Глава 1051. Цзян Шуюань снова устраивает пакости
Затем все сели за стол ужинать.
Хотя в доме семьи Лэн места за столом строго не закреплялись, главное место, конечно же, занимал Старый господин Лэн.
Старый господин Лэн сразу же усадил Гу Нин справа от себя, а справа от Гу Нин сел Лэн Шаотин.
Из-за произошедшего Цзян Шуюань потеряла аппетит. У Лэн Юаньчжэня тоже не было настроения есть, но остальные чувствовали себя хорошо — их не коснулось случившееся, ведь позор Лэн Шаоцзя был не их позором.
Особенно Старый господин Лэн — он не только сам ел с аппетитом, но и постоянно подкладывал Гу Нин в тарелку разные блюда. К счастью, у Гу Нин был хороший аппетит, и она всё съедала.
Однако, чтобы Старый господин Лэн не продолжал подкладывать, пока она не переест, Гу Нин вовремя его остановила.
Лэн Шаоцзя, уйдя в свою комнату в ярости, колотила подушку, вымещая гнев.
— Гу Нин, проклятая Гу Нин, как ты посмела так со мной поступить! Желаю, чтобы Лэн Шаотин тебя бросил, желаю тебе быть изнасилованной, желаю тебе умереть ужасной смертью... — злобно проклина́ла Лэн Шаоцзя.
А Цзян Шуюань, тоже не в силах сдержать злость, решила намеренно испортить Гу Нин настроение, но не стала ссориться в открытую, а с притворной любезностью спросила:
— А вы, госпожа Гу, откуда родом?
Хотя она старалась быть вежливой, её недобрые намерения читались отчётливо. Тем не менее, Гу Нин приняла вызов и ответила:
— Из города F.
— Из города F? Это же город третьего уровня. А чем занимается ваша семья? — снова спросила Цзян Шуюань, и в её тоне уже сквозило пренебрежение.
— Ешь свою еду, чего пристала с вопросами! — тут же прикрикнул Старый господин Лэн, опасаясь, что Гу Нин обидят и у неё сложится плохое впечатление о семье Лэн, что повлияет на её отношения с Лэн Шаотином.
— Дедушка Лэн, всё в порядке. Раз госпожа Цзян хочет спросить, пусть спрашивает. Ничего страшного, — успокоила его Гу Нин. Она назвала Цзян Шуюань «госпожа Цзян», а не «вторая тётя», тем самым сразу обозначив дистанцию.
Раз Гу Нин так сказала, Старый господин Лэн возражать не стал — он знал, что Гу Нин за себя постоять умеет, и Цзян Шуюань ей не соперница.
Затем Гу Нин ответила на вопрос Цзян Шуюань:
— Моя мама содержит салон красоты.
— А твой отец? — продолжала допрос Цзян Шуюань.
— Мой отец занимается многими делами, у него интересы в разных сферах, — сказала Гу Нин, не вдаваясь в подробности.
— О! Твой отец ведёт много бизнеса. А как называется его компания? — спросила Цзян Шуюань.
— Пока неловко разглашать, — ответила Гу Нин. Ей не хотелось козырять именем семьи Тан, тем более перед таким ничтожным врагом, как Цзян Шуюань, которого можно раздавить и без того.
Однако Гу Нин не пожелала говорить, и Цзян Шуюань решила, что компания у них слишком мелкая и ей просто стыдно.
— Ладно, не хочешь говорить — не надо. Всё равно я вряд ли о ней слышала. Я знаю названия только крупных предприятий, — съязвила Цзян Шуюань, намекая, что бизнес семьи Гу не стоит упоминания.
— Не обязательно упоминать фирму семьи Гу. Собственное дело Гу Нин само по себе достаточно впечатляет, — не выдержал Лэн Шаосюнь, глядя на язвительную гримасу Цзян Шуюань, и решил вступиться за Гу Нин.
— О? Дело госпожи Гу? — удивилась не только Цзян Шуюань, но и все остальные.
Дело Гу Нин? Неужели эта Гу Нин, такая молодая, уже создала свой бизнес, и притом достаточно успешный?
Звучало это как-то неправдоподобно.
— А ты недавно купила украшения в «Ювелирном доме Красота нефрита»? Так это предприятие Гу Нин. И ещё: ты пользуешься косметикой «Кэцзы»? Тоже дело Гу Нин. И много чего ещё! — с гордостью заявил Лэн Шаосюнь, словно это его собственные достижения.
— Что? Она владелица «Ювелирного дома Красота нефрита» и «Кэцзы»?
Тут Цзян Шуюань остолбенела от изумления, как и все остальные.
«Ювелирный дом Красота нефрита» — Цзян Шуюань и Юй Ин покупали там украшения.
«Кэцзы» — Цзян Шуюань и Юй Ин тоже пользовались этой косметикой. Так что они прекрасно знали об их известности и качестве. Просто не интересовались, кто владелец, — им это было безразлично.
Но они и представить не могли, что Гу Нин — хозяйка и «Ювелирного дома Красота нефрита», и «Кэцзы». Это было просто невероятно.
— Да, я владелица «Ювелирного дома Красота нефрита» и «Кэцзы», — спокойно и без тени хвастовства подтвердила Гу Нин. — Не ожидала, что госпожа Цзян — моя клиентка. Раз вы вторая тётя Шаотина, то в следующий раз, когда придёте за покупками, я скажу менеджеру сделать вам двадцатипроцентную скидку.
Цель этих слов была вовсе не в искреннем желании дать скидку Цзян Шуюань, а в насмешке.
Цзян Шуюань так невзлюбила Гу Нин, что, узнав, что «Красота нефрита» и «Кэцзы» принадлежат ей, наверняка почувствует отвращение и больше не захочет ими пользоваться.
Ну и пусть не пользуется. Потеря одного клиента для Гу Нин ничего не значила.
Конечно, если Цзян Шуюань примет скидку, тоже неплохо — такая скидка не в убыток.
— Хм! Скидка не нужна. Я не нахожу ничего хорошего ни в «Красоте нефрита», ни в «Кэцзы», так что больше не собираюсь ими пользоваться, — пренебрежительно фыркнула Цзян Шуюань.
Раз она узнала, что всё это принадлежит Гу Нин, в душе возникло отвращение, и, конечно, ей не хотелось больше этим пользоваться.
Но правда ли она не хотела?Сказав это, Цзян Шуюань сразу пожалела, потому что на самом деле она не считала «Красоту нефрита» и «Кэцзы» плохими, наоборот, они казались ей очень хорошими, особенно «Кэцзы».
Раньше у неё была неважная кожа, а после использования «Кэцзы» она заметно улучшилась, нет, даже очень. Как же она могла на самом деле отказаться от них!
Но слова уже сказаны, назад их не вернёшь. Сейчас Цзян Шуюань терзалась жестоким сожалением.
— О, тогда, конечно, я не стану настаивать, — без тени разочарования от потери клиента ответила Гу Нин, показывая полное безразличие.
Затем Гу Нин спросила у Юй Ин:
— Третья тётя, а какими средствами для ухода за кожей пользуетесь вы?
— Я тоже пользуюсь косметикой «Кэцзы» и считаю, что она очень хороша. Мы уже немолоды, сколько ни ухаживай за кожей, молодость не вернуть, но после «Кэцзы» выглядишь на много лет моложе, кожа становится увлажнённой и гладкой, исчезают пигментные пятна. А раньше у меня была чувствительная кожа, легко появлялась аллергия, стоило почесать — выступала сыпь, а теперь этого нет, — с нескрываемой любовью к «Кэцзы» ответила Юй Ин. Она не нарочно шла против Цзян Шуюань, а просто высказывала своё истинное мнение.
Для вас делал стервятник,вместе до победы!
http://tl.rulate.ru/book/12184/1992324
Готово:
