Глава 1345. Не упрямься, пока не стало хуже
Чан Бинцзянь делал вид, что не знает, в чём дело, а Гу Нин подыграла ему и сказала:
— Вчера около половины первого дня брат моего друга, Пэн Синхао, подвергся нападению в компании одежды «Цзысэ». Ему нанесли удар ножом для фруктов в голову, и он был на волоске от смерти. Однако мой друг позвонил в полицию...
Гу Нин рассказала все обстоятельства вчерашнего происшествия, а затем спросила:
— Интересно, что вы имеете в виду, исполнитель Чан?
Разумеется, она тоже задавала вопрос с заранее известным ответом — ей хотелось посмотреть, как ответит Чан Бинцзянь.
— Как тебя зовут, откуда ты?
Однако Чан Бинцзянь ответил невпопад.
Гу Нин смутно поняла его намерение — он хотел разузнать о её происхождении. В душе она усмехнулась, но послушно ответила:
— Меня зовут Гу Нин, я из города Ф.
Услышав, что Гу Нин из города Ф, Чан Бинцзянь тут же презрительно скривился.
Человек из захолустья, приехав в столицу, ещё смеет строить из себя важную персону — просто верх невежества!
К тому же, каким бы значительным ни было её происхождение в тех краях, в его глазах это было совершенным пустяком.
— Чем занимаешься? — продолжал допытываться Чан Бинцзянь.
— Я ученица, только что сдала выпускные экзамены, собираюсь поступать в столичный вуз, поэтому на каникулах приехала заранее посмотреть столицу, — сказала Гу Нин. Раз уж ему так хочется знать, пусть знает — она ведь не солгала.
Тут Чан Бинцзянь стал ещё более пренебрежительным.
— Ты, обычная ученица, только приехала в столицу и уже лезешь не в своё дело — смелости у тебя хоть отбавляй! — с насмешкой и презрением произнёс Чан Бинцзянь.
— А что, обычная старшеклассница не может поступить по совести? А вот вы — спросите себя, достойны ли вы той формы, что на вас? — возмущённо вопросила Гу Нин. Поскольку она играла роль обычной ученицы, то не стала проявлять свою ауру, и её гнев не произвёл устрашающего впечатления.
Поэтому в глазах Чан Бинцзяня она была всего лишь жалким паяцем.
Впрочем, если бы Гу Нин разгневалась по-настоящему, боюсь, Чан Бинцзянь не выдержал бы её давления.
— Хе! Ребёнок есть ребёнок — ни капли не понимает законов этого мира. Вмешательство из чувства справедливости требует силы и способностей, — холодно усмехнулся Чан Бинцзянь, а затем с видом «доброго советчика» предупредил: — Я скажу тебе: в этой столице знатных и богатых пруд пруди. Если нечаянно обидишь кого из них — пропадёшь навеки. Так что лучше не суйся в чужие дела.
— Вы хотите сказать, если кто-то из знатных причинит вред — надо смириться? — с наигранным пониманием спросила Гу Нин.
Чан Бинцзянь не ответил, но выражение его лица говорило само за себя — именно так.
— А если бы, исполнитель Чан, кто-то ещё более влиятельный, чем вы, заколол бы вас или покалечил — вы бы тоже стерпели? — спросила Гу Нин.
— Дерзость! — в гневе рявкнул Чан Бинцзянь, прищурившись на Гу Нин опасным взглядом и холодно предупредил: — Девчонка, не упрямься, пока не стало хуже. Я тебя предупреждаю по-хорошему. А те, кто пытается меня убить, обычно кончают одним — смертью.
Если бы на месте Гу Нин был обычный человек, он бы точно испугался, но она лишь проигнорировала его гнев и спросила:
— А не двойные ли это стандарты? Можно тушить пожар только начальству, а простому народу нельзя даже лампу зажечь?
— И что с того? Попробуй пожалуйся на меня, если умеешь! Посмотрю, кто к тебе прислушается, — нагло заявил Чан Бинцзянь.
— Хорошо! Я как раз посмотрю, прислушается ли кто ко мне. Посмотрим, — холодно усмехнулась Гу Нин, бросила угрозу и, развернувшись, ушла.
(Конец главы)
Для вас делал стервятник,вместе до победы!
http://tl.rulate.ru/book/12184/3822322
Готово:
