Глава 14
Выносив в голове грандиозную идею, Сетсуна направился прямиком к Хашираме. Цель была амбициозной: научиться медицинским техникам, которые он не раз видел в исполнении главы Сенджу. Хаширама, как человек широкой души, был только рад. Учиха, который хочет лечить, а не калечить? Да еще и сам Сетсуна! Первый Хокаге с радостью ухватился за эту возможность. И хотя в глазах Сетсуны уже вращался Мангекё Шаринган, Хаширама нутром чуял: в этом парне нет ни грамма ненависти к Сенджу. Он действительно хотел строить Коноху вместе.
Без лишних проволочек Хаширама выдал ему клановый свиток с секретами ирьёниндзюцу. То, что произошло дальше, заставило бы любого медика подавиться завистью: Сетсуна разобрался в сложнейших техниках ровно за неделю.
Зачем ему это было нужно? О, у Сетсуны зрел масштабный проект. Больница клана Учиха.
Его логика опиралась на четыре железных столпа:
Пробуждение Шарингана. Чтобы глаза эволюционировали, нужен сильный эмоциональный стресс. Зачем ждать, пока кто-то из близких умрет на поле боя? Работа в госпитале, где каждый день балансируют на грани жизни и смерти, где кровь, страдания и человеческие трагедии — рутина, могла стать тем самым триггером. А там, глядишь, и до Мангекё недалеко, причем, возможно, с уникальными лечебными свойствами.
Интеграция с простым народом. Учиха — медики? Это в корне ломало бы стереотип о «кровожадных демонах». Леча гражданских, клан быстро заработал бы народную любовь и признание.
Задел на будущее. Сетсуна предвидел, что Тобирама попытается запереть Учих в Полиции Конохи. Больница давала клану альтернативу и показывала, что они годятся не только для патрулирования улиц и допросов.
Легальные исследования. Медицина требует изучения тел. Но одно дело — мясницкие эксперименты Данзо в подземельях, и совсем другое — официальная, легальная наука на благо всей деревни.
С этим бизнес-планом Сетсуна и пришел к Мадаре и старейшинам клана. Старики, предсказуемо, едва не поперхнулись чаем.
— Мы — гордые воины! — возмущались они, стуча клюками. — А ты предлагаешь нам бинты крутить да за больными ухаживать?!
Но Мадара лишь прищурился. Он почувствовал второе дно в словах юноши.
— В чем истинный смысл? — спросил Глaва клана, когда шум улегся.
И Сетсуна выложил карты на стол. Он напомнил о том, как мир видит Учих, и о том, чем на самом деле является их сила.
— Все считают нас кланом демонов, — тихо, но веско произнес он. — Но реальность такова, что Шаринган — это отражение глубочайшей любви. Взяв на себя роль целителей, мы докажем наше сострадание. Мы покажем, что нами движет любовь.
Он выдержал паузу и посмотрел прямо в глаза Мадаре.
— Вспомни, как ты впервые пробудил Мангекё. Смерть твоего отца на войне, так? Больница даст нашему следующему поколению возможность столкнуться с тяготами жизни и пробудить свои глаза, не теряя близких на бессмысленных бойнях.
Мадара задумался. В словах юноши сквозило пугающее, но совершенно гениальное понимание природы их клана. Смесь любопытства и осознания открывающихся перспектив заставила его кивнуть.
Получив добро, Сетсуна взялся за кадры. В первую очередь он сделал ставку на женщин клана — сказывалось влияние концепций из его прошлой жизни и понимание того, какую роль сыграет в будущем легендарная Цунаде. Он отбирал тех, у кого был идеальный контроль чакры, превращая их в высококлассных ирьёнинов.
Саму больницу Сетсуна спроектировал с размахом, разбив её на современные отделения:
Реанимация и неотложная помощь: Сюда планировалось доставлять тяжелораненых, тех, кто уже стоял одной рукой в могиле. Счет здесь шел на секунды.
Терапия: От банальной простуды до онкологии. Полноценная медицинская помощь для всех — от элитных Джонинов до обычных крестьян.
Исследовательский центр: Открытый для талантов из всех кланов. Здесь семьи могли официально пожертвовать ткани или тела погибших науке ради разработки новых методов лечения.
Когда проект был отшлифован до блеска, Сетсуна вынес его на суд глав остальных кланов: Сенджу, Чиноике, Шимура и Сарутоби. Идея грандиозного медицинского центра, стирающего клановые границы, многих заворожила.
Многих, но не Тобираму.
— Абсурд! — Его резкий голос разрезал повисшую в зале тишину. Напряжение мгновенно взлетело до потолка. Мадара и Изуна помрачнели, обменявшись тяжелыми взглядами. Но Сетсуна остался невозмутим. Он прекрасно понимал, откуда растут ноги у этой паранойи.
— Тобирама-сама, — спокойно начал Сетсуна, — я понимаю ваши опасения. Вы сомневаетесь, стоит ли доверять Учихам медицину. Но времена изменились. Мы хотим вкладывать свои силы в здоровье Конохи. Эта больница — шанс на объединение.
Но Тобирама был непреклонен. Он с пеленок воевал с Учихами и на своей шкуре испытал их силу. Шаринган, питающийся трагедиями — это обоюдоострый меч. Тобирама до одури боялся, что если Учихи-медики каждый день будут смотреть на смерть, то деревня получит армию нестабильных шиноби с Мангекё.
— У клана Сенджу врожденные таланты к исцелению, — сухо отрезал он, включив свой фирменный прагматизм. — Мой брат — лучший ирьёнин в мире. Позволить Учихам копаться в медицинских техниках — значит пойти на непредсказуемый риск. Безопасность деревни превыше всего.
http://tl.rulate.ru/book/106949/14535091
Готово:
