Старый кузнец моргнул, услышав дерзкие ответы Чунбон и Соджуна, затем шаркая ногами, вернулся к своему стулу.
— Ох…
Соджун, честно говоря, ожидал, что сейчас начнётся драка, и в итоге ошеломлённо уставился на Чунбон.
— На что уставился?
— Ни на что, ни на что.
Так вот какой обычный разговор в Муриме?
Соджун пришёл к этому странному осознанию, следуя за Чунбон.
Чунбон остановилась перед несколькими выставленными мечами и оглядела их.
— Хм… Они не совсем уж и бесполезны. Выбирай один.
— Я?
Он ничего не знал о мечах. Чунбон цокнула языком, когда он посмотрел на неё глазами, умоляющими её выбрать за него.
— Выбирай уже! Если выберешь что-то идиотское, я тебя остановлю.
— Как у такого ребёнка, как ты, такой скверный язык?
Чунбон свирепо посмотрела на него.
— Если… Бы… Не… Ты…
— Если бы не я?
— …Просто сдохни уже.
Игнорируя разъярённую Чунбон, Соджун осмотрел мечи.
В основном они были одинаковой длины. Примерно такой, какой вы представляете себе длинный меч.
Это были обоюдоострые мечи в китайском стиле, и после того, как он взял в руки каждый из них, баланс показался ему неплохим.
— Не годится?
Ну, по моим меркам, неплохо.
Но среди похожих, тот, что привлёк его внимание…
— Я возьму этот.
Чунбон внимательно осмотрела выбранный им меч и кивнула.
— У тебя довольно острый глаз.
Она схватила меч и потопала к старому кузнецу, шлёпнув им по прилавку.
— Этот.
— Хм-м…
Старик прищурился и откинул голову назад, затем кивнул, словно наконец сфокусировавшись.
— Один таэль.
— Серебра?
— Что ещё это может быть, если не серебро?
— Ты что, с ума сошёл, старик?! Пол-таэля. Больше мы не можем дать.
После короткого обмена репликами ей удалось сторговать цену до половины. Соджун аплодировал её безумным навыкам торга, но Чунбон цокнула языком.
— Это первоначальная цена, дурачьё.
— Аха, понял.
По дороге домой, купив еды на оставшиеся гроши, Соджун радостно напевал, чувствуя тяжесть меча на поясе. Чунбон фыркнула.
— Рад?
— Очень.
— Чушь собачья.
Внезапно Чунбон схватила Соджуна за запястье, останавливая его. Их взгляды встретились. Она на мгновение нахмурилась, а затем серьёзно спросила:
— Ты знаешь, что значит ступить в Мурим?
— Это что-то особенное? Разве это не просто значит, что если ты размахиваешь мечом, тебя могут убить им же?
— Если бы это было всё, я бы не стала ничего говорить.
Чунбон подошла ближе и постучала по мечу на поясе Соджуна.
— Обиды Мурима — это как спутанный клубок пряжи, который никогда нельзя распутать. Ты уже сделал один шаг в него.
Она имела в виду разбивание голов тех преступников. Соджун кивнул, и Чунбон, которая смотрела ему прямо в глаза, вдруг вздохнула.
— В любом случае, делай всё возможное. Как только ты войдёшь, пути назад уже не будет. В тот момент, когда ты остановишься, тебе вонзят нож в спину.
— Почему ты говоришь как человек, который вот-вот умрёт?
— Когда это я так говорила, ублюдок?
Соджун положил руку на голову надувшейся Чунбон.
— Ты, мелочь пузатая. Когда твой старший братец добьётся успеха, он позаботится о тебе.
— Ах ты, сукин… Кья!!! Убери свою руку с моей головы!!!
Он схватил её маленькую голову и энергично потрепал её, и, похоже, она втайне наслаждалась каждым мгновением.
Милая маленькая хулиганка.
В тот день, когда ему придётся отправить Чунбон замуж, после того как он так хорошо её вырастит, он, возможно, немного погрустит.
* * *
Вернувшись домой, Соджун уже собирался осмотреть меч, когда Чунбон вдруг сунула голову и свирепо посмотрела на него.
— Ты же сказал, что расскажешь мне, когда мы вернёмся домой.
— Рассказать тебе что?
— Технику Пальцевой Пули, придурок!
— Ах-х.
Я просто сказал это, чтобы успокоить её.
Поразмыслив, Соджун честно сказал:
— Я просто сказал себе, что могу, и это сработало. Что такого?
— Просто сдохни уже. Если ты не хочешь мне говорить, так и скажи.
— Нет! Я серьёзно, клянусь!
Хорошенько подумав, Соджун снова собрал ци на кончике пальца и попытался объяснить смутное ощущение.
— Ты просто собираешь её на кончике пальца, а потом, типа… Пиф! И паф! Вот и всё!
— Это не может быть так просто! Не может быть, чтобы это было всё!
— Но это работает, так что я должен тебе сказать?
Так же, как человек не использует сознательно голосовыми связками, когда говорит, он просто сделал это, потому что чувствовал, что это сработает, и это сработало.
После ещё одного долгого объяснения Чунбон, наконец, похоже, поняла и подпёрла подбородок рукой.
— Этот дерьмовый мир. Что, только потому, что у тебя есть какой-то талант, ты думаешь, что мир будет прогибаться под тебя?
— Почему ты снова злишься на меня?
— Просто так! Ублюдок!
Соджун позволил ей обрушить на него шквал ударов, затем выпрямился.
Хлоп-хлоп-хлоп!
Массаж спины довольно приятный. Какая преданная дочь. Наслаждаясь массажем спины, он решил осмотреть меч.
Вжух...
Слегка обнажённое лезвие из ножен блеснуло. Масло? На ощупь казалось, что это оно.
Кстати, мы же купили точильный камень и масло, не так ли?
Чунбон, наверное, знает, как ими пользоваться. Это может подождать.
— Эй, прекрати, это опасно.
Он заставил Чунбон прекратить массаж и встал, полностью вытащив меч из ножен.
— Ох…
Чёрт. Настоящий меч определённо внушает страх.
Палаш, которым пользовались эти преступники? Эта уродливая штуковина даже не считается мечом. Я никогда не пользовался неуклюже выглядящим оружием, будь то меч или сабля, даже в играх.
http://tl.rulate.ru/book/123770/6527705
