— Было странно спать в роли Большой Ложки. Еще более странным было то, что это была его первая мысль, когда утренний свет принялся заливать его спальню в Большом доме. Да и вообще, странная мысль. Дело в том, что Пайпер была очень спонтанным человеком. Она любила кофе с тыквенной приправой в любое время года, за исключением тех случаев, когда он был в продаже, слушала рок и классическую музыку, считала «Колыбельные Эминема» лучшей вещью на свете и наслаждалась тем, что ее руки обвивали его талию. Правда, Джейсон должен был признать, что она заставляла его быть начеку. Их комната была довольно милой, хотя и немного маленькой для них двоих. Проблема заключалась в том, что, поскольку они переросли большинство других обитателей лагеря, им нужно было место, где они могли бы остановиться, а не хижина. Квартира в городе, которую купил для них мистер Маклейн, была хороша и все такое... Но это был не Лагерь полукровок. Конечно, это влекло за собой и обязанности. Он отвечал за обучение фехтованию, а когда он этим не занимался, то следил за тем, чтобы боги были довольны своими храмами и подношениями, и... Действительно, ему пора вставать. Но он был здесь, обнимая свою жену, а его руки вместо этого лежали на ее животе. Он не мог ответить, что не хотел быть там. И все же, когда она принялась слегка шевелиться в его объятиях, он знал, что она будет ругать его за то, что он не разбудил ее раньше. В конце концов, ей все равно приходилось вставать раньше обычного, если она хотела работать рядом с сыном. Двадцать недель, а они не могут сделать перерыв, а в некоторых случаях даже поспать. Джейсон мог сказать, что она не спит, когда она лежала совершенно неподвижно. Единственными звуками, которые он мог слышать, были ее ровное дыхание, смешивающееся с его, и сатиры, играющие на трубах на земляничных полях. Джейсон почти чувствовал вкус свежего воздуха... всего на минуту все было идеально. — Пайпер рывком поднялась с кровати и вырвалась из его объятий. Она побежала босиком в смежную ванную комнату, и Джейсон слышал, как ее рвотные позывы доносятся до унитаза. Джейсон вздохнул и, поднявшись, протер глаза от сна. Когда его босые ноги коснулись теплого, гладкого деревянного пола под ним, он счел это положительным знаком для наступления утра. Это не помешало ему схватить тапочки, которые Столлы подарили ему на свадьбу (молнии для него, розовые зайчики для Пайпер), и надеть их. Утро было теплым, и, одетый только в боксеры и нижнюю рубашку, он направился к своей измученной жене. В такие утра, как это, Джейсон имел честь удерживать ее волосы, чтобы ее не стошнило, пока он растирал успокаивающие круги на ее спине. Раньше он тоже напевал, но Пайпер всегда отмечала, каким бодрым он был по утрам. Когда Пайпер прекратила свои сухие рыдания, Джейсон продолжил терпеливо растирать ее голые руки. Она была одета в одну из его фиолетовых футболок и мешковатые шорты, и когда она положила руку на живот, то вздохнула. — Это просто ад, — насмешливо пробормотала она. Джейсон лишь хмыкнул в знак согласия, а затем, чтобы заставить ее думать, что он не так уж крепко спал, зевнул. Когда она убедилась, что закончила, он помог ей вернуться на край кровати. Там он осмотрел ее ноги. За последние несколько дней они сильно распухли, и его прерогативой было растирать их до тех пор, пока она не почувствует себя лучше. Все что угодно для Джейсона-младшего. — Готовы к дню? — спросил он бодро, и она бросила на него слабый взгляд. Тем не менее, Джейсон вздрогнул. У нее были мешки под глазами, как маска. Это напомнило ему о еноте, который вмешался в их медовый месяц в Оклахоме. — У меня есть выбор? — спросила она. Джейсон лишь улыбнулся, встал и направился к гардеробу. Что бы такое надеть, чтобы не бояться, что на нем останутся следы от порезов... — Лучше. Хорошо, я хочу, чтобы у каждого из Вас был свой спарринг-партнер. Нет — Реджи, ты не можешь оставаться с Таннером. Найди кого-нибудь другого. — Джейсон ходил кругами вокруг его учеников, проверяя каждую форму, технику, стиль и слабые места, которые у них могли быть. Звуки столкновения мечей с мечами эхом разносились по арене, и с каждым движением ноги в воздух поднималось очередное облако пыли, нарушавшее покой. На нем была его оранжево-фиолетовая футболка с лаврами римлян и пегасом с оригинальной футболки CHB. На нем были шорты цвета хаки и хорошо сидящие сандалии, и он повторил, чтобы все были полностью вовлечены в игру. Время от времени он вскакивал, чтобы продемонстрировать новую технику или поправить чью-то форму. Правда, его работа могла быть и хуже. — Так, теперь сначала обопритесь на заднюю ногу, а затем равномерно распределите свой вес. Бой на мечах заключается в том, чтобы использовать доступ к клинку и не позволить противнику подойти настолько близко, чтобы сделать этот доступ бесполезным. — Он проинструктировал всех. Его взгляд уловил движение у входа на арену, и он перевел взгляд. Хирон стоял в стороне, его руки были скрещены, а лицо лишено выражения. На спине у него висел массивный длинный лук и колчан со стрелами, что означало, что он, должно быть, только что закончил урок стрельбы из лука. Как только Хирон привлек его внимание, он махнул Джейсону. — Выполните упражнения три и четыре, а затем сделайте перерыв. Гэрри, никакой борьбы, слышишь меня? — сказал он, проходя между четырнадцати-пятнадцатилетними подростками, которых он обучал. Несколько из них, обливаясь потом, тут же резко упали, тяжело дыша. Джейсон закатил глаза. Дети Афродиты, подумал он. Подойдя к кентавру, Джейсон потер руки в предвкушении того, что ему сейчас скажут. — Следуй за мной. Боюсь, что сегодня Вы не вернетесь к преподаванию, но Коннор уже согласился взять на себя остаток Вашей смены. — сказал он. Джейсон поднял бровь, но ничего не сказал. Ему было интересно, что же такого важного произошло, что он пропустит следующие два часа его дня. Они прошли мимо конюшен, павильона, озера и, наконец, добрались до большого дома. Джейсону пришлось полюбоваться видом, открывающимся с веранды. Он мог видеть, как некоторые из детей Гефеста бегают круги по дорожке для колесниц. Дети Афродиты были в доках, сплетничали с Наидами и торговались за водостойкую косметику. Дети Гермеса взламывали замок в магазине лагеря, дети Найк пытались повторить за детьми Афины на волейбольной площадке. В общем, это был рай. Но Вы знаете, как они сказали. Неприятности в раю... Хирон сел в свое кресло-каталку, пока не стала видна только его лагерная футболка. Он вкатился в Большой дом вместе с Джейсоном на буксире.
Когда Джейсон вошёл, Аргус — чувак-серфер с сотней глаз и глава их службы безопасности — кивнул и закрыл за собой дверь. В голове Джейсона внезапно возник миллион вопросов, но Хирон по-прежнему не давал на них ответов. Сеймур — одушевлённая голова леопарда — хмыкнул в явном раздражении. Волоски на его шее встали дыбом, и Джейсон почувствовал то же самое. Хирон принялся яростно работать над подключением телевизора, стоявшего в углу комнаты, передвигая Atari и несколько рисунков мелками, которые сделала их младшая туристка, поскольку она была слишком мала, чтобы научиться бороться. — «Римляне, как вы знаете, были атакованы почти неделю назад теми же людьми, которые напали на Нью-Йорк», — принялся рассказывать Хирон, всё ещё подключая видеомагнитофон к телевизору. Они редко использовали телевизор для кабельного, так как в прошлом он будоражил монстров. Очевидно, сейчас стоило рискнуть. — «Точно. Это про парня, который спас Новый Рим? О том, который сбежал?» — предположил Джейсон. Хирон схватил пульт. — «Три героя, вернувшиеся из Нью-Йорка, утверждают, что не знали, кто он такой, но я уверен, что они не говорят нам всей правды. В любом случае, неважно, что они сказали. Но этот человек...» Он включил телевизор, и это уже было в новостях.
http://tl.rulate.ru/book/110324/4230966
Готово:
