Готовый перевод One Piece: So What If I Sin, Lie, and Lust? I'm Still a Good Marine / Ван Пис: Самый большой позор в истории Дозора: Глава 127: Академия, старт!

Сэнгоку и Зефир, источая мощную ауру, решительно вошли в военный госпиталь, приводя в трепет всех врачей и медсестер.

"Адмирал Сэнгоку и адмирал Зефир, и генерал-инспектор Цуру! Почему у них такие хмурые лица?"

"Неужели какое-то срочное дело?"

"Поистине, столпы правосудия, от одного их вида мурашки бегут!"

Врачи и медсестры перешептывались, с опаской косясь на двух вице-адмиралов и неспешно идущую следом Цуру.

Сэнгоку с Зефиром, миновав коридор, направились в палату повышенной комфортности. Но, сделав пару шагов, услышали доносящиеся оттуда раскаты смеха.

"Давайте, мясо жрите! Ха-ха-ха-ха!!"

"Старик, ты чего такой слабак?! Всего пару стаканчиков — и все!?"

"Пошел ты! Наливай!!"

"Токикаке, не жри все в одну харю!"

"Сакадзуки, вечно ты такой мрачный, никто у тебя тут долгов не требует!"

Сэнгоку, застыв у дверей, слушал этот гвалт. Его кулаки сжались сами собой, а лицо почернело.

Зефир и Цуру тоже, скривившись, переглянулись.

Банкет!?

Они их в Штаб на совещание вызвали, а те пирушку в палате устроили?!

Зефир с опаской покосился на Сэнгоку. Лоб адмирала покрывала сеть вздувшихся вен.

«Это Сэнгоку…» — Зефир замялся.

В этот миг из палаты донесся заплетающийся язык Драгона:

"Погодите, что-то у нас сегодня было запланировано… что-то такое…"

"Ага, — подтвердил Гарп, — точно что-то было… ну-ка, дай подумать…"

И через секунду:

"Да ладно, не вспомню, ха-ха-ха! Не важно, раз не помню, значит, фигня какая-то, ха-ха-ха!"

Бах!!

Сэнгоку, не в силах больше сдерживаться, с ноги вынес дверь.

"Вы тут, к морским чертям, что устроили?!"

И застыл на месте.

В палате повисла мертвая тишина.

Везде валялись бутылки, повсюду царил разгром.

Все как один застыли, ошарашенно глядя на разъяренного Сэнгоку.

Гарп с Драгоном, раскрасневшись от выпивки, обнимались, держа в руках то мясо, то бутылку.

Сакадзуки спокойно сидел, скрестив ноги, и, вооружившись ножом, жарил мясо на решетке над углями.

Борсалино, закинув ногу на ногу, сиял довольной ухмылкой, наблюдая за происходящим.

У Гион лицо было таким, будто она объелась лимонами.

А Токикаке все еще сжимал микрофон в руке, стоя у колонки и изображая из себя певца.

Мир замер.

Сэнгоку: …

Зефир: …

Цуру: …

И гости: …

"------ Вы, сволочи!!" — громовой рев Сэнгоку потряс весь госпиталь.

Несколько дней спустя.

"Ваше тело поразительно, коммодор. Вы крепкий как монстр", — блондинка с роскошными формами, доктор Мария, убирая медкарту, с нескрываемым восхищением смотрела на Дарена.

За всю свою практику она не видела столь быстрого выздоровления. Всего несколько дней — и от тяжелейших ран молодого коммодора не осталось и следа.

"Спасибо, доктор Мария", — Дарен, надевая новенькую форму, аккуратно застегивая пуговицы и скрывая свой дикий, истерзанный шрамами, торс, улыбнулся. — "Спасибо за заботу".

Мария, поймав его обаятельный взгляд, смущенно покраснела и покачала головой: "Н-не стоит… Коммодор Дарен, зовите меня просто Мария".

"Нет, мне больше нравится 'доктор Мария'", — он подмигнул.

Услышав это, Мария невольно вспомнила об их маленьких секретах, покраснев еще сильнее.

"Кхе-кхе…" — неуместный кашель разрушил романтику.

Мария обернулась и, увидев силуэт в дверях, сделала каменное лицо: "Лейтенант Токикаке".

У того дернулся уголок рта.

"До свидания, доктор", — Дарен с улыбкой помахал рукой, провожая блондинку, и, глядя на печального Токикаке, с усмешкой произнес: "Повысили, значит, майор? Поздравляю".

Токикаке недовольно на него зыркнул и плюхнулся на стул.

За участие в операциях против Бэрнди Ворлда и Роджера их с Гион повысили в звании. Хотя оба толком и пальцем не пошевелили.

"Вижу, ты тут неплохо устроился: все медсестры и доктора выстроились в очередь, чтобы поменять тебе повязки и осмотреть", — кисло заметил он.

Дарен, оглядев его синяки и ссадины, рассмеялся:

"Похоже, и ты время не терял".

Токикаке лишь фыркнул и, схватив корзину с фруктами, принялся жадно ее уплетать.

В тот день, когда их пиршество грубо прервал разъяренный Сэнгоку, все отделались выговором, обещав исправиться.

Ну а по правде говоря, единственным, кто по-настоящему пострадал, был Токикаке.

В конце концов, Гион — крестница Цуру, так что Сэнгоку не стал ее наказывать.

А Драгон, Гарп и прочие?

Да ну, эти засранцы даже на совет не пришли, какое им наказание?

"Готов?" — спросил Токикаке, жуя яблоко.

Дарен, поправляя галстук, снял с вешалки новый плащ Правосудия.

"Давно".

Свежий морской бриз лился в окно. Широкий плащ коммодора развевался за спиной, будто живое существо. Дарен излучал ауру непоколебимой власти.

Токикаке прищурился.

Ему казалось, или этот парень после битвы с Роджером стал еще сильнее?

«А говорили — тяжелейшие ранения…» — пробормотал он.

Дарен пропустил эти слова мимо ушей.

"Все уже собрались?"

Токикаке кивнул и встал.

"Ждут тебя".

Дарен, ухмыльнувшись, зажег сигару, в его глазах — дерзкие огоньки.

"В путь!"

"Академия офицеров — старт".

http://tl.rulate.ru/book/108591/4066871