Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 455. Так кто же тут зазнался?

Том 1. Глава 455. Так кто же тут зазнался?

Фраза Ли Е «Ты глухой?» заставила Чжан Жуя покраснеть. Он считал, что у них с Ли Е есть некоторая «дружба», тем более его отец, директор Чжан, был хорошего мнения о Ли Е и даже хвалил его. Директор Чжан редко кого хвалил, и те, кто удостаивался его похвалы, очень ценили это и стремились наладить отношения с семьёй Чжана.

Но почему Ли Е ведёт себя так неразумно?

Однако за годы, проведённые за границей, Чжан Жуй научился быстро брать себя в руки, общаясь с прямолинейными иностранцами. Всего через несколько секунд он уже рассмеялся:

— Брат, зачем так горячиться? Ха-ха-ха! Послушай меня, не зацикливайся на прошлом, смотри вперёд! За эти годы в Британии я понял одну истину: любое сожаление можно компенсировать деньгами! Посмотри на мой костюм — 68 фунтов! А туфли — 99 фунтов! Я говорю это не к тому, что «братья — как руки и ноги, а женщины — как одежда», а к тому… — Чжан Жуй понизил голос, — …что такие, как Лу Цзинъяо, не имеют значения. Если у тебя есть деньги, целый взвод красоток будет бегать за тобой!

— У меня нет денег, и целый взвод красоток уже бегает за мной, — спокойно ответил Ли Е.

— Ха-ха-ха! Ты такой шутник! — рассмеялся Чжан Жуй. Он надеялся, что его «зарубежный опыт» поколеблет Ли Е, но тот одной фразой сбил его с толку. Ли Е был красив, и деньги ему были не нужны.

— Ладно, брат, оставим пустые разговоры. Перейдём к делу, — сказал Чжан Жуй, посерьёзнев. — Не секрет, что за два года за границей я понял: время — деньги. И сейчас у меня есть хорошая возможность, которой я хочу с тобой поделиться.

Ли Е хотел сказать: «Мне не интересно с тобой разговаривать, ты недостаточно важная персона», но передумал. Ему стало любопытно, что задумал Чжан Жуй.

— Говори, — кивнул он.

— Ты пишешь под псевдонимом «Цицунь Даофэн»? — сдерживая недовольство, спросил Чжан Жуй.

— Да, — подтвердил Ли Е.

— Тогда я по адресу. Та самая Джонина, о которой я говорил, заработала несколько миллионов фунтов за год. Знаешь, откуда эти деньги?

— «Песнь льда и пламени». Ты только что говорил, — бесстрастно ответил Ли Е.

— Верно. А знаешь, у кого права на эту книгу?

Чжан Жуй смотрел на Ли Е с видом знатока, хранящего великую тайну. Ли Е промолчал. Права на «Песнь льда и огня» были у него, так что он прекрасно знал ответ.

Не дождавшись реакции, Чжан Жуй продолжил:

— Права у гонконгского издательства «Талан»! Того самого, что выпустило твой «Северный ветер бушует»!

— И что? Какое это имеет отношение ко мне? — спросил Ли Е, заметив нетерпение в глазах Чжан Жуя.

— Ты ничего не понимаешь! Это шанс! Шанс заработать кучу денег! — воскликнул Чжан Жуй. — Я спрашивал у друзей из Пекинского университета. Ты знаком с Пэй Вэньцуном, директором «Талан»? Если знаком, то всё просто! Он купил зарубежные права на твой роман, так почему бы нам не договориться с ним о правах на издание «Песни льда и огня» в Китае?

Мысленно Ли Е ответил: «Какой смысл говорить с Пэй Вэньцуном? Ты не по адресу обратился!»

Но Чжан Жуй, не обращая внимания, продолжал развивать свой план:

— Я могу перевести «Песнь льда и огня» на китайский и найти издательство. Книга популярна за рубежом, значит, будет продаваться и здесь! Это наш первоначальный капитал! Понимаешь, что это значит? У нас будут деньги! Сейчас государство поддерживает частный бизнес! Это же идеальное стечение обстоятельств! Грех не разбогатеть! У меня есть связи, я могу достать дефицитные товары. Я возьму тебя в долю! И ещё один секрет: за эти два года в Британии Лу Цзинъяо отвергла кучу поклонников, но когда ты станешь успешным…

Глядя на разгорячённого Чжан Жуя, Ли Е подумал, что эпоха «ловкачей» действительно наступила. С 1984 года бесчисленные идеи обогащения из воздуха воспринимались как руководство к действию людьми, у которых не было ни гроша, но глаза горели жаждой наживы. Даже «фирмы по продаже идей» стали темой юмористических сценок. Эти «умники» считали, что каждая их «гениальная» мысль — ключ к сокровищнице. Стоило кому-то в компании заявить: «У меня есть идея!», как друзья готовы были вывернуть карманы, чтобы угостить «гения» ужином.

Идея Чжан Жуя была чуть более реалистичной, чем другие фантазии. Он хотя бы использовал Лу Цзинъяо как отправную точку, и Ли Е действительно знал Пэй Вэньцуна.

Вот только «Песнь льда и огня» изначально была написана на китайском! Зачем ему какой-то «обратный перевод»? У него уже три года как был свой бизнес! Зачем ему чья-то «доля»?

Поэтому, не дав Чжан Жую договорить, Ли Е холодно перебил его:

— Я учился на экономиста. В этом я разбираюсь лучше тебя.

Чжан Жуй потерял дар речи. Он чувствовал, что если продолжит разговор, то задохнётся от злости. Почему этот Ли Е такой непробиваемый?

Чжан Жуй был уверен, что его комбинация безупречна: сначала сообщение о том, как хорошо сейчас живёт Лу Цзинъяо, чтобы пробудить в Ли Е чувство соперничества, а затем — предложение заработать кучу денег. Ли Е должен был клюнуть! Какой мужчина, узнав об успехах бывшей девушки, не захочет превзойти её? Лу Цзинъяо зарабатывала тысячи фунтов в месяц, что по чёрному курсу — десятки тысяч юаней! Неужели у Ли Е нет желания догнать её, возобновить отношения?

Какие бы мысли ни были у Ли Е, Чжан Жуй был уверен, что тот нуждается в нём, и он сможет вить из него верёвки. Хочешь вернуть Лу Цзинъяо — я помогу! Хочешь заработать — я покажу как! И тогда эту квартиру с мебелью Ли Е вернёт ему в качестве благодарности!

Но что он услышал в ответ?

«Ты глухой?»

«У меня и без денег целый взвод девушек.»

«Я экономист, не учи меня жить.»

«Пф, деревенщина! Ты знаешь 88 способов использования денег? 99 способов игры капитала? Я вернулся с Запада, принёс вам знания, а ты ещё и ломаешься! За такие консультации я беру деньги, знаешь ли!»

— Ты не видел мира, лягушка в колодце!

— Бам! — дверь в восточной комнате распахнулась.

Вышла сестра Ли Е, Ли Юэ, и ледяным тоном произнесла:

— Товарищ, уже поздно. Моему брату пора в университет. Вам тоже пора. А то в темноте поскользнётесь, упадёте в колодец, а плавать, как лягушка, не умеете.

Лицо Чжан Жуя стало то красным, то белым. Он кипел от злости, голова гудела, словно его ударили по вискам.

Не успел он ответить, как басом проговорил Ли Даюн:

— Идёмте, товарищ, мы закрываемся.

Увидев громадного Ли Даюна, Чжан Жуй вздрогнул, вспомнив неприятные эпизоды в Британии. Уличное насилие бывает везде, а в Британии вечерами на китайцев нападали вот такие шкафы.

— Не надо провожать. Считайте, что меня не было, — бросил Чжан Жуй и вышел.

— С какими людьми ты связываешься? — строго спросила Ли Юэ брата.

— Раньше он был нормальным. Съездил за границу — и зазнался, — ответил Ли Е.

Только что спустившийся со ступенек Чжан Жуй чуть не упал.

«Кто тут зазнался? Это вы зазнались!»

«Я пришёл с добрыми намерениями, а вы… ни одного доброго слова!»

Чжан Жуй не понимал. По информации от Хэ Сюэ, Ли Е был безумно влюблён в Лу Цзинъяо. Он выбрал её как точку давления, и не мог ошибиться. Какого мужчину не заденет известие об успехах красивой и богатой бывшей? Почему всё пошло не так?

Выйдя со двора, Чжан Жуй достал ключи от мотоцикла, но никак не мог попасть в замок зажигания. Рука дрогнула, и ключи упали на землю. Пока он шарил в темноте, Ли Е с семьёй вышли из дома и заперли ворота.

«Они и правда здесь не живут. Зачем тогда занимают дом?»

Но в следующий миг Чжан Жуй увидел, как Ли Е и его родные сели в две машины, стоявшие в переулке: маленький BMW и Santana. Фары осветили упавшие ключи… и ослепили Чжан Жуя.

Он наконец понял, в чём ошибся. Santana — ладно, их много в госучреждениях, скорее всего, служебная. Но маленький BMW точно не казенный! Ни один чиновник не купит такую машину. Чжан Жуй видел такие в Британии — цена от нескольких десятков тысяч фунтов! В Китае такая стоит целое состояние!

Пока он «набирался опыта» за границей, Ли Е, похоже, тоже не сидел сложа руки. Даже если Лу Цзинъяо зарабатывает десятки тысяч юаней, когда она накопит на такую машину?

Он пришёл, чтобы подтолкнуть Ли Е к обогащению, но, похоже, у того и без него всё в порядке.

Так кто же тут зазнался?

http://tl.rulate.ru/book/123784/5528472