– Ошамару-сенсей, так вот как сражаются самураи?
Хонгду пришла сюда, чтобы посмотреть «Игру в белую ночь», и впервые увидела поединок самураев. Оказалось, Синъи пошел не по стандартному пути.
Слова Ошамару звучали так же, как всегда – он абсолютно не интересовался подобными боями, которые больше напоминали театральное представление. Железное Королевство тоже не волновало, наблюдают ли зрители из Конохи за схваткой. Они лишь надеялись, что стороны не начнут конфликтовать.
– Должно быть, это новый стиль, но я не ожидал, что старое упрямство не выбьет его из колеи.
Благодаря знакомству с Дзюном, Ошамару кое-что знал о самураях. Большинство из них были упрямцами, отвергавшими ниндзюцу и полагавшимися только на меч. Хотя Синъи использовал клинок в бою, сама его философия была… искажена.
– Интересно, как Бай Е справится? Мне кажется, её просто давят и бьют без передышки.
Для Хонгду всё выглядело так, будто Бай Е с самого начала оказалась в невыгодном положении и теперь только отбивалась, не имея шанса на ответный удар. Большинство зрителей тоже думали, что ситуация критическая. Хотя реальность, возможно, была иной.
– Это же откровенный обман... – пробормотала Бай Е, замечая, что противник вот-вот перейдет в решающее наступление.
Она напряглась, уловив небольшое движение в правой руке Синъи, и инстинктивно отпрыгнула дальше, чем обычно. Это позволило ей избежать внезапного удара – оказалось, радиус атаки мог резко увеличиваться.
Выиграв секунду передышки, Бай Е успела оценить обстановку. Максимальная длина «растянутой» руки противника составляла около десяти метров.
Судьи, скрывающиеся в тени, хмурились, глядя на это. Всё это выглядело слишком... неестественно.
Мифунэ, сидевший в председательском кресле, сжал кулаки. Синъи был его самым перспективным учеником, но после возвращения из поездки тот словно сошел с ума, увлекшись странными экспериментами. Мифунэ надеялся, что младший сам образумится, но чем дальше, тем сильнее тот искажал своё тело.
Когда Синъи задействовал механизм в руке, его движения перестали подчиняться обычной анатомии. Суставы изгибались непредсказуемо, и Бай Е быстро поняла: её тренированная интуиция больше не работала. Теперь она могла полагаться только на рефлексы.
Рука противника извивалась, как змея, и даже удачно начатый маневр уклонения мог внезапно обернуться провалом. За короткое время на теле Бай Е появилось несколько ран. Если бы не её умение резко менять направление движения, последствия были бы хуже.
Клинок, вращавшийся на огромной скорости, был острее, чем она ожидала. Без проблем перерубая кости, он мог бы легко разрезать человека пополам.
– Чёрт, почему мне всегда попадаются такие уроды? – пробормотала Бай Е. – Может, он всё-таки связан с тёмными делами Китасима?
Даже в такой ситуации она не могла удержаться от сарказма. Поначалу внезапные повороты атаки поставили её в тупик, но спустя время она адаптировалась: стоило увеличить дистанцию уклонения – и времени на реакцию стало больше.
Проблема была в другом: Бай Е, как и её меч Занпо, потребляла огромное количество энергии. Обычно она экономила силы, сводя движения к минимуму, чтобы не истощиться. Этот навык, отточенный годами, стал инстинктивным.
Но сейчас она решила пойти против привычки. Раздвинув границы уклонений, Бай Е почувствовала, что может не только защищаться, но и контратаковать.
Синъи, с другой стороны, после первого провала так и не смог переломить ход боя.
– Как же ты меня бесишь! – прошипел он. – Этот червяк всё выворачивается!
Между тем Бай Е сосредоточилась. Она вложила Занпо в ножны, перенеся всё внимание на меч.
– Что за дешёвый трюк? – усмехнулся Синъи, вспомнив один из её приёмов с предварительных состязаний.
Он не понимал, как это поможет в текущей ситуации, но упустить момент не собирался. Пока Бай Е отвлекалась, он усилил напор, надеясь наконец достать её.
Но в самый последний миг Синъи понял, что просчитался.
– Лунный серп!
Бай Е атаковала не его самого – её меч вонзился в раскрученный клинок, летевший с правой стороны. И, вопреки ожиданиям, она не выпустила ударную волну ци.
Все увидели: лезвие Занпо озарилось холодным голубым сиянием.
С резким звонким «динь» вращающийся клинок, достигнув предела прочности, с силой вонзился в землю.
Когда Бай Е закончила взмах, свет, всё ещё обвивавший лезвие, после яростного сопротивления наконец оторвался и, словно молния, врезался в край стены, оставив глубокий шрам.
– Перерублен…
Синъи почувствовал неладное и резко отпрянул назад, пытаясь отдернуть руку. Но он опоздал на долю секунды – когда оружие вернулось к исходной длине, вращающийся клинок на его запястье уже глубоко ушёл в землю.
Синъи понимал, что, даже оттягивая оружие назад, он не ожидал, что лезвие будет полностью разрушено. Вероятно, Бай Е намеренно не дала ему воспользоваться им. Этот клинок был особенным – невероятно прочным и способным усиливаться чакрой даже на расстоянии.
Разрыв означал одно: если бы он сражался с Бай Е в ближнем бою, исход мог бы быть куда хуже. Возможно, он проиграл бы вчистую.
http://tl.rulate.ru/book/116237/4574375
Готово:
