Готовый перевод Immortality begins with the master of alchemy / Легенда о бессмертном алхимике: Глава 1106. Владыка Потока Расколотого Неба, Почтенный Владыка Ло Чэнь

Глава 1106. Владыка Потока Расколотого Неба, Почтенный Владыка Ло Чэнь

Остров Воробьиной Головы!

Первый и главный остров архипелага Летящей Ласточки.

Здесь был построен самый большой порт, и именно здесь всегда наблюдался наибольший поток людей.

Но сегодня на Острове Воробьиной Головы царила до странности мёртвая тишина.

Ни единой души, ни одного живого существа.

Множество кораблей, больших и малых, со спущенными парусами стояли в гавани.

Лишь одна фигура неподвижно застыла на пристани, со смешанными чувствами оглядываясь по сторонам.

Это место было его домом с самого детства, и хотя за сотни лет многое изменилось, оно всё ещё казалось знакомым.

В те времена он не пользовался уважением в клане и, чтобы отточить своё мастерство алхимии, часто приходил в порт подработать и заработать немного духовных камней.

Возможно, если бы так продолжалось всю жизнь, он смог бы стать искусным алхимиком первого, в лучшем случае — второго ранга.

Что до совершенствования, то он так и остался бы на стадии Закалки Ци.

Но всё изменилось с появлением наставника.

В те времена наставнику требовалось много помощников.

И низкоранговые алхимики, и ученики-истопники — чем больше, тем лучше.

Крупные кланы, желая угодить ему, отобрали и отправили к нему целую группу талантов. Его самого, как хорошо знающего лекарственные травы, тоже позвали.

С этого момента и началась его, Сюй Мусяня, настоящая удача.

Он стал неофициальным учеником Демонического Владыки Цинъяна, изучил его искусство алхимии, заслужил признание клана, женился на девушке из клана Сюй…

Но сильнее всего Сюй Мусяня тронул их давний разговор с Ло Чэнем на Острове Приглашения Луны.

Тогда он был всего лишь на седьмом уровне Закалки Ци. Осознав, что он, практик низкого уровня, живёт в праздности, в то время как его высокочтимый наставник ведёт аскетичный образ жизни, он невольно ощутил смятение и решил спросить у него совета.

Разговор начался с сурового выговора и упрёков в завышенных амбициях.

Но под конец наставник, казалось, что-то для себя решил и не стал его больше ругать.

Словно молчаливо признал, что у каждого свой путь и нельзя навязывать свою волю.

Лишь в самом конце наставник обронил фразу:

— Результат не важен. Путешествие в погоне за долголетием открывает куда более прекрасные пейзажи и куда более необъятные просторы.

Эти слова потрясли его до глубины души.

Возможно, ответы на все его сомнения скрывались в тех самых необъятных просторах.

После того как наставник покинул архипелаг Летящей Ласточки, он, полагаясь на упорное совершенствование и оставленную наставником пилюлю Формирования Основы, успешно совершил прорыв. Когда его дао-супруга скончалась от старости, Сюй Мусянь простился с госпожой Чэн Хайсинь и, следуя по стопам наставника, покинул архипелаг, отправившись в одинокое странствие по Северному Морю.

Незаметно пролетело более трёхсот лет.

Триста с лишним лет, сотни тысяч дней и ночей.

На него светил иной лунный свет, его обдувал то яростный, то нежный морской ветер.

Он познал коварство людских сердец и хитрость магических зверей, видел, как великие силы подавляют друг друга, как повелители Северного Моря сменяются один за другим, выходя на сцену и уходя с неё.

Он видел, как слабые борются за выживание, и слышал бессильные вздохи тех, чей жизненный срок подходил к концу.

Так, шаг за шагом, странствуя и сражаясь, благодаря нескольким счастливым случайностям, он, Сюй Мусянь, в конце концов достиг стадии Зарождения Души.

По пути он иногда слышал имя своего наставника, «Демонический Владыка Цинъян», но когда он пытался пойти по его следу, тот чаще всего исчезал без вести.

Даже Союз Десяти Тысяч Бессмертных канул в Лету.

После этого он перестал пытаться найти наставника.

В конце концов, он был всего лишь неофициальным учеником. Если судьба не сводила их, значит, так тому и быть.

Сегодня он вернулся на родину, чтобы защитить жену наставника во время её прорыва к стадии Зарождения Души. Этого было достаточно, чтобы отплатить за былую дружбу между учителем и учеником!

Внезапно!

Ветер ещё не подул, а паруса уже затрепетали.

Сердце Сюй Мусяня дрогнуло. Под шелест тысяч вздымающихся парусов он поднял голову и посмотрел вдаль.

Лазурный луч света внезапно возник вдали.

Там, где он пролетал, в лазурном небе оставался чёткий след, словно небо было разорвано его появлением.

Могущественная аура приближалась всё ближе.

Сердце Сюй Мусяня забилось как бешеное, а длинный меч в его руке невольно задрожал и загудел.

Домен Зарождённой Души мгновенно раскрылся!

Бум!

Владыка Потока Расколотого Неба резко остановился и, прищурив узкие глаза, посмотрел на мужчину в лазурных одеждах.

— Кто ты такой и зачем преграждаешь мне путь?

Сюй Мусянь со спокойным лицом ответил:

— Я Сюй Мусянь. Прошу вас, собрат-даос, остановитесь и не мешайте процессу прорыва на острове.

— Сюй Мусянь? — Владыка Потока нахмурился, словно где-то слышал это имя. Он уже давно хозяйничал в Северном Море и знал большинство практиков Зарождения Души, но этот человек был ему незнаком. Поразмыслив, он вдруг просиял. — Ты, случайно, не тот свободный практик, Наставник Тайбай, что изготовил пилюлю Тысячи Золотых для старого чудака Фэнчжана?

Сюй Мусянь кивнул:

— Это я.

Владыка Потока расхохотался:

— Пилюля Тысячи Золотых — это пилюля четвёртого ранга, редчайшая вещь! Именно благодаря ей старый чудак Фэнчжан смог прорваться на поздний этап Зарождения Души. Он даже заявил, что всякий, кто посмеет тебя тронуть, станет его врагом.

Сюй Мусянь с облегчением вздохнул.

После долгих лет войн в Северном Море, хоть высокоуровневые практики и умели выживать, многие из них всё же погибли.

В такой обстановке демонический путь постепенно набирал силу, а праведный приходил в упадок.

Но и среди праведников находились выдающиеся мастера, готовые идти против течения.

Старый чудак Фэнчжан был одним из них. Достигнув уровня Великого Практика, он взял под свою защиту целый регион.

У Сюй Мусяня были с ним неплохие отношения, и теперь, прикрывшись его именем, он надеялся отпугнуть Владыку Потока.

Однако не успел он обрадоваться, как лицо Владыки Потока резко изменилось.

— Другой, может, и оказал бы старому чудаку Фэнчжану услугу, но мы с ним давние враги. Так что, если уйдёшь с дороги — хорошо, а если нет — я не прочь разорвать тебя на куски!

Лицо Сюй Мусяня помрачнело:

— Владыка Потока, вы и впрямь хотите биться насмерть? Та, кто совершает прорыв, — жена моего наставника, а её дао-супруг — тоже весьма могущественный практик. Подумайте хорошенько: если мы сразимся, вы наживёте врага не только в моём лице, но и в лице собрата-даоса Фэнчжана, а также моего наставника!

Эти слова прозвучали весомо.

Старый чудак Фэнчжан был Великим Практиком, чья слава гремела по всему морю. Сюй Мусянь, известный как Наставник Тайбай, тоже начал обретать известность, и благодаря своему искусству алхимика четвёртого ранга завёл множество полезных знакомств. Если его наставник, как он утверждал, тоже был практиком Зарождения Души, то Владыке Потока действительно стоило хорошенько всё взвесить.

Владыка Потока моргнул и с любопытством спросил:

— И как же зовут твоего наставника?

Не успел Сюй Мусянь ответить, как небо над архипелагом Летящей Ласточки внезапно изменилось.

Сгустились тучи, засверкали молнии.

Небесное Бедствие явило себя!

Это зрелище говорило само за себя.

Фея Яоюэ, Чэн Хайсинь, преодолела все трудности, предшествующие прорыву, и теперь ей оставалось лишь выдержать громовое бедствие, чтобы стать истинным практиком Зарождения Души!

Увидев это, Владыка Потока просиял от радости и, уже не дожидаясь ответа Сюй Мусяня, ринулся вперёд.

Только что сформированная Зарождённая Душа была самым лакомым кусочком. Если поглотить её вместе с душой, можно было совершить огромный скачок и окончательно прорваться на поздний этап.

Более того, можно было даже опередить других и сформировать легендарный Изначальный Дух!

— Прочь с дороги! — взревел он и, превратившись в лазурный луч, устремился вперёд.

Сюй Мусянь, не уклоняясь, нанёс удар мечом.

Но разница в их уровнях совершенствования была подобна пропасти, а разница в силе — ещё более очевидной.

Владыка Потока лишь небрежно взмахнул рукой, развеяв сияние меча, и протянул ладонь, чтобы схватить Сюй Мусяня.

Его коронная техника — Божественный Коготь, Раскалывающий Небо!

Лицо Сюй Мусяня стало серьёзным. Рядом с ним появилось магическое сокровище, похожее на птичье гнездо.

Из гнезда вырвались потоки тёмного света, и бесчисленные огненные фениксы вылетели наружу, намертво блокируя Божественный Коготь.

— Гнездо Обитающего Феникса! Старый чудак Фэнчжан и впрямь щедр, раз одолжил тебе даже такой защитный истинный артефакт.

Несмотря на то что его коронный приём не сработал, Владыка Потока ничуть не растерялся.

— Этот артефакт может защитить тебя, но меня он не остановит!

Он пронзительно вскрикнул и, миновав Сюй Мусяня, на огромной скорости устремился к центру архипелага.

При виде этого глаза Сюй Мусяня налились кровью!

Значит, я всё-таки не смог?

Даже будучи готовым пожертвовать жизнью, я не смог задержать его и на мгновение?

Неужели жена наставника потерпит неудачу и умрёт у меня на глазах?

В его глазах всё вокруг, казалось, замедлилось.

Владыка Потока Расколотого Неба прочертил небо и издалека занёс свой коготь над озером Десяти Ли.

И в этот самый миг.

— Собрат-даос, прошу, остановитесь!

Прозвучал величественный, наполненный буддийской силой голос, окутавший Владыку Потока.

Из пустоты внезапно появились щупальца и намертво сковали Божественный Коготь, не давая ему продвинуться ни на дюйм!

— Кто это?! — вскричал Владыка Потока, одновременно удивлённый и разгневанный.

Его коронный приём дважды потерпел неудачу.

То, что он не сработал против Гнезда Обитающего Феникса, было понятно — это был защитный истинный артефакт старого чудака.

Но на этот раз его остановили обычной магической техникой.

Он поднял голову и увидел, как с неба медленно спускается иссохший, но благообразный лысый монах.

На шее у него висели чётки из черепов, а руки были сложены в буддийской печати.

Милосердие и величие, смешанные с явной злой волей — эти два совершенно разных качества слились в старике, создавая поистине демонический образ.

Владыка Потока узнал его с первого взгляда.

— Демон-монах Кун-чань!

Кун-чань слегка улыбнулся:

— Этот скромный монах приветствует вас.

Владыка Потока глубоко вздохнул:

— Зачем ты меня остановил? Здесь всего лишь прорывается какая-то человеческая девчонка. Неужели тебе, великому Императору Демонов, есть до этого дело? Или, может, она тебе приглянулась?

Кун-чань поспешно замахал руками, даже забыв про свою буддийскую печать.

— Что за вздор вы несёте, собрат-даос? Та, кто совершает прорыв, — дао-супруга моего господина.

Господина?

Владыка Потока опешил.

Великий Император Демонов, демон-монах Кун-чань, чьё имя сотни лет гремело по всему Северному Морю, обзавёлся хозяином? Что за существо могло заставить его так охотно подчиниться?

В его голове неотвратимо возникла мысль.

Практик Становления Бога!

И он сказал, что Фея Яоюэ — дао-супруга его господина?

Сопоставив это со словами Сюй Мусяня…

— И как же зовут вашего досточтимого господина? — с трудом выдавил Владыка Потока.

Кун-чань сложил ладони и с благоговением произнёс:

— Да будет вам известно, собрат-даос, что моего хозяина зовут Ло Чэнь.

Он не добавил никакого титула или прозвища. Одного лишь имени «Ло Чэнь» было достаточно, чтобы лицо Владыки Потока резко изменилось.

Свист!

Не раздумывая ни секунды, Владыка Потока превратился в лазурный луч и устремился прочь.

Кун-чань, увидев это, беспомощно улыбнулся.

— Я же сказал: «Прошу, остановитесь». Эти слова означают, что нельзя ни пройти, ни отступить. Так что оставайтесь!

Он щёлкнул пальцами, и всё вокруг окутал чёрный туман, в котором замелькали щупальца.

В тумане возникли два истинных артефакта: Утренний Колокол и Вечерний Барабан.

Щупальца ударяли по ним, и разносился могучий буддийский звук, сотрясающий душу.

С первого же удара он вложил всю свою силу, демонстрируя своё рвение.

Владыка Потока дрожал от страха, но на словах всё ещё храбрился.

— Старый плешивый осёл, ты и впрямь думаешь, что я тебя испугался?!

Над архипелагом Летящей Ласточки разразилась битва, сотрясающая небеса.

Однако, по какой-то неведомой причине, отголоски этой битвы, которые должны были бы опустошить весь регион, были сдержаны некой силой. Ударные волны не распространялись, и зона боя ограничивалась всего несколькими ли.

Такая странная ситуация не могла не вызывать удивления.

Сюй Мусянь, будучи практиком Зарождения Души, ощущал этот ужас ещё глубже.

Вмешался практик Становления Бога!

Он сглотнул и посмотрел туда, где появился Кун-чань, вспоминая его слова.

«Дао-супруга моего господина!»

«Неужели наставник вернулся?»

«Но его зовут Ло Чэнь, а не Ло Хай… Псевдоним?»

Пока он колебался, до него донёсся голос, переданный духовным сознанием:

«Иди сюда».

С растерянными мыслями Сюй Мусянь обогнул поле битвы демона и практика и, следуя зову, подлетел к утёсу на берегу моря.

Это был Утёс, Глядящий в Море!

На краю утёса, заложив руки за спину, стояла фигура. Хотя его аура несколько изменилась, лицо оставалось знакомым. Сюй Мусянь, узнав его, тут же с глухим стуком опустился на колени.

— Ученик Сюй Мусянь приветствует наставника!

Ло Чэнь слегка улыбнулся и лёгким движением руки поднял Сюй Мусяня на ноги.

Оглядев его с ног до головы, он с восхищением произнёс:

— Стадия Зарождения Души, неплохо, очень неплохо!

Действительно, неплохо!

За всю свою жизнь Ло Чэнь взял не так много учеников.

Настоящим, полноправным учеником был лишь Цюй Линцзюнь.

Но его первый ученик из-за своего духовного корня четырёх элементов всё ещё был на стадии Золотого Ядра, и неизвестно, когда сможет достичь Зарождения Души.

А вот два его неофициальных ученика — демон-практик Хуамэй с горы Цанъу и Сюй Мусянь из Северного Моря — один за другим достигли стадии Зарождения Души.

Как по-разному складывались их судьбы… это не могло не вызывать удивления.

Глаза Сюй Мусяня заблестели от слёз. Похвала Ло Чэня взволновала его до глубины души.

Он заикался, совсем не похожий на практика Зарождения Души, скорее, на робкого ребёнка. С виноватым видом он пробормотал:

— Наставник, вы слишком хвалите меня. У меня всё ещё много недостатков. Если бы вы сегодня не появились, я бы не смог защитить госпожу во время её прорыва.

Ло Чэнь усмехнулся:

— Это не твоя вина. Владыка Потока и впрямь силён. В былые времена, когда он был на третьем уровне Зарождения Души, трое практиков из Союза Праведного Пути Безбрежного Моря не смогли его остановить, а сейчас он уже на шестом. То, что ты смог выдержать один его удар на своём уровне, — уже большое достижение.

Сюй Мусянь кивнул. Для свободного практика, странствующего в одиночку, здраво оценивать свои силы — важнейшее качество.

Иначе можно погибнуть, так и не поняв где и как.

Он с надеждой посмотрел на Ло Чэня:

— Наставник, ваше настоящее имя — Ло Чэнь? Значит ли это, что вы и есть тот самый легендарный Мастер Пилюль из Восточной Пустоши, который одолел великого практика?

— Ты прав, — кивнул Ло Чэнь, а затем с удивлением спросил: — В Северном Море царит хаос, и новости сюда доходят с трудом, это я понимаю. Но разве Хайсинь не рассказала тебе обо мне?

— Госпожа ничего не говорила, — честно ответил Сюй Мусянь.

Ло Чэнь хмыкнул, поняв замысел Чэн Хайсинь.

Он уже давно рассказал ей о себе в общих чертах.

Она, вероятно, не стала говорить Сюй Мусяню, чтобы избежать лишних неприятностей.

Сюй Мусянь всё ещё не мог прийти в себя от шокирующей правды о том, что его наставник — это Ло Чэнь. Особенно его потрясло то, как Ло Чэнь незаметно ограничил поле боя двух могущественных практиков.

Это означало, что уровень совершенствования Ло Чэня полностью подавлял их.

Его наставник был уже не тем практиком Золотого Ядра, а великим мастером Становления Бога!

Пока он стоял в изумлении, Ло Чэнь тихо произнёс:

— Началось!

Последний шаг. Начался!

Над архипелагом Летящей Ласточки сгустились тёмные тучи, засверкали молнии.

Сила Небесного Бедствия уже достигла своего предела.

И в небе, неизвестно когда, появилась высокая фигура, готовая принять удар небесной мощи!

http://tl.rulate.ru/book/102421/19129404