавидящие, и он ничего не сможет сказать в свою защиту. Он провалился в беспокойный сон.
* * *
Третий день подряд Гермиона просыпалась в больнице Святого Мунго, не сразу понимая, где она. Ей и всей семье Уизли предоставили комнаты, переделанные так, чтобы больше походить на гостиничные номера, чем на больничные палаты. Весь этаж был в распоряжении Гарри.
Ей не очень-то хотелось просыпаться, по крайней мере, пока. С тех пор как она добилась от судьи встречи с Драко и отсрочки его приговора, оставалось только ждать, когда очнётся Гарри. Целители пришли к выводу, что заклинание, которым его поразили, не было смертельным или особо злонамеренным: оно просто медленно действовало.
Весь волшебный мир пребывал в состоянии приглушённого волнения. Когда распространилась новость о поражении Волан-де-Морта, царило великое возбуждение. По всему Лондону запускали фейерверки, несмотря на маглов, а в Косом переулке шло непрерывное празднование, в котором участвовал каждый владелец магазина. Фред и Джордж по очереди дежурили в своём магазине, временно закрыв филиал в Хогсмиде.
И всё же все ждали, прильнув к радиоприёмникам, каждое утро хватая газету, когда её доставляли. Ждали новостей о Гарри.
Джинни не покидала его палату, за исключением крайней необходимости, и отказалась оставаться со своей семьёй в конце коридора. Рядом с его кроватью была установлена её, и она весь день держала его за руку, тихо разговаривая с ним. Её родители были, мягко говоря, шокированы, когда Джинни сообщила им, что они с Гарри женаты. Молли разрыдалась, когда наконец осознала это, обняла дочь и потребовала, чтобы ей позволили устроить для них грандиозную вечеринку. Рон и Гермиона проводили большую часть времени вместе, оба беспокоясь о Гарри, а Гермиона постоянно думала о Драко.
Остальные Уизли по очереди дежурили в больнице днём, хотя Молли была там постоянно. Гарри хотел бы именно так – Молли была для него самым близким человеком, заменившим мать. Сотни людей заходили каждый день, принося подарки и желая Гарри здоровья. Рону и Гермионе пришлось составить список людей, которым разрешено посещать Гарри.
Как только Гарри очнётся, ведь никто не хотел думать об альтернативе, начнутся настоящие празднества. Весь магический Лондон хотел почтить его наградами, особыми знаками отличия и даже парадом прямо по Косому переулку. Его завалят просьбами об интервью, приглашениями на вечеринки и всем, что только могли придумать люди, чтобы имя Гарри Поттера оказалось рядом с их собственным.
Гермиона знала, что он будет это ненавидеть.
Тёмная сторона быстро развалилась после кончины Волан-де-Морта. В отличие от того раза, когда он просто был лишён тела, на этот раз не было сомнений, что он действительно мёртв. Гермиона месяцами работала над планом для Министерства, который позволил бы им собрать оставшихся Пожирателей смерти, но некоторые из них немного облегчили эту задачу.
Всего через несколько часов после падения Волан-де-Морта оставшийся внутренний круг Пожирателей смерти решил, что они хотят продолжить то, что начал их Лорд. Они обсуждали планы, схемы и способ заявить о себе как об опасной силе, внушающей страх, о чём-то, что заставит людей забыть о Волан-де-Морте. Они часами говорили о том, как они это сделают, но потом кто-то спросил, кто будет их лидером. Каждый с подозрением посмотрел на других, и вскоре вся компания ополчилась друг на друга. Посыпались обвинения в неверности, указывались пальцы, возлагалась вина. Конфронтация обострилась, и когда дым рассеялся, на ногах остался только один человек. Отец Грегори Гойла. Даже Беллатриса пала под градом смертельных заклятий.
Гойл-старший затем взял все их планы и покинул убежище, но был задержан в течение часа. Гермиона и Рон долго смеялись, когда читали статью. Гойла заставили привести авроров туда, где произошёл переворот. Среди мёртвых были Беллатриса, Родольфус и Рабастан Лестрейндж, а также Крэбб-старший.
— Погоди, — сказала Гермиона, снова пролистывая страницы газеты в поисках чего-то.
— Что такое? — спросил Рон, выглядя немного обеспокоенным.
— Снейп. О нём вообще ничего нет. Уж он-то точно должен был быть во внутреннем круге Волан-де-Морта. Но… — она нахмурилась, дойдя до конца статей о Пожирателях смерти. — Ни слова.
и Рон обменялись взглядами. Из всех Пожирателей смерти именно о нём Гарри больше всего хотел бы узнать. Гермиона вспомнила и поняла, что не слышала о Снейпе ни слова, за исключением редких упоминаний, с самого начала Войны. Правда, очень немногие Пожиратели смерти искали внимания – лишь Люциус несколько раз, но сейчас, в самом конце, наверняка должны были быть новости о Снейпе.
http://tl.rulate.ru/book/124216/7612592
Готово:
