Сквозь затуманенное болью зрение он посмотрел вверх и увидел маленькую фигурку. Ребёнок, которому на вид было двенадцать-тринадцать лет, смотрел на него сверху вниз.
— Ха-а... Ха-а… Думал, что умру...
Он грубо вытер вытекающую слюну и осмотрел ребёнка.
— ...Хэй, малыш, кто ты?
— Что? Даже спасибо не скажешь?
Ребёнок легонько ткнул его ногой.
— Угх!..
Соджун корчился от боли. Несмотря на то, что он не трогал рану напрямую, боль всё равно заставила его мысли опустеть.
— Ты, мелкий!..
— Что, а?!
— Акх...
Он выпрямился, постанывая. Сквозь дыры в потолке его взгляд встретился с тёмным ночным небом.
Небо?
Теперь, как следует осмотревшись, он понял, что это место — не что иное, как руины. Лежа в здании, которое, казалось, вот-вот рухнет, у него задрожали ноги.
— ...Где это я?
— У меня дома.
— И где именно твой дом?
— Рядом с тем местом, где ты упал.
Малец цокнул языком.
— Подумай логически. Как далеко, по-твоему, я мог тебя донести? Я думал, что умру, пока тебя сюда тащил.
— …Если так подумать, то имеет смысл. И всё же, ты, должно быть, довольно сильный? Маленькому ребёнку нелегко тащить взрослого мужчину.
— Что? Пф-ф!
Ребёнок начал хихикать, а затем расхохотался во весь голос.
— Взрослый мужчина? У тебя вообще лобок есть? Строишь из себя важного, хотя мы практически одного возраста.
— Что? Бедняжка... В таком юном возрасте уже слепнешь?
Соджун рассеянно осмотрел своё тело. Конечно, не для того, чтобы проверить наличие лобка, а просто взглянул на свои руки, чтобы понять, о чём говорит этот мальчишка.
— Что за...
Они были маленькими и короткими.
Это не были совсем детские руки, но определённо меньше, чем руки взрослого, которые он привык видеть.
— Это смешно. Что я, детектив Конан?
Тело ребёнка, а мозг взрослого! Полный бред.
— К чёрту всё, мы справимся.
Это жизнь. Всё как-нибудь образуется, наверное.
* * *
Всё НЕ образовалось.
Прошло около десяти дней, и Соджун потягивал своё затёкшее тело. Хотя рана ещё не полностью зажила, она восстановилась настолько, что её можно было считать почти зажившей, заживая аномально быстро.
Я даже не знаю, как я вообще выжил.
Заживление кожи — это одно, но что насчёт моих кишок, вывалившихся наружу? Можно ли выжить, просто засунув их обратно? Разве люди обычно не умирают от инфекции?
Соджун вздохнул, размышляя.
— Ха-а... Я не понимаю. Чёрт, вся эта история с омоложением ещё меньше имеет смысла.
Чунбон ответил на его бормотание.
— Опять за своё? Тебе не надоело это повторять?
— Нет, я серьёзно стал моложе!
— Это какая-то упорная чушь, это точно.
— Заткнись, Чунбон.
— …
Что это вообще за имя такое — Чунбон? Глядя на ребёнка, который технически был его спасителем, Соджун увидел, как тот покраснел от гнева.
— …Лучше бы я тебя там оставил.
Проворчал Чунбон, вздыхая.
— В любом случае, не делай глупостей и просто сиди спокойно. Это не та рана, которая должна заживать всего за десять дней.
— Но я же весь зажил.
— Ага. Вот это и странно.
Пока Чунбон пристально смотрел на его тело, Соджун был погружён в раздумья.
Если уж говорить о странностях, то то, что случилось со мной, ещё более странно.
После десяти дней разговоров с Чунбоном он был уверен. Это реальность, и это — Мурим.
Но что-то всё ещё кажется неправильным.
Это случилось три дня назад. Когда Соджун от скуки тыкал Чунбона в бок пальцем ноги, тот закричал.
— Ах, ну же! Уже почти двенадцать часов! Дай мне наконец поспать!
Что за чушь? Неужели Секта Горы Хуа превратилась в секту вулкана и начала метать огненные шары или что-то в этом роде? Как будто этого было недостаточно, двенадцать часов? Они что, с ума сошли? В любом мало-мальски приличном романе о боевых искусствах использовались бы традиционные временные термины, например, Час Крысы, вместо того, чтобы говорить двенадцать часов.
Я не помню, чтобы читал какой-либо роман о боевых искусствах, подобный этому…
Так что, может быть, это не роман? Может, я просто случайно попал в какой-то странный мурим-подражатель?
— Хэй, Ли Соджун.
— Что?
— Что значит «что»? Если ты встал, пора сделать себя полезным.
Чунбон поманил его из полуразрушенного дверного проёма.
— Следуй за старшим… бра… Я научу тебя, как выживать в подворотнях.
— Кстати, ты вообще парень?
— …Ты, ублюдок.
Чунбон быстро отступил назад и прикрыл своё тело.
— Это недоразумение! Ах, такие недоразумения — настоящая головная боль.
— Хэй, я не пытаюсь трахнуть тебя в задницу!
— Это подозрительно.
— Неважно, просто веди. Посмотрим, насколько хорошо ты умеешь попрошайничать.
* * *
— Если подумать, было ли что-нибудь ещё там, где я упал? — спросил Соджун, дуя на дымящуюся пельмешку.
— Нет, ничего.
— Правда? Это тревожно.
Интересно, что случилось с той женщиной? Он быстро помолился за упокой её души, откусывая ещё один кусок пельменя.
— Но серьёзно, разве нет пельменей с мясом?
— …Говорит парень, который вот-вот лопнет от обжорства.
— Знаешь, на вкус это ужасно.
Это называется пельмень, но в нём нет начинки. Просто комок муки, по сути.
— Ха! Если будешь жаловаться, в следующий раз сам их укради. Я буду стоять на стрёме.
— Может, мне стоит?
— Что значит «может, мне стоит»?! Просто заткнись и ешь!
Его ударили. Для ребёнка он бьёт сильно. Вот что значит принадлежать к Муриму?
— Ах, почему какая-нибудь техника боевых искусств просто не свалится с неба? Мне серьёзно нужно избить этих парней, если я снова их встречу.
Ворча и запихивая в рот оставшиеся пельмени, он заметил, что Чунбон смотрит на него.
— М-мф?
— Хочешь, я научу тебя боевым искусствам?
— Кхе!..
Кха-кха! Он выплюнул пельмень, застрявший у него в горле. Затем схватил за щёки Чунбона, который с сожалением смотрел на потраченную впустую еду, и сказал.
— Правда?!
— Ничего особенного. Всего лишь Техника Меча Трёх Принципов.
Неважно, откуда такой ребёнок из трущоб, как он, знал боевые искусства. Важен был момент.
— Спасибо, учитель!
— Да ладно, хватит нести чушь.
http://tl.rulate.ru/book/123770/6234071
