Глава 178 (180)
* * *
Кабинет Джеральда.
Поражённая Марин застыла у книжного шкафа.
Шкаф отъехал в сторону, открыв дверь, и Джеральд с самым невозмутимым видом вошёл внутрь и тут же вышел.
Что-то вроде тайной комнаты? Та самая, куда положено входить только главе рода!
Марин резко отвернулась и зажала ладонями глаза.
«Куплю глаза, которые этого не видели».º
º Корейский интернет-мем, идиома.
— Марин?
Поскольку она стояла к нему спиной, сзади послышался голос Джеральда.
— Лорд Джеральд, как вы можете вот так просто показывать мне такие вещи!
— Ты же от меня не уйдёшь.
Ответив так, словно это пустяк, он нежно обнял её сзади.
— Какая связь между этим и тем, что вы показываете мне это место?
Тепло, ощущиемое спиной, понемногу утишало испуг.
— Я уже открыл тайну рода невесте, так что показать комнату главы — это мелочи.
Как и предполагала, это была комната главы рода.
— Мне вообще можно это видеть? — с крошечной надеждой спросила Марин.
— Нельзя, — категорично ответил он.
— Так и знала!
Она снова подняла слегка опущенные руки и плотно закрыла глаза.
Он тихо рассмеялся, и смех отозвался у неё по спине.
— Ты всё равно станешь моей женой. Нет ничего, что я не мог бы тебе показать.
— Даже так…
— Это значит: тебе от меня уже никуда.
Голос, полный липкой одержимости, лениво скользнул по её уху.
Тяжёлый вздох вслед заставил Марин выпрямиться от странного ощущения.
— Вы ревнуете или соблазняете? Выберите одно из двух, определитесь.
Он, хмыкнув, отступил на шаг.
Только тогда Марин расслабила поясницу и обернулась.
— Вот дневник, которым ты интересовалась.
Она уставилась на тетрадь с сияющими глазами, но вдруг, поражённая внезапной мыслью, посмотрела на него с подозрением.
— И это мне смотреть нельзя, да?
— Это значит: тебе уже не вырваться.
Джеральд сам вложил тетрадь ей в руки, сжав ладони.
— Да-да.
«Всё равно уходить я не собираюсь, что спорить».
Марин опустилась с тетрадью на длинный диван.
— Двадцатый герцог, похоже, был человеком необычайно умным.
— Похоже на то, — согласился Джеральд, присев на край стола.
— Кроме книги “Откуда берутся монстры” он что-нибудь ещё писал?
— Больше книг нет, только этот дневник.
— Вот как.
Марин осторожно раскрыла страницу, отмеченную закладкой.
[На обратном пути в замок впервые в жизни встретил доселе невиданной красоты цветок.
Ростом почти до пояса, лепестки его сияли мягким многоцветным ореолом.
Подивившись, хотел сорвать, но тут же передо мной встал густой туман.
Яд.
В один миг исчез любой звук.
Изо всех сил ударил по цветку.
Стебель его был подобен стали.
Опасен, весьма опасен этот монстр.]
[Спустя неделю ко мне вернулся слух, радости моей не было предела.
Доныне не существовало в мире такого яда, что мог бы остановить тайну нашего рода.
Значит, монстр этот для нашего рода особенно опасен.
Я спросил совета у чудака с Севера.
Он прислал камень, что на сто лет запретит рост всякой растительности.
Закопаю этот северный камень в землю и не дам монстру-цветку распуститься на этих землях.]
Марин читала дневник с восхищением.
— Ого, так вот почему монстра не было столько лет, всё из-за камня, что прислали с Севера.
Её давно занимало, отчего столь опасного монстра прежде не водилось, если для Джеральда, щита Запада, он представлял такую угрозу. Оказалось, во всём стоит благодарить предусмотрительность 20 герцога.
Какой ум, даже о будущем подумал.
А чудак с Севера, видимо, был герцогом северных земель.
100 лет назад цветок-монстр был меньше, и яд его сходил сам, но самым страшным в этих цветах было то, что они эволюционируют.
— Марин.
— Да?
Она с трудом оторвалась от страниц.
— Я куда лучше.
Услышав его обиженный тон, Марин непонимающе наклонила голову.
— Не расслышала?
— Почему ты всегда пропускаешь главное? Я сказал: я способнее того двадцатого герцога.
Скрестив руки, Джеральд мрачно уставился на дневник.
Марин распахнула глаза и беззвучно шевельнула губами. Слова не сразу нашлись, уж очень это было абсурдно.
— Вы ведь помните, что он умер больше ста лет назад?
— И?
— И вы ревнуете к нему?
— Я? Ревную?
Он вскинул бровь.
Марин тихо смотрела на него некоторое время и вдруг рассмеялась.
«До чего же он мил».
Не верится, что когда-то она дрожала при одной встрече с ним от страха.
— Лорд Джеральд, вы — лучший.
Увидев, как у него дрогнули губы, она продолжила:
— Цветку-монстру нужно время, чтобы вырасти, так? Вот думаю, может, не стоило их всех уничтожать… хотя тогда было бы слишком опасно.
— Съезжу скоро посмотреть, насколько они выросли. Монстры живучи.
— Ещё бы. Они ведь со времён столетней давности.
Марин провела ладонью по дневнику, потом с тревогой взглянула на Джеральда.
— Будьте крайне осторожны. Кажется, способности у него с каждым разом эволюционируют.
— Не волнуйся.
Джеральд подошёл и крепко сжал её руку.
Она знала, насколько он силён, но стоило подумать о цветке-монстре, как становилось тревожно.
Марин помнила тот день, когда Джеральд в одиночку сражался ради неё.
Помнила тот полный беспомощности день, когда могла лишь желать ему безопасности, с трудом читая книгу.
Не могла забыть, даже если бы пыталась, как он, отравленный ядом, постепенно каменел. И от этого воспоминания не хотела его отпускать.
Но намерение Джеральда было непреклонным.
— Ради тебя и нашего ребёнка я готов на всё.
— Знаю. Но нет гарантий, что исследования обязательно увенчаются успехом, а ребёнка можно усыновить…
Раньше ребёнка хотела прежде всего она, а теперь роли будто поменялись.
Джеральд, видимо, тоже это почувствовал: улыбнувшись, вынул у неё из рук тетрадь и небрежно отшвырнул в сторону.
— Ах, это же важно.
— Ты важнее.
Подхватив Марин на руки и усадив к себе на колени, он нахмурился.
— Ты в последнее время плохо ешь? Почему не…
— Опять, опять! Сказала же, я уже не расту!
Марин закрыла уста великого ворчуна Джеральдаº собственными губами, перекрыв поток нотаций в зародыше.
º Полное шутливое прозвище звучит так: великий король демонов по ворчанию Джеральд (잔소리 대마왕 제럴드).
Как будто только этого и добивался, уголки его губ, соприкасающихся с её, слегка поползли вверх, но Марин, вскоре без остатка сдавшаяся, уже ничего не заметила.
* * *
После нескольких дождливых дней земля ещё не успела просохнуть, но небо было ясным от впервые за долгое время ярко светившегося солнца.
Женщина доила корову, когда увидела, как сын и дочь, держась за руки, тайком выбираются во двор.
— Рони! Мини! Куда это вы собрались?
Детки вздрогнули, словно их поймали с поличным, и оглянулись с хе-хе улыбками.
— Ты была здесь?
— Куда это мои проказники тайком намылились?
Из-за дождя ребятишки сидели взаперти, так что им не терпелось выйти наружу.
— На пустырь за деревней.
Женщина положила руки на пояс и строго сказала:
— Идите. Но в горы ни ногой. Ясно?
Рыжий лохматый Рони зажал уши ладонями и сильно закивал головой.
— А-а, да знаю я. Сколько можно повторять?
Женщина тяжко вздохнула, глядя на сына, пропускающего её слова мимо ушей.
О смерти Сэма детям пока не сказали. Оставалось лишь повторять: в горах водятся страшные волки, туда нельзя.
— Думаешь, я не знаю, как тебя тянет в горы? Там страш…
— Не пойду! Ни за что не пойду! Мини, пошли.
Рони оборвал мать на полуслове и подтолкнул младшую сестру.
— Угу! Мам, я с Рони!
— Хорошо. Только держись за руку брата крепче.
— Угу!
Две рыжие косички Мини весело подпрыгнули.
http://tl.rulate.ru/book/106834/9720527
Готово:
