«Эй! Профессор МакГонагалл сказала, что профессор Дамблдор хочет тебя видеть», - сказал Поттер, когда Ремус сел ужинать. Он и двое других сидели дальше за столом, но когда Ремус занял свое место, они подвинулись, чтобы присоединиться к нему.
«Спасибо, но я знаю, я... я был у него», - сказал Ремус.
«Что директор хотел от тебя?»Блэк прошептал, наклонившись к Ремусу очень близко: «Что ты сделал?»
«Ничего!»Ремус пискнул, отстраняясь от лица Блэка: «Это... это... это...» Он силился придумать оправдание, но потом остановился на идеальном варианте: «О моей... моей маме. Она больна, и иногда у нее бывают очень сильные приступы... Профессор Дамблдор хотел, чтобы я знал, если... если мне понадобится уйти, чтобы навестить ее, я могу. Так что если что-то случится, все будет устроено» Вот!Идеальное оправдание!И прекрасное оправдание, когда ему нужно было исчезать каждый месяц!
«Черт возьми, - пробурчал Петтигрю, - с ней все в порядке?То есть, я... я думаю, что нет, но неужели все так плохо?»
«Иногда», - тихо сказал Ремус, зная, что если он выдаст это за что-то серьезное, то его ложь не будет иметь особого смысла. „Мне нравится быть с ней, когда ей очень плохо. Я знаю, что ничего не делаю, но нам обоим это помогает“.
«Мне очень жаль», - сказал Поттер, озабоченно сдвинув брови. Он положил руку на руку Ремуса, пытаясь утешить.
Блэк молчал, серебряные глаза буравили Ремуса, словно он знал, что Ремус лжёт. На его красивом, аристократическом лице было нечитаемое выражение, заставляющее Ремуса желать, чтобы он мог заниматься легилименцией!Ему до смерти хотелось узнать, что Блэк думает по этому поводу.
Внезапно появилась Эванс, грубо оттолкнула Поттера от Ремуса и села на его место: «Эй! Осторожнее, Эванс!Мерлин, ты, наверное, можешь победить тролля в армрестлинге!»пожаловался Поттер, которого оттолкнули от скамьи.
Эванс проигнорировала его: «Все в порядке?У тебя ведь нет проблем?»
Ремус пообещал, что все в порядке, и повторил ложь, которую рассказал мальчикам. Эванс сделала то, чего Ремус не ожидал и за миллион лет: она обняла его. Ремус просто уставился через ее плечо на Поттера, который снова сидел на скамейке. Поттер ухмыльнулся и начал хихикать.
«Если я могу чем-то помочь... Я знаю, что не могу, но если я тебе нужна, я рядом», - сказала Эванс, отпустив его, но продолжая держать руки на его плечах.
К сожалению, объятия привлекли нежелательное внимание со стороны сидящих за столом, и в тот вечер в общежитии Спиннет начала дразнить Ремуса его «девушкой»,Поттер, Блэк и Петтигрю тоже немного подтрунивали над Ремусом, спрашивая, понравилось ли ему объятие, и шутили, что учебная группа - это просто повод. Единственным, кто не подтрунивал, был Стразерс, хотя Ремусу казалось, что если бы Блэк и Поттер не дразнили его, то и Петтигрю не стал бы этого делать.
«Люпин и Эванс сидят на метле!Целуются, обнимаются и летят на луну!»Поттер запел волшебный стишок, пританцовывая.
Упоминание о луне вызвало жар на лице Ремуса, а волк слегка зашипел: «С-с-стоп!»
«Сначала романтика!»Блэк пел, кружась по кругу: «Потом будет свадебный танец!»
«Затем наступает время смены штанишек их ребенка!»Блэк и Поттер закончили вместе, падая со смеху, а Ремус становился все краснее и краснее, Петтигрю и Спиннет тоже смеялись.
Злость росла и казалось, что она может выплеснуться через край. Она пересилила желание заплакать и побудила Ремуса просто ударить Поттера и Блэка, заставив их сцепить ноги, опрокинуть их. Он стоял неподвижно, подавляя желание отомстить. Защита - это одно, а месть - совсем другое. Я должен был позволить Спиннет ударить Блэка!яростно подумал Ремус, когда Блэк и Поттер снова завели свою песню.
Нет, - приказал он волку, когда тот вцепился в него когтями. Нет!Вместо этого он схватил свою школьную сумку, которую бросил на стол, и перекинул ее через плечо: «Тогда вы двое можете проводить свои собственные исследования, если вам так хочется, вы... вы... вы, ядовитые кучерявые тоады!»Бросив это оскорбление, он выбежал из общежития, сбежав по лестнице в общую комнату. Многие студенты еще не спали, ведь было только около восьми вечера, и Ремус направился в один из маленьких альковов и проскользнул за кресло, легко спрятавшись. Он сел на пол, скрестив ноги, и со злостью вытащил из сумки свои книги.
Как я только мог додуматься помочь им! подумал он, захлопывая книги. Они оба просто ужасны!
Выглянув из-за кресла, он увидел, что Блэк спустился и оглядывается по сторонам. Он начал расспрашивать, но никто не видел, как крошечный мальчик исчез за креслом, и Блэку пришлось ретироваться в общежитие, так как его миссия провалилась. Ремус снова уселся и сердито начал работать над эссе, хотя с трудом мог сосредоточиться. Потом снова пришли слезы, потому что, казалось, он мог только плакать. Иногда он думал, было ли это из-за волка или он был просто ребенком, как обвиняли его Слизеринцы и полтергейст Пивз
Дорогие мама и папа, 21/9/71
Другие мальчики дразнят меня, и это меня так бесит!Я ничего не сделал, не волнуйтесь, я просто вышел из комнаты. Я хотел встряхнуть их, но не стал. Я был очень хорош. Они просто были так грубы. Лучше бы они дразнили меня, а не пытались быть моим другом.
Профессор Дамблдор говорил со мной сегодня Он сказал мне, что есть вид магии, называемый ле-джил-эх-манси (вероятно, леджилимансия или легилименция, G кажется более правильным), где кто-то может читать эмоции, воспоминания и прочее Он сказал, что есть что-то, называемое ох-лех-манси (оклимансия?) для человека, чтобы защитить свой разум Он сказал, что это не очень распространено, но думает, что я должен изучить оклимансию на случай, если мне это когда-нибудь понадобится Я никогда не думал, что мне нужно защитить свои собственные мысли
На трансфигурации МакГонагалл устроила нам тест, в котором она высыпала на каждую парту по коробку спичек и хотела посмотреть, как быстро мы справимся, и я справился быстрее всех, и даже трансфигурировал пару одновременно МакГонагалл сказала, что впечатлена моей работой, и дала мне десять баллов для Гриффиндора В четверг у нас экзамен по Зельям, с которым я не думаю, что справлюсь хорошо
Пап, ты знаешь какие-нибудь заклинания, которые помогут мне не чувствовать сильные запахи?Это мой самый большой недостаток в приготовлении зелий. Я пытался изучить это самостоятельно в свободное время и ничего не нашел, хотя я нашел несколько довольно злых заклятий, включая заклятие, от которого растут волосы в носу, и заклятие, от которого кто-то начинает чихать пудингом.
Я скучаю по вам обоим, люблю вас обоих и не могу дождаться Рождества. Как бы мне ни нравилось здесь, мне становится одиноко, хотя призраки были очень добры ко мне.
Всегда с любовью, Ремус
*
Ремус вернулся в общежитие только около полуночи. Он остановился у двери и прислушался, чтобы убедиться, что все крепко спят, а затем прокрался внутрь. Он взял пижаму и пошел в ванную переодеться, а когда вернулся, Блэк уже проснулся и сидел. Ремус замер, но затем продолжил идти, делая вид, что не замечает другого мальчика. Он бросил свою форму в корзину для белья, а затем забрался в кровать, закрыл шторы и лег.
Он услышал, как Блэк встал со своей кровати и прошел несколько футов до кровати Ремуса: «Пссс Эй, Люпин Пссс Я знаю, что ты еще не спишь, никто не может заснуть за пять секунд Давай, открывай».
«Уходи», - прошептал Ремус в ответ. Блэк открыл шторы, и Ремус перевернулся, глядя на него: »Я сказал, уходи!Эй! Прекрати!» - простонал он, когда Блэк забрался на кровать Ремуса и встал там на колени.
«Прости», - сказал Блэк.
«За что, за вторжение в мою личную жизнь?»Ремус потребовал, сохраняя низкий голос. У него возникло искушение просто спихнуть Блэка с кровати на пол, и, возможно, он бы так и сделал, если бы не хотел шуметь и разбудить остальных.
«За то, что дразнил тебя». Луна была на растущем полумесяце - лишь крошечный кусочек на небе - поэтому в комнате было очень темно. Тем не менее, бледная кожа Блэка почти светилась в темноте, и Ремус мог видеть эти пронизывающие серебряные глаза.
«Уходи», - наконец сказал Ремус и перевернулся на спину к Блэку.
«Слушай, я... я не умею извиняться», - Блэк придвинулся ближе к Ремусу, - „Я делаю это нечасто, так что дай мне передышку“.
«Дело не в том, что твои извинения плохие, а в том, что мне сейчас все равно», - пробормотал Ремус в подушку.
«Что такое жаба с задними лапами?»
Ремус снова открыл глаза и повернулся, чтобы посмотреть на Блэка: «Что?»
«Ты назвал нас ядовитыми жабами, что это такое?»спросил Блэк, наклонив голову.
«Горбатые», - поправил Ремус, - „Это ерунда, это оскорбление из Шекспира“.
«Это было хорошее оскорбление. А что, если мы используем его на Слизерине?Держу пари, им бы не понравилось, если бы их называли ядовитыми жабами с задними лапами».
«Горбатые»
«Точно. Так что, извинения приняты?»
Нет, подумал он, поворачиваясь обратно, чтобы оказаться лицом к своим шторам: «Просто уйди, пожалуйста».
Он чувствовал, как Блэк смотрит на него, потом Блэк отошел от кровати, но все еще смотрел на него. Потом, спустя, казалось, целую вечность, другой мальчик закрыл шторы и вернулся на свою кровать. Ремус вздохнул и перевернулся на спину, закинув одну руку за голову, и уставился в потолок, размышляя о том, что он почти не заикался во время этого обмена мнениями.
*
В среду Ремус изо всех сил старался избегать двух других и их попыток извиниться, но Блэк не произносил этих слов, хотя Поттер делал это несколько раз Они просто хотят, чтобы я делал за них их исследования, думал он во время Чародейства, сердито включая и выключая свою палочку, когда они снова работали над заклинаниями Люмоса/Нокса,К этому моменту почти все смогли добиться какого-то свечения. Палочка Петтигрю была очень тусклой и постоянно мигала, как светлячок Палочка Ремуса была почти такой же яркой, как у Флитвика,К досаде Ремуса, Блэк и Поттер, похоже, тоже хорошо справлялись с заклинанием, хотя и использовали это время для шуточного боя на мечах со своими светящимися палочками.
«А мы можем писать слова в воздухе?»Поттер вдруг спросил: «Я хочу написать „Снейп - большая сволочь“ в Большом зале», - добавил он очень тихим шепотом, чтобы Флитвик не услышал, и Блэк хихикнул.
«Есть, но он немного продвинутый и не то, чему вы будете учиться пару лет», - сказал Флитвик, и Блэк с Поттером зашумели.
За обедом Ремус взял сэндвич и съел его по дороге в библиотеку. Он хотел найти больше информации о том, о чем говорил Дамблдор, и нашел небольшую секцию, посвященную легилименции и окклюменции Ремус взял пару книг и сел в проходе, пролистывая Многие из них были на старом языке и трудно читались, хотя он мог следить за ними довольно хорошо Я не хочу, чтобы кто-нибудь нашел меня здесь,Он задумался, услышав, что поблизости находятся студенты, и подумал, не заподозрит ли мистер Фэрроу, что он здесь, только один способ узнать это. Он выбрал книгу по окклюменции и подошел к столу. Мистер Фэрроу недоверчиво посмотрел на Ремуса, но подписал книгу, и Ремус ушел.
Он нашел тихий уголок и начал изучать книгу «Защита, очаровывающая разум»:Практическое руководство по противодействию легилименции.
Окклюменция - это способность закрывать свой разум от легилименции Древнее заклинание, оно может остановить легилименса от проникновения в его мысли и чувства, а также повлиять на них Человек, использующий это искусство, известен как окклюменс
Продвинутые легилименты могут выполнять легилименцию бесшумно и даже без палочки, однако большинство из них должны использовать заклинание (Legilimens), чтобы успешно войти в разум своей жертвы. Легилимент сможет почувствовать, лжёт ли человек, и сможет исследовать его эмоции, мысли, а также - и чаще всего - воспоминания.
Ремус вздрогнул, представив, как кто-то проникает в его разум и читает воспоминания о его превращении, как Дамблдор стоит в гостиной и говорит «ликантропия», как мать рыдает, обнимает его и обещает, что любит его, даже если он раз в месяц превращается в чудовище, а потом его взгляд падает на строчку, которая его беспокоит
Чем более эмоционален человек, тем сложнее ему успешно выполнять окклюменцию
«Мерлин», - сказал Ремус, слегка подтянув колени и уставившись на текст так, словно во всем была виновата книга. Он легко плакал, эмоции всегда брали верх над ним. Единственное, что он мог смутно контролировать, - это свой характер, да и то лишь потому, что знал, что произойдет, если он выйдет из себя. Что, если я не смогу этого сделать?Что, если из-за того, что я такой плакса, я никогда не смогу защитить себя морально?
Хуже всего было то, что, подумав об этом, он почувствовал, что может снова начать плакать, однако ему удалось удержать себя от этого. С тяжелым вздохом он закрыл книгу и направился на свой единственный дневной урок, который был DADA и его самым нелюбимым.
*
«Борьба» Деденн стояла в передней части комнаты и осматривала группу перед собой »У нас была пара недель изучения темных существ, я думаю, теперь пришло время выучить несколько удобных заклинаний»
Все начали возбужденно перешептываться, когда Деденн приказала им встать и поставить свои сумки вдоль стены. Деденн взмахнула палочкой, и все парты и стулья сгрудились по другую сторону.
«Блэк и Колгейт, Инквуд и Мэгпай, Эванс и Петтигрю, Макнаб и Поттер, Неттл и Спиннет, - сказала она и посмотрела на список,Да, у нас тринадцать учеников в этом классе, - сказала она так, словно не смотрела на список и не видела имени Ремуса, - вы будете со мной.
Когда все выстроились в ряд, а она и Ремус оказались в конце шеренги, она начала инструктировать всех, как произносить заклинание Искры. Она показывала им движения палочкой и тщательное произношение «Не волнуйтесь, никто из вас не достаточно силен, чтобы искры могли нанести какой-либо вред, даже если вам удастся произнести их Вердимиллиус!» - воскликнула она, и дождь зеленых искр хлынул из ее палочки и упал на землю.
http://tl.rulate.ru/book/120021/5006144
Готово:
