Готовый перевод Rebirth and Rise: The Campus Business Woman / Перерождение и Становление Величайшей Бизнес Леди: Глава 2: Второй шанс

Глава 2. Переродившаяся школьница 1

Межзвёздная полиция — ну и ну! Ведь это высший объединённый полицейский центр всех королевств на Альфа-планете, а её преступление уже было межкоролевским.

Увидев эту новость, девушка сохраняла крайне тяжёлое выражение лица.

Никто не знал, что душа в теле этой девушки уже была заменена, и, по совпадению, это была именно душа единственного женского трупа из той самой новости.

Верно, Тан Айнин переродилась.

Невероятно, не правда ли? Но это произошло, и даже Тан Айнин, всегда обладавшая высокой способностью к адаптации, потратила целое утро, чтобы полностью осознать и принять это.

Раз уж Небеса даровали ей перерождение, она, естественно, не могла нарушить клятву, данную перед смертью в прошлой жизни. Если ей удастся выжить, она обязательно сделает так, чтобы Ци Цзыюэ и Тан Ясинь умерли мучительной смертью.

Так что, Ци Цзыюэ, Тан Ясинь, ждите! Ждите, когда она придёт мстить, а также членам семьи Тан, которые убили её мать и использовали её столько лет.

Девушку, в которую переродилась Тан Айнин, звали Гу Нин, ей было восемнадцать лет, она родилась в обычной неполной семье, и её мать была незамужней.

Из-за этого мать и дочь на протяжении долгого времени терпели холодность и унижения от родственников, а Гу Нин вдобавок носила клеймо «ублюдок».

Более того, в школе Гу Нин тоже подвергалась презрению, изоляции и травле со стороны одноклассников. В результате у Гу Нин с детства сформировался крайне закомплексованный, замкнутый, трусливый, слабохарактерный и необщительный характер.

Мать Гу Нин, Гу Мань, была просто наёмной работницей. Из-за отсутствия диплома об университетском образовании она могла работать только на заводе, зарабатывая около трёх-четырёх тысяч юаней в месяц, и жили они весьма стеснённо.

В настоящее время Гу Нин училась в выпускном классе Третьей старшей школы города Ф, до вступительных экзаменов в вуз оставалось чуть больше полугода.

Только вот успеваемость у Гу Нин была неважной, и поступить в университет ей было бы довольно сложно.

Из-за этого родственники немало насмехались над ней и, притворно желая добра, советовали Гу Нин после экзаменов просто выйти замуж, чтобы не увеличивать бремя Гу Мань.

Однако, вспомнив причину госпитализации Гу Нин, лицо Тан Айнин постепенно похолодело, а в глазах загорелась едва сдерживаемая ярость.

Возможно, из-за того, что их судьбы были схожи.

До этого у Гу Нин был парень, с которым она встречалась два месяца. Он учился в классе для отличников, и звали его Цинь Чжэн.

Цинь Чжэн выглядел солнечным и красивым, его успеваемость была в числе лучших, и семья у него была неплохая: отец был заместителем исполнительного директора какого-то отдела, а мать — заведующей родильным отделением больницы. Можно сказать, «чиновник во втором поколении».

Гу Нин и во сне не могла представить, что такой выдающийся парень будет за ней ухаживать. Самое главное, что Цинь Чжэн был тем, в кого Гу Нин была тайно влюблена целый год. Хотя она считала, что недостойна его, но не могла заставить себя отказать. Помучившись сомнениями несколько дней, она всё же согласилась.

Но вчера всему этому пришёл конец.

Вчера была пятница. После уроков Цинь Чжэн пригласил Гу Нин на встречу. Гу Нин думала, что это свидание, но не ожидала, что Цинь Чжэн появится вместе с Гу Сяосяо, и с порога объявил Гу Нин о расставании.

Гу Сяосяо, дочь старшего дяди Гу Нин, была всего на полгода старше. Поскольку с детства родители внушали ей, что Гу Нин — ублюдок, и к тому же Гу Нин была красивее её, Гу Сяосяо с малых лет развлекалась тем, что издевалась над Гу Нин.

— Гу Нин, Цинь Чжэн никогда тебя не любил. Он был с тобой только потому, что поспорил со мной. Если он сможет завоевать тебя, а через два месяца расстаться, то я соглашусь с ним встречаться. Так что с этого момента Цинь Чжэн — мой парень, Гу Сяосяо, — высокомерно заявила Гу Сяосяо Гу Нин.

Услышав это, Гу Нин от шока застыла на мгновение, прежде чем пришла в себя и спросила Цинь Чжэна:

— То, что она говорит, правда?

Цинь Чжэн смотрел на неё с пренебрежением, и тон его был полон отвращения:

— Конечно, правда. Гу Нин, ты что, правда думала, что я, Цинь Чжэн, могу полюбить такую бедную девчонку без роду и племени? Если бы не желание заполучить Сяосяо, я бы и смотреть на тебя не захотел. Противно.

Услышав это, Гу Нин едва устояла на ногах.

Она думала, что нашла своего принца в образе Золушки, но не ожидала, что всё это окажется лишь смешной шуткой.

Гу Нин не смогла принять этот факт и бросилась прочь. Но, не посмотрев на дорогу, попала в аварию. Она получила тяжёлую черепно-мозговую травму, кровь хлестала, и она тут же потеряла сознание, а водитель, сбивший её, скрылся.

Очнувшись, она стала Тан Айнин.

Как раз в этот момент два тихих женских голоса за дверью прервали мысли Тан Айнин.

— Четвёртая, вот тридцать тысяч юаней. Все наши с твоим зятем сбережения. Но этих тридцати тысяч не хватит на операцию Ниннин, — это был голос второй тёти Гу Нин, Гу Цин, полный искренней тревоги. Помолчав, она добавила: — Может, всё же попросишь у старшего брата?

Хотя Гу Цин и предложила это, в душе она не питала особых надежд.

— Я уже звонила старшему брату, но он сказал, что все деньги у невестки, а у него самого денег нет. Ты же знаешь ту женщину: деньги для неё — жизнь. Вытянуть у неё деньги — всё равно что жизнь у неё отнять, — с большой досадой ответила Гу Мань.

— Из всех родственников только у старшего брата, Гу Цинсяна, больше всего денег, но он и самый жадный. Говорит, что деньгами распоряжается жена. Разве я не понимаю, что это отговорка?

— Тоже верно. А что третий брат?

— Третий брат сказал, что только что купил новую квартиру и у него нет сбережений, так что тоже... Это я виновата, из-за меня Ниннин терпит лишения. Если с Ниннин что-то случится, я тоже не хочу жить, — голос Гу Мань был полон боли и отчаяния.

Хотя нынешняя Тан Айнин уже не была прежней Тан Айнин, её профессиональные навыки остались при ней, поэтому, хотя голоса за дверью были очень тихими, она в комнате слышала их отчётливо.

Услышав это, Тан Айнин не могла не растрогаться.

Потому что, проснувшись утром, она всё время осмысливала факт перерождения и не дала Гу Мань знать, что очнулась, заставив ту волноваться. В душе Тан Айнин испытывала лёгкое чувство вины.

С тихим скрипом дверь открылась, и вошли две женщины средних лет примерно одного возраста, обе одетые просто. Не нужно было гадать — всё это была одежда с уличных лотков за несколько десятков юаней, к тому же сильно поношенная, но очень чистая и опрятная.

Из-за плохих условий они не могли позволить себе уход за собой, поэтому выглядели намного старше своего возраста. Если бы кто-то сказал, что им по пятьдесят, никто бы не усомнился.

— Мама, вторая тётя.

Тан Айнин заговорила первой, не чувствуя при этом ни малейшей неловкости, потому что она уже полностью осознала факт перерождения.

Она так быстро смогла принять Гу Мань как мать не только потому, что, унаследовав память Гу Нин, глубоко в душе ощущала сильную материнскую любовь, но и из-за собственной тоски по матери и чувства утраты.

Глядя на Гу Мань, она вспоминала свою мать из прошлой жизни. Обе были несчастными женщинами, брошенными мужчинами. Просто Гу Мань повезло немного больше, чем её матери.

Хотя жизнь была тяжёлой, но, по крайней мере, она могла жить.

(Конец главы)

Для вас делал стервятник,вместе до победы!

http://tl.rulate.ru/book/12184/234965