Внезапная перемена в лице Му Яолу заставила Ли Цзинтянь вздрогнуть. Осознав, что вызвала недоразумение, она поспешно прижала к себе Ли Юаньцзяо одной рукой, а другой поддержала взволнованную женщину.
— Госпожа неправильно поняла! Госпожа неправильно поняла! — торопливо произнесла она.
Видя, как Му Яолу застыла на мгновение, немного успокаиваясь, проницательная Ли Цзинтянь поспешила передать Ли Юаньцзяо в руки матери, показывая отсутствие дурных намерений. Поддерживая собеседницу, она извиняющимся тоном пояснила:
— Это Цзинтянь неосторожно выразилась, заставив госпожу неправильно понять. Старшие в семье поручили мне написать историю клана, и происхождение молодых господ нужно тщательно проверить. Даже если Цзянисы действительно происходят из основной линии рода Мулу, семья Ли никогда не опустится до того, чтобы переносить старые долги на этого младшего члена семьи!
Му Яолу всё ещё колебалась между верой и сомнением. Материнская любовь не позволяла ей допустить, чтобы такое пятно легло на её Юаньцзяо, поэтому она продолжала настаивать, что Цзянисы были рабами и не имели никакого отношения к роду Мулу. Ли Цзинтянь пришлось сменить тему, спросив несколько вежливых вопросов о том, как она привыкает к жизни здесь. После недолгой беседы Му Яолу начала заметно расслабляться.
Отослав слуг, Ли Цзинтянь внимательно посмотрела на постепенно успокаивающуюся Му Яолу. Помедлив мгновение и окинув взглядом её одежду, она тихо произнесла:
— Мой старший брат всецело предан клану и может что-то упускать. Если у госпожи с сыном возникнут какие-либо трудности в будущем, прошу послать кого-нибудь на гору найти меня.
Му Яолу на мгновение замерла, затем поспешно кивнула и тихо поблагодарила. Когда Ли Цзинтянь с сопровождающими покинула двор, она подняла Ли Юаньцзяо и вошла в дом. Нежно поцеловав ребёнка в щёчку, она погрузилась в размышления: «Что бы ни случилось, эти вещи ни в коем случае нельзя признавать. Сюань очень упрям, и если у него возникнут подозрения, он неизбежно затаит обиду на ребёнка. В конце концов, Цзянисы косвенно довели до смерти прошлого главу семьи Ли — Ли Сянпина, а его сын Ли Сюаньфэн обладает высоким уровнем культивации. Нельзя рисковать».
«Эта Ли Цзинтянь оказалась добросердечной», — продолжала размышлять она, — «она определённо не позволит таким слухам распространиться. Если только это не дойдёт до той главной госпожи, дело можно считать закрытым».
Положив маленького Юаньцзяо на кровать, Му Яолу с нежной улыбкой смотрела на него. В льющемся мягком лунном свете она начала тихо читать древние шаманские молитвы за своего ребёнка.
Тем временем Ли Цзинтянь, выйдя со двора, тихо приказала стоящему рядом клановому воину:
— Пошлите кого-нибудь предупредить Ахуэйла, чтобы держал рот на замке. Если эти слухи дойдут до горы, никто не сможет его защитить!
Воин поспешно удалился исполнять приказ, а Ли Цзинтянь направилась вверх по каменной дорожке. Заметив, что во дворе горят огни и доносятся голоса беседующих, она обратилась к клановому воину у ворот:
— Кто там?
— Докладываю барышне, говорят, господин Чэнь сегодня прорвался к чакре Нефритовой Столицы, глава семьи очень обрадован и оставил его во дворе для беседы.
— Вот как?
Ли Цзинтянь кивнула, в душе тоже испытывая удивление. Чэнь Дунхэ был на два года младше Ли Сюаня, и такой прорыв означал, что он достиг пятого слоя Дыхания Зародыша. Хотя это и не могло сравниться с достижениями Ли Сюаньфэна, но среди окрестных семей считалось выдающимся достижением.
Покачав головой, она повернулась, собираясь уйти, но вдруг резко остановилась. Перед ней стоял человек, полностью преграждая путь. За его спиной виднелся чёрный длинный лук, на поясе висел колчан — это был Ли Сюаньфэн.
— Брат, — произнесла она, глядя на своего родного брата со сложными чувствами. После прорыва к уровню Конденсации Ци Ли Сюаньфэн выглядел даже моложе Ли Цзинтянь, больше походя на младшего брата, чем на старшего.
После семи лет, когда он начал практиковать технику совершенствования, Ли Сюаньфэн часто жил в пещере-обители на горе Мэйчи. Позже он каждый месяц скрывался в горах, охотясь на демонов, и встречи брата с сестрой стали ещё более редкими.
— Почему ты всё время избегаешь меня? — Ли Сюаньфэн нахмурился, внимательно всматриваясь в выражение лица сестры. Чувствуя что-то неладное, он настороженно посмотрел на неё и мрачно спросил: — Ты что-то скрываешь от меня?
Ли Цзинтянь тихо вздохнула и с улыбкой сказала:
— Через два месяца я выхожу замуж за Дунхэ.
— Что?! — Ли Сюаньфэн застыл на мгновение, и в его голове мгновенно сложилась полная картина происходящего. Теперь он понял, почему никто никогда не сообщал ему об этом и почему он никогда об этом не слышал. Его аура внезапно вспыхнула, и он воскликнул: — Ты действительно этого хочешь?! Сюань-гэ использует тебя, чтобы привязать к себе Чэнь Дунхэ?!
Ли Цзинтянь знала, что у её родного брата жестокий характер, и он мог натворить что-нибудь ужасное, поэтому поспешно улыбнулась:
— Брат! Если бы я не хотела, кто бы в семье посмел мной командовать, не думай лишнего!
Только тогда Ли Сюаньфэн немного успокоился, хотя всё ещё с сомнением смотрел на неё:
— Правда?
— Правда!
— В любом случае, этот человек тайком увёл мою сестру, нужно его проучить, чтобы отвести душу!
С этими словами он повернулся и вошёл в дом, откуда тут же раздался звон и грохот. Ли Цзинтянь прыснула со смеху, чувствуя, как многие тревоги в её сердце рассеиваются, и легко направилась к боковому двору.
Лу Сысы, паря по ветру, приближался к горе Лицзин. Направив духовную силу в глаза, он увидел перед собой сияющий золотой свет и невольно вздрогнул:
— Какой искусный защитный массив.
В этот момент он почувствовал острую зависть: «Этот массив, должно быть, стоит целое состояние, вероятно, использовались те самые белоперые флаги пурпурного дерева. Только откуда у этого Ли Тунъя такой умелый мастер массивов, действительно богат...»
Усиливая духовную силу, он передал сообщение:
— Я, Лу Сысы из семьи Лу из Тяоюнь, пришёл навестить почтенного даоса Ли Тунъя, прошу открыть защитный массив.
Вскоре в массиве открылся проход размером с человека. Лу Сысы прошёл через Великий массив солнечного света, где Ли Тунъя, облачённый в белые одежды, уже ждал его в горах.
— Брат Тунъя, — Лу Сысы сложил руки в приветствии.
Ли Тунъя поспешно провёл его во двор, но был поражён произошедшими с гостем переменами. Человек перед ним словно стал совершенно другим, и Ли Тунъя с некоторым смятением спросил:
— Почтенный Лу! Как же вы так изменились!
Белоснежные волосы Лу Сысы больше не сияли чистотой снега, а приобрели мертвенный серый оттенок, морщины на лице стали глубже, глаза потускнели, левая рука время от времени подрагивала, а на лице застыла горькая улыбка.
— Жизнь тяжела! Прошу прощения за такой вид, брат Тунъя! — За эти два года Лу Сысы день за днём метался без отдыха, скитаясь по Грибной роще на востоке. Он лично навещал каждого культиватора, с кем хоть раз встречался в молодости, пытаясь найти выход для семьи Лу. Человеку, которому почти двести лет, часто приходилось униженно заискивать перед молодыми культиваторами, которые были моложе его внуков, терпя всяческие унижения. За эти два года он постарел больше, чем за предыдущие двадцать лет.
— Эх, — Ли Тунъя покачал головой, понимая, что человеку перед ним осталось жить всего несколько лет, и мягко спросил, сидя на главном месте: — Какие указания у почтенного старейшины?
Хотя в душе он сочувствовал, но Ли Тунъя совсем не собирался проявлять мягкость. После смерти Лу Сысы семье Лу можно было забыть о доле в рудниках, а гора Хуацянь, скорее всего, окажется в руках семьи Ли.
— Не смею, не смею! — Лу Сысы поспешно замахал руками и спросил: — Помнит ли брат Ли о рынке озера Ванъюэ?
— Конечно, помню!
После той битвы озеро Ванъюэ превратилось в руины, защитный массив всё ещё действовал на острове посреди озера, даже культиваторы уровня Заложения Основ при виде его отступали. Их семьи тоже заглядывались на богатый духовной энергией остров, но не имея такого сокровища, как клин разрушения громового массива, они ничего не могли поделать с защитным массивом, полным грозового огня. Ценные предметы на рынке давно были разграблены культиваторами уровня Заложения Основ, и место потеряло свою привлекательность. Им оставалось только оставить его в центре озера, никем не тронутым.
— Проезжая недавно мимо центра озера, я увидел большой корабль, полный простых людей, собирающих предметы на острове посреди озера!
— Простых людей? — У Ли Тунъя тут же возникло множество вопросов.
Лу Сысы, не осмеливаясь хитрить, поспешно объяснил:
— Эти бродячие культиваторы отправились в уезд и, обманывая и заманивая, нашли группу простых людей, пообещав им богатство и путь культивации. Затем на большом корабле доставили их к острову и заставили собирать предметы на острове посреди озера. Этот защитный массив изначально жертвует стабильностью и целостностью ради силы, в нём много прорех. Если бросить на массив тысячу-другую простых людей, один сможет попасть внутрь и достать духовные предметы из руин. Защитный массив действует только снаружи, но не внутри, поэтому можно спокойно выносить вещи.
Ли Тунъя, выслушав эти слова, помолчал мгновение и спросил:
— Какова же мысль почтенного?
Лу Сысы хлопнул себя по бедру, угодливо улыбнулся и ответил:
— Как можно позволить им так поступать!
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/116805/5294918
Готово:
