Глава 314. Извлечение Императорского зелёного
Гу Нин обошла несколько магазинов и наконец увидела камень с насыщенной духовной энергией, в котором находился нефрит высочайшего качества. Конечно, до этого она уже прибрала к рукам два камня с нефритом высшего сорта, однако камни среднего и низшего качества она пропустила — в конце концов, сейчас ей действительно не было недостатка в нефрите, и она не хотела поступать чрезмерно бессовестно.
Хотя в её Нефритовом Зрачке хранилось немало высочайшего нефрита, при Лэн Шаотине доставать его было неудобно, поэтому пришлось искать на Улице каменных ставок.
Гу Нин решила прямо на месте вскрыть тот камень с высочайшим нефритом. Камень был невелик — всего лишь с мужской кулак, но каменная корка оказалась лишь тонким слоем, так что достаточно было просто отшлифовать её.
Там, где резали камень, тут же собралась толпа. И хотя никто не верил в удачу, все равно чувствовалось напряжение и азарт.
— Показалась зелень!
Как только раздался голос мастера по резке камня, народу набежало ещё больше.
На камне сделали срез, но качество нефрита было ещё не видно, а кто-то уже начал называть цену. Однако едва прозвучало первое предложение, Гу Нин остановила его:
— Извините, этот нефрит я не продаю. Он предназначен для новогоднего подарка старшему родственнику.
Раз владелец не желает продавать, посторонним, естественно, нечего было возразить.
Но нашёлся болтливый язык, который принялся насмехаться:
— Ха! Новогодний подарок старшему родственнику? Ещё неизвестно, появится ли вообще нефрит! Говоришь так уверенно, не боишься потом ударить в грязь лицом?
Говорившей была женщина лет двадцати с небольшим, одетая в брендовые вещи, но Гу Нин почему-то почувствовала в ней провинциальность.
Впрочем, всё это не касалось Гу Нин. На её насмешку Гу Нин недовольно возразила:
— Тебя это волнует?
— А вот и волнует, и что? — Женщина нисколько не считалась с Гу Нин, пренебрежительно сказала она.
Однако едва женщина замолчала, как на неё упал холодный, суровый взгляд Лэн Шаотина. Женщина испугалась, дыхание перехватило, стало трудно дышать, и она не осмелилась больше издать ни звука.
Гу Нин не была настолько скучна, чтобы цепляться к кому-то, поэтому просто перестала обращать на неё внимание.
Когда женщина пришла в себя, она почувствовала себя униженной и, капризничая, обратилась к стоявшему рядом мужчине средних лет:
— Крёстный...
Крёстный?
У Гу Нин на лбу выступили капли пота — она прекрасно понимала, что за отношения их связывают! Этот «крёстный» был совсем не тем, что «крёстный отец».
Взгляды окружающих на женщину тоже изменились — они смотрели с презрением и осуждением, считая, что молодая девушка выбрала не тот путь, вместо того чтобы учиться хорошему, стала любовницей.
— Угомонись, или убирайся обратно, — недовольно прикрикнул мужчина. Дело было не в том, что ему было небезразлично чужое мнение, просто его раздражала болтливость женщины. Её вмешательство и так уже вызвало его недовольство.
Женщина мгновенно испугалась и замолчала, не смея больше рта раскрыть.
По мере того как каменная корка слой за слоем стачивалась, обнажилась мякоть нефрита — зелёная-презелёная, словно с неё вот-вот капнет масло.
— Боже мой! Да это же Императорский зелёный! — Руки мастера по резке камня задрожали, он едва не выронил инструмент.
При этих словах все присутствующие разом ахнули, не в силах поверить.
Императорский зелёный! Да ведь это король среди нефритов! Как же этой девушке так легко удалось его добыть! Все смотрели на Гу Нин с завистью и ненавистью, каждый мечтал, чтобы этот Императорский зелёный достался ему.
Гу Нин знала только, что это высочайший нефрит, но не знала, что это Императорский зелёный, поэтому, увидев его, тоже слегка удивилась.
Но так даже лучше: Императорский зелёный — король нефритов, подарить его старому господину Лэну было бы уместнее всего.
Множество людей сбежалось на шум, но поскольку опоздавшие не знали, что Гу Нин не продаёт нефрит, они сразу же начали называть цену. Однако Гу Нин снова их остановила, вызвав у всех глубокое разочарование.
Когда нефрит извлекли, Гу Нин заплатила за работу, и они поспешно ушли. Толпе оставалось лишь с завистью и ненавистью провожать взглядами Гу Нин и Лэн Шаотина.
Императорский зелёный! Ведь это Императорский зелёный стоимостью в сотни миллионов!
Без вины, но с сокровищем — сам напрашиваешься на беду.
Разве могли недобрые люди не обратить внимания на то, что Гу Нин заполучила Императорский зелёный нефрит стоимостью в сотни миллионов?
И действительно, как только они вышли, почувствовали слежку, но оба не обратили на это внимания и направились прямо к парковке.
Однако по пути было многолюдно, и те несколько человек не решились действовать. Они преследовали их до самой парковки, намереваясь ограбить, когда те будут садиться в машину.
Но когда преследователи увидели, что Гу Нин и Лэн Шаотин подошли к «Хаммеру», они струсили. Эта машина была не из дешёвых, простые люди такую не потянут. Очевидно, эти двое были не из простых, и если бы они действительно ограбили их и попались, их участь была бы незавидной!
Однако Императорский зелёный нефрит стоимостью в сотни миллионов! Не ограбить — тоже жалко!
Как говорится, ради денег человек и на смерть пойдёт, а птица ради корма гибнет. В конце концов, можно прибрать к рукам и сбежать в чужие края.
Сейчас сотня миллионов для Гу Нин была лишь цифрой, не больше и не меньше, но для обычных людей это была астрономическая сумма. Поэтому, поколебавшись несколько секунд, они всё же решили грабить.
На парковке было не так много людей. Они бросились прямо и окружили Лэн Шаотина и Гу Нин, которые уже собирались садиться в машину. Но не успели они ничего предпринять, как Лэн Шаотин двинулся первым.
Несколькими движениями он откинул и сбил с ног всех троих. Те оказались в полном замешательстве — никак не ожидали, что всё обернётся так. Они ведь даже не успели ничего сделать!
Все трое валялись на земле, жалобно стеная. Они поняли, что нарвались на крутых ребят. Глядя на Лэн Шаотина, они испытывали страх и хотели немедленно сбежать, но боль не давала им подняться, не то что убежать.
Однако эти люди не стоили того, чтобы Лэн Шаотин с ними разбирался. Поэтому он просто сел в машину, завёл двигатель и уехал.
Лэн Шаотин и Гу Нин не придали этому происшествию значения — всё было так, словно ничего и не случилось.
— Найди потом хорошую шкатулку, упакуй и передай дедушке, — сказала Гу Нин после отъезда, едва не назвав Лэн Шаотина «твоим дедушкой», но вовремя остановилась.
— Это слишком дорогой подарок. Может, выберем что-нибудь другое? — Хотя Лэн Шаотин знал, что у Гу Нин нет недостатка в нефрите, это не означало, что у неё в избытке такой высочайший нефрит. Поэтому он не хотел, чтобы она лишала себя такого сокровища, и предложил ей ещё раз подумать.
— То, что я смогла добыть этот, значит, я смогу добыть и второй. К тому же это не первый раз, когда я извлекаю Императорский зелёный, — сказала Гу Нин.
Раз она сказала, что подарит, значит, подарит. Ну и что, что ценно? Если бы это был не дедушка Лэн Шаотина, она бы и обычный нефрит не стала дарить.
— Но... — Лэн Шаотин всё ещё колебался. В конце концов, Императорский зелёный нефрит был действительно слишком ценным — не сотни тысяч и не десятки миллионов, а сотни миллионов.
Хотя сотня миллионов для него ничего не значила, принимать в подарок нечто такой ценности было чрезвычайно, чрезвычайно весомо.
— Если мы в будущем поженимся, разве твоё не станет моим? Ведь твои активы далеко не ограничиваются сотней миллионов, верно? — сказала Гу Нин. Конечно, она не собиралась по-хозяйски присваивать себе имущество Лэн Шаотина; она просто хотела, чтобы он спокойно принял подарок.
Для вас делал стервятник,вместе до победы!
http://tl.rulate.ru/book/12184/1121295
Pegasus (читатель/заложение основ)
11 апреля 2026 в 20:35
0
Готово:
