Глава 247. Необъяснимая близость
Поскольку старик кивнул, его подчинённые не стали препятствовать. Старейшина Чжан и Чжао Юэфэн, хоть и волновались, но речь шла о жизни и смерти, поэтому не осмеливались мешать.
Чжан Шаоинь, хоть и считала, что Гу Нин ни за что не сможет спасти человека и просто привлекает к себе внимание, но, увидев бледное лицо старика, тоже испугалась и не посмела издать ни звука.
Гу Нин, разумеется, не владела приёмами первой помощи — все её движения были лишь прикрытием. На самом деле действовала её ци.
Гу Нин плавно и ритмично надавливала на грудь старика, а её ци через ладони стремительно проникала в его сердце, окутывая его целиком, а затем тонкими струйками растекалась по артериям, питающим сердце кровью.
Старик почувствовал, как в грудь вливается прохладная, освежающая энергия. Вскоре мучительное чувство удушья начало отступать, а цвет лица постепенно вернулся к здоровому румянцу.
Увидев, что цвет лица и дыхание старика улучшились, все облегчённо вздохнули.
Ци вливалась всё сильнее, и старику казалось, что его сердце сбросило груз прожитых лет и забилось так же сильно и энергично, как двадцать-тридцать лет назад.
Старик пришёл в волнение — он не испытывал такого чувства много лет. В последние годы он знал лишь, что сердце слабеет, всё хуже переносит нагрузки и поддерживается только лекарствами; о восстановлении не могло быть и речи.
И вот теперь нажатие этой девушки, на вид семнадцати-восемнадцати лет, принесло улучшение? Более того, он почувствовал прилив сил.
Что это была за техника? И откуда это прохладное ощущение?
Неужели она нажала на какую-то акупунктурную точку? Это просто потрясающе.
Однако, когда сознание старика прояснилось, лицо Гу Нин казалось ему всё более знакомым. В нём чувствовалась какая-то необъяснимая близость, и в памяти постепенно всплыло одно лицо.
Юньфань!
Да, эта девушка была на семь-восемь десятых похожа на молодого Юньфаня.
Если бы не то, что его сын так и не обзавёлся семьёй, он бы точно заподозрил, что эта девушка — дочь Юньфаня!
Впрочем, мир велик. Встречаются люди, похожие не только на семь-восемь, но даже на девять десятых.
Из-за большого расхода ци лицо Гу Нин постепенно побледнело, но нужно было ещё немного, чтобы вернуть энергию. Что бы она ни делала, она либо не бралась вовсе, либо доводила до конца. Бросить дело на полпути было не в её стиле.
Даже несмотря на то, что ей было жаль тратить столько ци.
К счастью, у неё был ночной жемчуг, который естественным образом поглощал природную ци, так что потеря небольшого её количества не была большой проблемой.
Глядя на бледнеющее лицо Гу Нин, остальные испытывали беспокойство, но не осмеливались нарушить тишину.
Однако, видя, что старику явно стало лучше и даже румянец вернулся, все были чрезвычайно удивлены.
— Боже мой! Эта девушка так талантлива! У старика щёки порозовели!
— Да! И дыхание стало ровным.
— Может, она целитель?
— ...
Собравшиеся вокруг были потрясены и восхищены.
Когда всё было почти закончено, Гу Нин прекратила вливать ци и встала.
Двое мужчин средних лет тут же помогли старику подняться. Старик почтительно поблагодарил Гу Нин:
— Девочка, спасибо тебе. Не согласишься ли ты поужинать со мной сегодня вечером, чтобы я мог выразить свою благодарность?
Лично ощутив, как его буквально вернули с того света, и заметив, что самочувствие явно улучшилось, старик глубоко осознал, что эта девушка непроста, и захотел познакомиться с ней поближе.
К тому же, раз эта девушка смогла вытащить его с порога смерти, возможно, она сможет вылечить его сердце.
В старости человек всё больше дорожит здоровьем. Он уже смирился и, пока мог ходить, хотел как можно больше путешествовать, чтобы не было других сожалений. Но появление Гу Нин зажгло в нём надежду.
Даже если полностью вылечить не удастся, он был бы рад и временному облегчению.
— Дедушка, не стоит благодарности. Это сущий пустяк, — непринуждённо ответила Гу Нин.
— Для тебя это пустяк, а для меня — спасение жизни. Если ты не согласишься, я не буду знать покоя, — сказал старик.
На самом деле Гу Нин, конечно, поняла, о чём думает старик.
Чего старик не знал, так это того, что его сердце уже вылечено и болезнь не вернётся.
Гу Нин также понимала, что этот старик — не простой человек, и его статус, вероятно, очень высок. Раз старик настаивал, она была не против познакомиться с ним.
Но до ужина было ещё рано, поэтому Гу Нин сказала:
— Дедушка, сейчас только два часа дня.
— Ах да, — только теперь старик опомнился. — Тогда в шесть вечера, идёт?
Гу Нин на мгновение задумалась и согласилась:
— Хорошо.
Затем Гу Нин и старик обменялись номерами телефонов и разошлись.
Глядя на удаляющуюся фигуру Гу Нин, Старейшина Тан почувствовал необъяснимую тоску.
— Господин, мне кажется, эта госпожа Гу чем-то похожа на второго молодого господина в молодости, — сказал телохранитель, стоявший рядом со Старейшиной Таном.
— Я тоже так думаю. Если бы не то, что второй молодой господин так и не обзавёлся семьёй и не имел детей, я бы решил, что эта госпожа Гу и второй молодой господин — отец и дочь, — сказал другой телохранитель.
— Да, если бы Юньфань согласился жениться и завести детей, его ребёнок, наверное, был бы уже почти такого же возраста, — с горечью вздохнул Старейшина Тан. Ему было очень жаль своего второго сына, который отказывался жениться и заводить детей, целиком отдаваясь работе.
Если бы не то событие девятнадцать лет назад, Тан Юньфань не изменился бы так сильно, не стал бы холодным, жестоким и беспощадным, превратившись в того самого Второго молодого господина Тана из Хайши, перед которым многие трепетали.
Разумеется, его холодность и жестокость не означали, что он занимался чем-то противозаконным. Просто по характеру он стал замкнутым, а в деловом мире — решительным, не терпящим возражений и не знающим пощады.
Но именно благодаря этому он вывел семью Тан в деловом мире на самую вершину.
Хотя Старейшина Тан был уверен, что между Гу Нин и Тан Юньфанем нет никакой связи, он не мог игнорировать то чувство душевной близости в своём сердце.
Может быть, это просто из-за того, что она ему понравилась? Старейшина Тан не мог найти другого объяснения.
Тем временем Старейшина Чжан с нетерпением спросил Гу Нин:
— Госпожа Гу, вы разбираетесь в медицине?
— Я не разбираюсь в медицине. Я просто изучила один уникальный метод массажа, который позволяет облегчить состояние при заболеваниях сосудов, меридианов и костей. Если болезнь не слишком серьёзная, её, возможно, даже можно вылечить, — Гу Нин знала, о чём думает Старейшина Чжан, но она действительно не была врачом, поэтому не стоило выдавать желаемое за действительное, чтобы потом не опозориться, не сумев объяснить принцип лечения.
Впрочем, когда она узнала о болезни Старейшины Чжана, у неё уже был свой план.
— Тогда... вы могли бы посмотреть и меня? — спросил Старейшина Чжан. В его голосе слышалось едва уловимое волнение — он одновременно надеялся и боялся.
— Можно, — легко согласилась Гу Нин и спросила: — А что именно вас беспокоит, Старейшина Чжан?
Услышав согласие Гу Нин, Старейшина Чжан обрадовался и сказал:
— У меня был тромбоз сосудов головного мозга, остались последствия. Левая рука и нога очень слабые, иногда их знобит и они болят, долго ходить не могу, каждый день нужен массаж. Сейчас это не угрожает жизни, но боль доставляет мучения. Это можно вылечить?
(Конец главы)
Для вас делал стервятник,вместе до победы!
http://tl.rulate.ru/book/12184/997841
Готово:
