— Для Багги.
Пираты, флот, союзные страны, несоюзные страны, революционная армия, мировое правительство.
То и это.
На самом деле, ему все равно.
Он просто надеется, что эти игрушки принесут ему немного радости, как в те дни, когда он только перешел.
Чтобы его сердце, которое немного опустело после потери лучшего друга, снова наполнилось.
По совпадению, в это время перед ним появились флот и мировое правительство.
Как гигант, который все еще пытается бежать быстро с переломанной ногой, он продолжает кричать о справедливости, но отчаянно тянется к деньгам.
Так что становится интересно.
Он щурил свой единственный глаз.
Белый туман медленно поднимался по палубе военного корабля. Не знаю, когда тихо ушла ночь, и солнце не успело заполнить эту пустоту.
Так что пейзаж — это легкий утренний туман, серый в белом.
Длинные черные заборы появляются и исчезают в тумане.
Посреди черного забора.
Женщина с розовыми волосами все еще обнимала колени, голова была наполовину зарыта, ее первоначально интеллектуальная красота смешалась с некоторой беспомощностью и замешательством, ее красивое и холодное лицо было немного тусклым.
Ее длинные волосы падали на холодную палубу.
— Доброе утро, мисс Хината.
Баки наконец-то нашел свой рот и сумел высунуть четверть своего тела.
Просто не очень связно.
Выглядело так, будто его застрелили, и половина его тела была отрезана.
Но он все еще ярко улыбался.
Это должно быть первый раз, когда он сказал это определенным утром, очень трогательно.
Результат был очевиден.
Флот сходил с ума, но он все еще был в порядке.
Так что он выиграл.
— Ты выиграл.
Хината тоже так думала.
Конечно, у нее была сильная тяга пойти и разрубить этого клоуна на восемнадцать частей, затем повесить его с помощью наручников из морского камня и утопить в десятитысячной яме.
Но сейчас она не была настолько равнодушной, чтобы игнорировать своих подчиненных на этом корабле.
— Выиграл?
— Мисс Хината, вы считаете, что наша игра закончилась?
Баки нашел относительно гладкое место в черном клетке, облокотился на него и поздоровался с солдатом, которого заперли в черной клетке.
Хината подняла голову, ее окровавленное лицо было покрыто кровью, и ее глаза были полны негодования.
— Так что ты просто относишься к этому как к игре, ты относишься к их жизням и к нашим жизням как к игре!
— Жизнь?
Баки поднял голову и посмотрел на белый туман в небе, а другая сторона его разума наблюдала за битвой между Доберманом и Верго.
Хе-хе, пусть два коллеги из флота встретятся лицом к лицу со смертью.
Но он все равно с нетерпением ждал этого. До какой степени может достичь абсолютная концепция справедливости, которую Доберман возвел до небывалой степени?
— Меня не интересует эта штука.
Его тон был ни спешным, ни медленным, и он совсем не подчеркивал слово жизнь.
Казалось, это слово ничем не отличалось от тысяч других слов для Багги.
— Тогда что не так с ними!
Хината встала, и на ее запястье выросла черная клетка.
Она немного сожалела, что у нее не было оружия из морского камня, как у ее друга Смокера.
Но это не помешало ей выпустить пар.
— Дзя Ю Кан! — Заборчатая черная клетка протянулась от ее рук и окружила полуразбитое тело Багги.
— Ты говоришь об этих милых солдатах?
Багги совсем не собирался уклоняться и позволил черному забору зажать его.
— Конечно, потому что у них действительно есть справедливость и страсть в сердцах.
Черный забор разделил его собранное вместе тело на несколько частей, но Багги продолжал говорить сам с собой с блестящими глазами.
— Ты же не думаешь, что я умею зачаровывать людей, правда?
— Нет, нет, нет, я просто поднял черную ткань, покрывающую их истинные сердца, и показал их яркие красные, горячие сердца.
Говоря это, он несколько секунд постучал раздвоенными пальцами по веснушчатому мальчику рядом с ним.
Тело веснушчатого мальчика медленно разделилось, обнажив все еще бьющееся сердце в его груди.
— Так что, сынок!
Баки перевел взгляд на мальчика: «Твое сердце болит, потому что твое сердце жаждет справедливости, но на самом деле ты попираешь ее!»
«Потому что ты не осознал настоящую справедливость в своем сердце!»
Его слова, казалось, завораживали, и веснушчатый мальчик снова и снова открывал и закрывал рот.
Когда он увидел, как его сердце вылетело, он подумал, что должен пойти повидаться с семьей.
Но после того, что сказал Баки.
Кажется, его сердце не так болит.
— Тогда что мне делать? — Он смотрел на человека в пустоте. Его неглубокий опыт не позволял ему судить о правдивости слов собеседника, но он инстинктивно чувствовал, что в них есть смысл.
По крайней мере, ему стало намного лучше.
— Осознать настоящую справедливость в своем сердце.
Веснушчатый мальчик: «Что такое справедливость?»
— Справедливость — это взрыв. — Баки выглядел как послушный ребенок.
— Справедливость... это взрыв?
— Безумный!
Лицо Хины потемнело. На самом деле, она была немного очарована тем, что только что услышала.
Почему это больно?
Потому что поведение отличается от того, к чему стремится сердце.
Это правда.
Но что, черт возьми, такое справедливость — это взрыв!
— Значит, справедливость — это взрыв. — Несколько слез пробежало по щекам веснушчатого мальчика, и он пробормотал пару слов. Это объяснение заставило его почувствовать себя комфортно.
Его бесспорный взгляд заставил Хина захотеть бросить этого парня в море.
— Конечно, конечно. — Багги ухмыльнулся и вернул сердце мальчика.
— Взорви те вещи, которые тебе не нравятся, и ты естественным образом почувствуешь себя комфортно, и твоя справедливость естественным образом будет достигнута.
— Но я предлагаю тебе попробовать насладиться крайне испуганным и паническим видом на лицах окружающих перед взрывом.
— Это действительно интересно, хе-хе.
Веснушчатый мальчик повернул голову и показал ту же яркую улыбку, что и Багги.
— Мисс Хината, я понял, я не хочу умирать!
— Справедливость — это взрыв, вот и все!
Его глаза сияли, и он принял абсурдные слова Багги в качестве критерия.
Потому что у него было сильное желание выразить эмоции в своем сердце, и он нашел практический выход.
Справедливость — это взрыв!
У веснушчатого мальчика есть справедливость в сердце?
Конечно есть, Багги может ясно видеть, что слабосветящийся белый шарик был изначально немного незрелым, но он занимал около четверти пространства в его сердце.
Просто когда Багги помог ему разделить все остальные бесполезные эмоции, справедливость заняла все.
Вся справедливость.
Это внезапное и чрезвычайно сильное чувство справедливости заставило мальчика испытывать отвращение и вину по отношению к себе, а отчет информационного агентства напрямую превратило это чувство справедливости в башню из воздуха, не имеющую себе места.
Так что он просто находился в состоянии сильного желания что-то сделать, но не смел.
Ему оставался только бегство.
И Багги дал ему такой выход.
Справедливость — это взрыв.
Как бы абсурдно это ни звучало, но пока это реальнее, чем справедливость флота, пока это может уложить сильную справедливость в его сердце...
Мальчик безоговорочно примет это.
— Так что ты понял?
Багги повернулся и посмотрел прямо в уклончивые глаза Хины.
— Дело не в том, что я завораживаю тебя, а в том, что тебя исказила твоя собственная справедливость.
http://tl.rulate.ru/book/113967/4303473
Готово:
