Прежде чем Джастин успел ответить, Гарри поднял руки вверх в сдающемся жесте и повернулся к девушке: «Мадемуазель Делакур, я ценю ваше беспокойство о моем брате, но мы еще многого не знаем, и я могу заверить вас, что моего брата тренировали с тех пор, как он стал достаточно взрослым, чтобы держать палочку.
И хотя я не считаю его чемпионом, способным выиграть этот турнир, я не слишком беспокоюсь о его способности выжить в этом соревновании».
Виктор спросил: «А что насчет тебя? Ты сказал, что не участвовал. Стоит ли нам беспокоиться о тебе?»
Джастин фыркнул, и они оба вопросительно посмотрели на него, но он ничего не сказал, а Гарри лишь усмехнулся: «Я староста Хогвартса, так что, полагаю, я был одним из самых квалифицированных. Уверен, это будет интересное соревнование».
Джастин пробормотал что-то нелестное о своем брате, но покачал головой, когда он протянул руку: «ЭКСПЕКТО ПАРТОНУМ».
Появившись в полной телесной форме, олень заговорил: «Мама, Огненный кубок был подделан, и имя Гарри появилось так же, как и мое».
Олень лишь на мгновение посмотрел на Джастина, а затем взлетел через всю комнату и исчез. Гарри втайне аплодировал своему брату. Это было впечатляющее проявление магии, продемонстрировавшее старшим соперникам его силу, а также единственный повод для ревности Гарри во всей магии. Он, конечно, и сам мог наложить физический Патронус, но брат был ему не по зубам.
Не прошло и минуты, как в зал вошли судьи и профессора, и Дамблдор направился прямо к Джастину, но Гарри встал между ними: «Джастин даст магическую клятву, что он не вписывал никого из нас в это соревнование, и на этом всё закончится, Дамблдор».
Старик критически посмотрел на младшего и согласился с мнением старосты на этот год. Нечасто сотрудники не соглашались с его выбором старосты, но почти все профессора школы были согласны с тем, что Гарри Поттер - единственный человек для этой работы в этом году. Сам Дамблдор хотел выбрать Седрика Диггори, но его переубедили: «Мистер Поттер?»
Джастин вытащил свою палочку и молча поблагодарил брата за то, что тот встал между ним и остальными: «Клянусь своей магией, что я не помещал свое имя или имя Гарри Поттера в Огненный кубок. Я также не знаю, как это могло произойти и кто мог это сделать».
В конце Джастин без всякого заклинания вызвал на кончике своей палочки шар света, к большому удивлению Гарри. Он не знал, что его брат работает над невербальным заклинанием. Когда никто ничего не сказал, Гарри заговорил: «Мистер Крауч, не могли бы вы рассказать нам о нашем первом задании?»
Он не успел ничего сказать, как Каркаров заговорил: «Погодите-ка! То, что мальчик дал клятву, не отменяет того факта, что у Хогвартса теперь два чемпиона. Я требую, чтобы мы представили имена других наших студентов, чтобы у каждого из нас был дополнительный чемпион».
Крауч тут же возразил: «Мы не можем.
Огненный кубок погас. И он не возродится до тех пор, пока не будет проведено голосование по следующему турниру, подписанное министрами магии каждой страны».
Мадам Максим поднялась во весь свой внушительный рост, явно тоже разгневанная: «Тогда как мы сделаем это справедливым? Хогвардцы могут иметь двух чемпионов, а остальные - нет ?».
Начался спор, Гарри закатил глаза, но продолжал смотреть на каждого человека в комнате. Отныне каждый был для него подозреваемым. Он посмотрел на Игоря Каркарова, который был Пожирателем смерти во время последней войны. Он подумал о том, что тот мог сделать это, чтобы убить братьев Поттеров для своего хозяина, пытаясь добиться расположения и получить прощение за свои преступления в конце прошлой войны. Однако он отбросил эту идею, поскольку Сириус сказал ему, что этот человек - законченный трус, и он сомневался, что у негоне хватит ни мозгов, ни смелости на такое. Он почти сразу же выкинул французов из головы, зная, что они не захотят снижать свои шансы на победу больше, чем это необходимо. Он презирал своего отца, который теперь был главным аврором Департамента магического правопорядка, работу, которую Крауч потерял много лет назад. Бэгмен был идиотом, алкоголиком и азартным игроком. Он мог видеть, как он вписывал их имена, когда ставил на то, кто выйдет из игры. В большинстве профессоров Гарри сомневался, но Грюм, конечно, был большой проблемой. Новый профессор в этом году мог бы быть другим, но Грюм был старым преподавателем авроров его отца, так что это делало его маловероятным кандидатом.
http://tl.rulate.ru/book/107963/3976355
Готово:
