«Иди, Северус... узнай все, что сможешь». Дамблдор кивнул, и Снейп в мгновение ока оказался за дверью.
«Как это удобно». пробормотал про себя Гарри, ни на секунду не веря, что хозяин Снейпа позвал его.
«Филиус, вы говорите, что никогда не видели мисс Лавгуд, но мистер Уизли настаивает на том, что она направлялась именно туда». Дамблдор вновь обратил внимание на главу Когтеврана.
«Могли ли ее забрать прямо из школы?» громко прошептала Профессор Стебль, в страхе прикрывая рот руками.
«Нет! Это невозможно». Дамблдор встал и взял в руки несколько серебряных приборов, затем взял свою палочку и произнес несколько заклинаний. «Аппарирование не происходило ни в какой форме. Порталы не были активированы в пределах школы». Он произнес еще несколько заклинаний. «За последний день не было ни одного камина. Хм... аххх».
«ЧТО? закричал Рон. Эмоциональная нагрузка давила на него, но Дамблдор все понимал и поэтому продолжал делать то, что делал.
«Похоже, что пару часов назад территорию Хогвартса покинула одна студентка, и, судя по магической подписи, которую зафиксировали чары, когда она проходила через ворота... это действительно была мисс Лавгуд».
«Зачем ей покидать замок?» воскликнул профессор Слизнорт, - «Конечно, она достаточно умна, чтобы знать об опасностях, которые существуют за этими стенами».
«Какова бы ни была причина, это должно было быть подстроено». Дамблдор поднес руку к подбородку, на его лице было написано беспокойство. Затем он взял перо и написал что-то на листе бумаги, после чего передал его Фо́уксу, который спокойно сидел на своем насесте. Тот мгновенно исчез. Дамблдор сел за стол и предложил всем по лимонной капле, сказав, что, возможно, придётся подождать несколько минут.
Через десять минут Фо́укс появился на столе Дамблдора с запиской, которую Дамблдор открыл и прочитал.
«Да, мисс Лавгуд видел мой брат в Хогсмиде на почте. Почтмейстер сказал, что мисс Лавгуд пришла и сказала, что профессор Флитвик послал ее забрать посылку для профессора Слизнорта».
Все повернулись к Флитвику и Слизнорту, которые выглядели растерянными, оба качали головами, отрицая свою причастность или осведомленность.
«Профессора, если вы позволите, я просканирую вас, чтобы узнать, не накладывались ли на вас какие-либо запрещенные заклинания?» сказал Дамблдор, доставая свою палочку. Оба согласились, причем Дамблдор просканировал Слизнорта первым.
«С тобой, Гораций, все в порядке. Филиус, если можно?»
Он просканировал, и от его палочки исходило красно-зеленое свечение. МакГонагалл подбежала со своей палочкой, чтобы перепроверить результаты. Ее палочка тоже излучала те же цвета.
«Нет никаких сомнений. Кто-то наложил на вас Империус и чары памяти Филиуса». Дамблдор вздохнул.
«Невозможно!» закричала Профессор Стебль. «На профессора Хогвартса? Как такое могло случиться?»
«Я не знаю, но я не могу вызвать воспоминания из вас, Филиус, не вмешиваясь в Империус, что может оказаться опасным. Это не мог сделать студент». Дамблдор повернулся к Профессору Стебль.
«Альбус... это то, что мог сделать Северус? Мне не хочется верить, что он мог это сделать, но это нужно спросить». МакГонагалл спросила тихим голосом.
Профессор Дамблдор сел обратно в кресло. «Я молюсь, чтобы он этого не сделал. Однако, похоже, мы должны быть осторожны как никогда. Шпионы повсюду». Дамблдор положил свою палочку на стол.
«Я становлюсь слишком стар для этого: война, смерть, шпионы, игры в голове...» Он окинул взглядом круг коллег и студентов вокруг своего стола. «Все, чего я когда-либо хотел, - это вдохновлять следующее поколение студентов. Учить и готовить их быть лидерами и родителями, создавать светлое счастливое будущее! Надеяться на великие свершения! А не вести их в бой и... на смерть». Закончив, Дамблдор снова посмотрел на свою руку в перчатке, а затем взглянул на Гарри. «Похоже, сейчас мы ничего не можем сделать для мисс Лавгуд. Пока Северус не вернется и не предоставит нам всю имеющуюся у него информацию. Я все еще доверяю ему. Не могу сказать, как, но я знаю, что ему можно доверять».
Дамблдор опустил взгляд и вздохнул, в его глазах появились слезы. «Мне очень жаль. Я подвел всех вас, защищая вас. Тем не менее, мы должны бороться дальше и учиться на своих ошибках».
На несколько минут воцарилось молчание, пока каждый погружался в свои мысли. Наконец, Дамблдор прервал задумчивость. «Минерва, пожалуйста, сообщи в школу о случившемся и предупреди всех, что завтра Хогсмид придется отменить. Что касается остальных, я знаю, что сон сегодня не будет легким, но уже поздно».
«Конечно». МакГонагалл ушла выполнять свои обязанности. Остальные медленно выходили из зала, слышались лишь сопение и плач разбитых сердец. Их подруга пропала, и они понятия не имели, где ее искать и жива ли она вообще.
Прошло уже три недели. По подсчетам Луны, уже близился декабрь. В ее камере с каждой неделей становилось все холоднее, и ей нечем было согреться. Она не понимала, почему Пожиратели смерти или Волан-де-Морт не пришли за ней. Единственное человеческое общение с ней происходило дважды в день, когда пара Пожирателей смерти оглушала ее через оконное отверстие в двери, а затем открывала дверь и оставляла поднос с едой, чтобы она поела. После этого они снова погружали ее в сон, как только дверь закрывалась. Слова не произносились, и ей некуда было спрятаться от ежедневного оглушения. Еще большее беспокойство вызывал тот факт, что единственным туалетом для нее была небольшая дыра в полу в углу. Она терпела, сколько могла, но даже у ее кишечника были свои пределы. К счастью, никто не приходил, пока она была занята «размышлениями о красотах природы», как называла ее мать, когда она была маленькой.
http://tl.rulate.ru/book/122713/5153237
Готово:
