Вечером в знакомом баре Учиха Кай тихо ждал прихода Хьюги Аи. Оставив озадаченного Имаи Кенту в лаборатории, он неспешно удалился оттуда и направился прямиком в этот бар. К тому времени Коноха уже полностью погрузилась во тьму — видимо, из-за наступления зимы темнело особенно рано.
Примерно год назад, почти в это же время, Учиха Кай собственноручно отправил Учиху Шисуи за пределы Конохи, а вместе с ним и Кисаме. Год пролетел так быстро, что Кай осознавал это, только когда останавливался, чтобы перевести дух. Время для него было одновременно крайне важным и не имеющим особого значения.
За этот год ни Учиха Шисуи, ни Кисаме не передали никакой информации. Скорее всего, они оба прекрасно понимали, что только что присоединились к этой ужасающей организации и всё ещё привыкали и осваивались. К тому же, они, вероятно, догадывались, что пока не пользуются особым доверием, поэтому вели себя крайне осторожно.
Напротив, Обито часто возвращался в течение этого времени, и информация, которую он приносил, всегда оказывалась весьма полезной. Учиха Кай прекрасно знал, чем сейчас занимается Акацуки и даже то, что они планируют делать в будущем.
За это время Акацуки завербовали некоего Хозуки Мангецу. Этот парень когда-то был одним из Семи мечников Тумана, и его вступление в некотором смысле усилило мощь Акацуки. Однако то, что Обито рассказал Учихе Каю, рисовало совершенно иную картину: оказывается, Хозуки Мангецу был завербован Нагато.
После той ночи в Конохе авторитет Нагато в Акацуки можно сказать серьёзно пошатнулся. Внешне он всё ещё оставался лидером организации, главарём большой группы нукенинов. Но в действительности эти нукенины не особо-то его слушались, и единственная причина, по которой его до сих пор не свергли окончательно, — это его Риннеган. Конечно, среди них было немало тех, кого он сам завербовал. Однако лидер, потерявший авторитет и доверие, по сути, ничем не отличался от беззубого льва, и Учиха Обито фактически отстранил его от руководства организацией!
Орочимару и Кисаме знали, что Обито — человек Учихи Кая, поэтому они оба держались ближе к Обито и открыто игнорировали Нагато. Учиха Шисуи был приведён Обито, и он, вероятно, и представить себе не мог, что, едва покинув одну сложную организацию, тут же попадёт в другую, где идёт внутренняя борьба, причём на этот раз у него не было выбора. Он бы и рад был примкнуть к Нагато, но проблема в том, что его завербовал Обито, поэтому ему оставалось только держаться ближе к нему.
Что касается остальных, Хидан был парнем с проблемами в голове, ему было абсолютно всё равно, кто лидер, его волновал только его бог. Какузу был примерно таким же: возможно, из-за того, что повидал слишком многое, он знал, что в таких делах нельзя занимать чью-либо сторону. Поэтому он действовал очень хитро — какие бы приказы ни отдавались, он слушался и добросовестно выполнял их. В конце концов, то, чем он занимался, было именно тем, что ему нравилось — сбором средств. Все в организации знали, что он любит деньги и признаёт только их, а всё остальное его не волнует. Задания, которые он выполнял, приносили пользу всей организации, поэтому ни Обито, ни Нагато не доставляли ему хлопот.
Наконец, оставался Сасори, чьё положение было несколько неловким. В ту ночь в Конохе он встал за спиной Обито, действительно считая, что Нагато сделал неверный выбор. Однако по возвращении он всё ещё оставался на стороне Нагато, возможно, потому что его завербовала Конан, и к тому же его совершенно не интересовала эта борьба за власть. Раз уж Нагато сейчас был лидером, то слушаться его приказов было правильно, и хотя он придерживался такого мнения, его всё же можно было считать довольно твёрдым сторонником.
Теперь у Нагато было четверо твёрдо стоявших за его спиной: Конан, а также те, кому было всё равно или у кого не было выбора — Сасори и Хозуки Мангецу. Четыре человека — уже неплохо.
Что касается стороны Обито, если не считать нейтральный «бессмертный дуэт», но добавить Чёрного Зецу, то у него было пять человек, что можно считать явным преимуществом. И это ещё после того, как Нагато завербовал Хозуки Мангецу; если бы не это, Нагато пришлось бы совсем туго.
Но даже так Обито уже занимал доминирующую позицию. Другими словами, Учиха Кай фактически отстранил Акацуки от власти! Хотя он не обязательно будет напрямую отдавать приказы через Акацуки, заставляя их что-то делать, но то, что сейчас невозможно, в будущем вполне может стать реальностью. К тому же, до полного контроля над организацией ещё оставалось некоторое расстояние — по крайней мере, почти половина людей всё ещё не находилась под контролем Учихи Кая, так что он не особо торопился.
«Почему она ещё не пришла?» — Учиха Кай поднял голову, взглянув на время, затем беспомощно покачал головой. «Ладно, подожду ещё немного».
Хьюга Ая не пришла, и Учихе Каю оставалось только терпеливо ждать. Однако он вспомнил одну вещь, которая показалась ему особенно интересной, — то, что Обито рассказал ему во время одного из своих тайных визитов в Коноху.
Кисаме когда-то был членом АНБУ Тумана, а Хозуки Мангецу тоже был из Тумана. Даже если бы он не знал о положении Кисаме в Тумане, то по одному лишь внешнему виду узнал бы его. А Кисаме, похоже, имел какие-то планы насчёт меча Хозуки Мангецу. В результате вместо сцены «земляк встречает земляка, оба со слезами на глазах» чуть не разыгралась картина «земляк встречает земляка, стреляет ему в спину», которую помнил Учиха Кай.
На самом деле, появление такой ситуации между этими двумя совсем не удивительно. Политика Тумана в прошлом была настолько кровавой, что они, вероятно, не раз убивали своих же товарищей. К своим односельчанам они, скорее всего, испытывали очень сложные чувства. Поэтому такая вещь, как дружелюбие, совершенно не существовала между ними. Вдобавок к этому у Кисаме появилась жадность к мечу ниндзя, а их позиции были совершенно различны, так что настоящая драка была бы самым нормальным исходом.
Однако конфликт между ними был подавлен, главным образом потому, что вмешались и Обито, и Нагато. Более того, после неудачи в Конохе Нагато тоже планировал акцию, которая могла бы восстановить его авторитет. Естественно, Туман и Песок попали в их поле зрения.
Для них обе эти скрытые деревни были подходящими целями для нападения. Во-первых, в этих деревнях не было особо сильных шиноби, так что им не нужно было беспокоиться о ситуации, подобной той, что произошла в Конохе. Во-вторых, в организации были нукенины из этих деревень, и после операции в Конохе ценность нукенинов полностью проявилась. Он верил, что с помощью этих нукенинов они смогут проникнуть в деревню, быстро действовать и выполнить задание!
После тщательного отбора Нагато в конце концов выбрал Деревню Скрытого Тумана. Главной причиной было то, что в их организации, независимо от позиции, было два нукенина из Тумана. Кроме того, Туман находился далеко от мира шиноби, и сейчас вся Страна Воды находилась в состоянии изоляции. Что бы они ни сделали, это не распространится за её пределы, что также было своего рода защитной мерой для них.
Кисаме, услышав эту новость, прекратил конфликт с Хозуки Мангецу. Туман когда-то предал его, и встретив бывшего шиноби Тумана, он, естественно, не хотел упускать возможность. Но теперь, когда появился шанс вернуться, отомстить и даже найти меч ниндзя, он, конечно, не хотел его упустить.
Помимо дела Кисаме и Хозуки Мангецу, была ещё одна довольно интересная вещь, связанная с отношениями с Шисуи. Этот парень раньше был в Конохе, так что Шисуи, естественно, встречал его, поэтому появление этого парня в Акацуки крайне озадачило Шисуи. В его воспоминаниях Кисаме был схвачен Имаи Кентой, но потом было объявлено о его смерти. Как же этот парень оказался здесь?
Шисуи не знал о делах Кисаме, и во всей Конохе о делах Кисаме знала только группа Учихи Кая. Остальные совершенно не знали, что этот парень, пойманный в Стране Водоворотов, на самом деле давно уже сдался.
А Кисаме знал о том, что сделал Шисуи, например, о том, как этот парень предал клан Учиха и последовал за Третьим Хокаге, хотя других подробностей он не знал. В результате эти двое, совершенно не понимая, что оба они «двойные агенты», смотрели друг на друга крайне недружелюбно. Хотя они и не дрались, но работа в команде между ними была настоящим соревнованием в интригах, и уже то, что они не подставляли друг друга, можно было считать неплохим достижением.
Обито тоже наслаждался этим спектаклем и не собирался рассказывать Шисуи или Кисаме об этой ситуации. Даже если бы он и стал рассказывать, то сначала рассказал бы Кисаме. Что касается Шисуи, Обито изначально не особо любил этого парня, так что пусть и дальше не знает.
«Извини, я опоздала», — когда Учиха Кай размышлял, вдруг до его ушей донёсся голос. Подняв голову, он увидел, как Хьюга Ая вошла вслед за барменом. Она всё ещё была такой же холодной, одетая в то же белое кимоно, подходящее для боя. Правда, этот наряд явно не был тем, который когда-то испортил Учиха Кай. На её лице не было никаких эмоций, совсем как раньше. Если бы не её взгляд, который не мог оставаться полностью спокойным, Учиха Кай, возможно, действительно поверил бы в её игру.
«Не поздно, я тоже пришёл не так давно», — когда Хьюга Ая села, а бармен удалился, Учиха Кай с улыбкой сказал: «Должен сказать, за это время твоё актёрское мастерство значительно улучшилось».
«Правда? Я не думаю, что есть что-то, ради чего мне стоило бы играть», — Хьюга Ая совершенно не поддавалась на уловки Учихи Кая, лишь нахмурилась, увидев саке на столе: «Алкоголь мешает делу, неужели ты забыл все три запрета шиноби?»
Три запрета шиноби? Учиха Кай молча улыбнулся. То, что Хьюга Ая хотела сказать, вероятно, касалось не того, что Учиха Кай забыл все три запрета шиноби, а того, что алкоголь мешает делу, верно? На самом деле Учиха Кай вовсе не собирался пить, это была просто особенность бара. Хозяин, увидев, что пришёл Учиха Кай, даже не спросив его, вынес лучшее саке заведения. Учихе Каю было неудобно отказывать, поэтому на столе и оказалось несколько бутылок хорошего на вид зелёного саке.
«Хорошо, хорошо, сегодня не будем пить», — Учиха Кай с улыбкой кивнул.
«Не только сегодня, впредь тоже нельзя», — спокойно сказала Хьюга Ая. «Как шиноби, тем более занимающий высокий пост начальника полицейского отдела Конохи, ты должен подавать хороший пример».
«Некоторые правила я буду соблюдать, а некоторые — не обязательно, потому что не думаю, что их соблюдение или несоблюдение как-то на меня повлияет», — Учиха Кай покачал головой, а затем с улыбкой сказал: «Кроме того, не стоит постоянно упоминать о высоком посте. По сравнению со мной, ты тоже не отстаёшь. Кстати, ты готова к вступлению в должность в медицинском отделе?»
«Дело ещё не решено, кто знает», — Хьюга Ая всё ещё выглядела холодной, но, отвечая на этот вопрос, она на мгновение заколебалась, а затем кивнула. «Не волнуйся, я училась у тебя столько лет, давно усвоила все твои идеи и подходы. Войдя в медицинский отдел, я, естественно, справлюсь».
Хотя окончательное собрание шиноби так и не состоялось, практически все уже пришли к общему мнению, что главой медицинского отдела, скорее всего, станет Хьюга Ая. На самом деле этот отбор был очень открытым, и после того, как была озвучена её принадлежность к клану Хьюга, она в основном конкурировала с другими на относительно равных условиях.
Но эта справедливость, строго говоря, тоже была ограниченной. Ведь за ней стояла поддержка Учихи Кая, и клан Хьюга тоже надеялся выдвинуть настоящего высокопоставленного члена. Можно сказать, что она естественным образом получила голоса почти пятидесяти джонинов из двух кланов. Это была не маленькая цифра — в Конохе всего было две-три сотни джонинов, можно представить, насколько ценными были эти пятьдесят голосов.
Кроме того, управленческий талант Хьюги Аи также получил признание, её послужной список был одобрен. Всё-таки она проработала в полицейском отделе столько лет и неявно была вторым человеком в отделе, как она могла быть плохой?
Поэтому в этом отборе, относительно говоря, не было особой интриги. Даже если бы Учиха Кай и его люди ничего не делали, возможно, никто не смог бы бросить вызов Хьюге Ае.
«Вот и хорошо», — Учиха Кай налил чашку чая Хьюге Ае и тихо спросил: «Кстати, как сейчас обстоят дела с твоим Тенсейганом?»
«Должно быть, скоро», — Хьюга Ая на мгновение задумалась, а затем слегка улыбнулась. «Я чувствую, что моя трансформация, вероятно, скоро завершится».
«Это отличная новость», — услышав это, Учиха Кай тоже не смог сдержать улыбку. «Прошёл почти год, поздравляю, ты наконец-то завершила».
«Спасибо, хотя я тоже удивлена, почему всё так получилось, но это действительно хорошая новость», — казалось, что по мере развития разговора с Учихой Каем Хьюга Ая постепенно расслаблялась. В конце концов, она не ненавидела Учиху Кая, просто из-за некоторых эмоциональных проблем не очень хотела сталкиваться с этим парнем.
Она никогда не сомневалась в своих чувствах, она знала, что ей нравится этот парень перед ней, и она не собиралась сопротивляться этому. Иначе в ту ночь она бы и не подумала расслабиться и выпить — с другими она бы даже не стала пить. Не говоря уже о том, что после того, как она напилась и услышала такое обещание от Учихи Кая, она в конце концов приняла решение, которое заставляло её и вспоминать, и немного огорчаться.
Когда бармен начал подавать еду, они ели и беседовали. От мнения Учихи Кая об Ооцуцуки Ишики до того, уверен ли он в своей способности противостоять Каме. От неловких историй из детства Учихи Кая до его недавнего прогресса в развитии режима чакры Риннегана. За этой трапезой они очень хорошо провели время, и такое удовольствие Хьюга Ая жаждала все эти месяцы, но постоянно избегала.
Однако в этот раз за едой они так и не выпили ни капли.
Когда лунный свет полностью окутал землю, а стрелки часов показали одиннадцать, они наконец завершили эту встречу. Держась за руки, они вышли из бара, вероятно, к огорчению хозяина заведения — почему эти клиенты пришли в бар, но не пили?
Но они не обращали на это внимания, прогуливаясь по заснеженным улицам Конохи, глядя на ясную полную луну в небе — такое чувство действительно было прекрасным.
«Уже поздно, мне пора возвращаться», — не знаю, сколько они прошли, когда Хьюга Ая медленно сказала: «Спасибо, что пригласил меня сегодня. Должна признать, мне действительно очень хорошо с тобой».
«Мне тоже очень хорошо», — Учиха Кай не отпускал её руку, подняв голову и глядя на луну в небе, он улыбнулся и сказал: «Кстати, в прошлый раз луна, кажется, тоже была такой круглой».
«Что ты хочешь сказать?» — Хьюга Ая вдруг насторожилась.
«Ничего, просто немного ностальгии», — Учиха Кай покачал головой. «Кстати, завтра нужно идти на собрание».
«И что?»
«Чтобы не опоздать...»
«И не мечтай! Если я соглашусь, то точно опоздаю!»
«Не говори так, смотри, уже так поздно, я думаю, лучше отдохнуть где-нибудь поблизости».
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/112673/4789363
Готово:
