Когда Эдмунд вошел во двор, Радуга, строго говоря, уже почувствовала его присутствие. Еще когда Виола привела его сюда сегодня, Радуга ощутила в Эдмунде что-то необычное. Будучи разумным летающим мечом, Радуга могла уловить любые изменения в людях, даже самые неосязаемые.
Однако изначально Эдмунд очень хорошо скрывал себя, а доверие Виолы дало Радуге ложные впечатления. Но теперь, когда Эдмунд медленно раскрыл свою истинную личность, его аура распространилась по всему двору.
Радуга, свирепая и неумолимая, метнулась к голове Эдмунда, словно меч из другого мира. Эдмунд уже заметил убийственный умысел, исходящий от Радуги. Холодно фыркнув, он без особых усилий схватил ее за лезвие.
Радуга боролась в хватке Эдмунда, и воздух наполнился пронзительным звоном. Она хотела вырваться на свободу, но сила Эдмунда была подавляющей, лишая ее всякой власти.
Даже такое острое лезвие, как Радуга, не могло проткнуть ладонь Эдмунда. Наблюдая за дрожащей Радугой, Эдмунд рассматривал ее так, будто это была игрушка в его руке.
«Что? Хочешь передать что-то Дэвиду? Неужели ты действительно думаешь, что мир пустоши принадлежит ему?» — лицо Эдмунда становилось все более зловещим, по мере того как он говорил, и его аура усиливалась, влияя на окружающие горы, камни и деревья.
Затем на губах Эдмунда появилась ухмылка, и он приложил немного больше усилий. С резким звуком Радуга, твердая как камень, переломилась пополам. Разум внутри меча рассеялся, и он принял форму бронзовой статуэтки на дне курильницы.
Завершив это, Эдмунд почувствовал облегчение. Хотя он и не нанес Дэвиду серьезного вреда на этот раз, это послужило предупреждением. Его появление в человеческом обличье было напоминанием для Дэвида о том, что зергов нельзя недооценивать. Эдмунд считал, что если Дэвид будет обращаться с ними так же, как с парнями из племени Куи и Города тьмы, то глубоко ошибается.
Как самый могущественный зерг в мире пустоши, они обладали абсолютным господством над всем здесь. Так как же они могли терпеть правление людей?
Один из лучших генералов Эдмунда, Многоножки-демон-пожиратели, был убит Дэвидом. После этого он почувствовал амбиции Дэвида. Однако он был больше склонен играть с ним в долгую игру. Ибо подобные медленные мучения были настоящей агонией, делавшей жизнь невыносимой.
При этой мысли Эдмунд, король зергов, принявший человеческий облик, обладающий таинственной и грозной силой, превосходящей всех существ в мире пустоши, позволил себе слабо зловещую улыбку.
«Нехорошо!» — в Городе тьмы, внутри базы, Дэвид, медитировавший в уединении, внезапно открыл глаза и нахмурился.
Это напугало Виолу, которая находилась рядом с ним, и она тут же спросила: «Что-то произошло?»
Дэвид встал и вышел из базы. Он ничего не сказал, но вместо этого взмыл в небо и направился к двору. Наблюдая за направлением движения Дэвида, Виола сразу поняла, что он идет во двор. Однако в то же время она не могла не задаться вопросом. Не случилось ли чего во дворе? Нападают ли там зерги?»
Но когда Виола подумала о том, что днем, когда она провожала Эдмунда из двора, там было тихо и спокойно, и ничто не предвещало опасности, она подавила свои внутренние сомнения и тоже поспешила во двор.
Причиной того, что Дэвид действовал так внезапно, было то, что в мгновение ока он понял, что связь между ним и Радугой внезапно оборвалась. Это сразу же дало ему понять одну важную вещь: во дворе присутствовал враг.
Кажется, Радуга и Бернард тоже столкнулись с опасностью, что озадачило его еще больше. Ведь о существовании двора знало совсем немного людей, так откуда бы кому-то знать, как предпринять там какие-то действия?
Хотя Бернарда можно было не принимать во внимание, Радугу не стоило недооценивать. Теперь, когда связь между ним и Радугой была разорвана, это предполагало, что Радуга, возможно, утратила сознание, вернувшись к своей изначальной форме курильницы благовоний. Это означало, что сила противника, вероятно, превосходила силу большинства зомби, и у него могли быть связи с миром пустоши.
Это сразу же напомнило Дэвиду о Эдмунде, который непостижимым образом появился в миру пустоши днём, отчего на его лице отразилась серьёзность. За мгновение Дэвид оказался над двором. Он завис в пустоте, сперва осматривая окрестности двора. Всё, что он видел, — это спокойствие и густая ночь, отбрасывающая мирную ауру, из-за чего всё выглядело не иначе как в любой обычный день.
Затем Дэвид посмотрел вниз, к своим ногам. В комнате в восточной части двора ещё горел свет, и с этой точки обзора он не уловил никакого необычного запаха. В этот момент пришла и Виола, толкнув дверь и став в центре двора. Как и Дэвид, она ничего необычного не ощутила.
«По-настоящему мощный человек, он умудрился так искусно скрыть своё присутствие», — пробормотал Дэвид себе под нос. Он верил в связь между собой и Радугой, и поэтому был уверен, что во дворе случилось что-то неизвестное с неизвестным кукловодом в главной роли, который всё ещё где-то здесь прячется.
В мгновение Дэвид почувствовал, что столкнулся с врагом. Тогда он перевёл взгляд в сторону комнаты, где всё ещё горел свет. Это была комната Бернарда. Поставив ноги на землю, Дэвид не спеша направился к этой комнате, следом осторожно шла Виола, не издавая ни звука, пока они не дошли до двери. Дэвид без колебаний толкнул её.
«Скрип!» Деревянная дверь издала тяжёлый звук.
Внезапно изнутри вышел Бернард, держа в руке большой тесак, его взгляд был сосредоточен на двери. Когда он распознал личности двух гостей, удивление сразу же проступило на его лице.
«Так поздно... Что вас привело сюда?» Бернард поспешно положил тесак и с теплотой пригласил их в комнату. Девид краем глаза отметил, что аура Бернарда стала слегка враждебной, исходящий от него запах напоминал запах мокрых насекомых, ползающих по земле в дождливый день. Виола же, напротив, этой странности не заметила.
Зайдя в комнату, Виола спросила Бернарда: «Здесь ничего не произошло?»
Услышав вопрос Виолы, Бернард на мгновение замер, затем принял задумчивый вид и покачал головой, ответив: «Ничего! Я был здесь всё время, и ничего не произошло». Потом его взгляд непроизвольно скользнул в сторону Дэвида.
В этот момент Дэвид улыбнулся ему так, как обычно, на его лице не было никаких лишних выражений. «Ш-ш-ш!» В этот самый момент уши Дэвида пронзил резкий звук.
http://tl.rulate.ru/book/107682/3951264
Готово:
