Широ сжал челюсти и спросил: "В чем дело? Ты злишься и хочешь заставить меня замолчать?"
Артория, сжимая священный меч, решительно ответила: "Нет. Я совершила ошибку и беру на себя ответственность за это. Я не буду прятаться от правды, что бы ни говорили или ни делали другие. Принятие и исправление своих ошибок - причина, по которой я здесь. Нет ничего бесчестного в признании своих ошибок. Истинное бесчестье заключается в их отрицании и неспособности загладить свою вину ".
Она выглядела серьезной, когда продолжила: "Я принимаю свое наказание за свои ошибки. Поэтому не пытайся причинить еще больше боли другим. Ты тоже будешь привлечен к ответственности за свои действия ".
Эта львица-мать совершенно разгневана...
Широ горько рассмеялся. Та самая тактика, которая только что спасла ему жизнь, теперь превратилась в смертельную провокацию!
Артория и Диармуид, теперь известные как Сэйбер и Лансер, были полны решимости убить Широ. Широу понимал, что не может позволить себе разозлить их, независимо от того, кто из них это сделает. Он понимал, что один удар любого из них приведёт к его немедленной смерти.
«Благородный Фантазм: Бесконечный Клинок» был единственной надеждой на контратаку, но время его зарядки было слишком долгим, и он не мог ждать, пока оно полностью зарядится.
Итак, что же ему следует делать?
Артория устремила взгляд на Широ, её глаза горели жаждой убийства. От этого священный меч в её руке заострился и засиял холодным, леденящим светом.
«Ты хочешь лишить меня жизни? В первую ночь Войны Святого Грааля? У тебя есть такая возможность, это твой выбор. Но я не сдамся без боя. Помни, где-то поблизости всё ещё скрывается убийца!» — закричал Широ, подняв ладонь и направив три острых меча на журавля.
В этой ужасной ситуации единственным способом заставить их насторожиться и повысить свои шансы на выживание было раскрыть присутствие Ассасина. Однако Широ ещё не убедился, что Ассасин был тем, кого он помнил, или что они прятались на кране. Он мог только рискнуть, сделав всё, что в его силах, и положившись на судьбу.
Если он был прав, то Артория и Диармуид, которые уже выражали желание покончить с его жизнью, насторожатся и дадут ему шанс сбежать. Но если он ошибался, то путешествие Фудзимару Широ здесь и закончится.
"Бум!.."
Воздух наполнился звуками взрывов и рушащихся зданий, и сквозь туман можно было разглядеть убегающую фигуру. Пока все остальные слуги собрались в одном месте, этот человек скрывал своё присутствие, наблюдал за окрестностями и без труда уклонялся от атак Широ. Это мог быть только Убийца.
Убийца действительно скрывался поблизости!
Осознание этого заставило Арторию и остальных насторожиться.
Он правильно сыграл!
Спасибо! Убийца!
Как игрок, поставивший всё на один бросок костей, Широ почувствовал облегчение. Однако одного лишь обнаружения присутствия Убийцы было недостаточно, чтобы обеспечить его выживание. Он должен продолжать сражаться и стремиться к победе.
Ну же, мой обычный разум! Ну же, мой неуклюжий рот! Для меня это вопрос жизни и смерти!
«Ты понимаешь? Ты осознаёшь серьёзность ситуации? Убийца действительно здесь, и твой хозяин тоже. Ты хочешь победить меня? Убить меня? Тебя не беспокоит, что в процессе может погибнуть твой хозяин? Или ты считаешь, что у меня, как у заклинателя, нет средств защиты и меня можно легко убить? Подумай хорошенько, твой хозяин беспомощен перед Убийцей». Если я смогу задержать вас, ваш хозяин будет убит Ассасином, если вы не устраните меня вовремя.
— Ты несёшь всё это и при этом не можешь скрыть свою трусость? — Диармуид сердито посмотрел на Широ.
— Хорошо сказано! Я действительно напуган, и мои слова не могут скрыть мой страх. В конце концов, я заклинатель, и я не ровня тебе в ближнем бою. Но неужели ты действительно веришь, что можешь убить меня одним ударом? Думаешь, я не смогу тебя задержать? Я тоже легендарный герой из прошлого, спаситель народа, славная легенда! — Широ подавил свой внутренний страх и заговорил уверенно.
"Милорд..."
«Ваш господин? Начинающий маг из Часовой башни, противостоящий ассасину, оставившему след в истории? Вы действительно верите, что он способен выжить? Что ж, тогда — можете попробовать! Не вините меня за то, что я не предупредил вас: на этот раз материализовавшийся ассасин — не единое целое!» Широу встретился взглядом с Диармуидом, пока говорил.
Диармуид колебался, неуверенный.
Широ перевёл взгляд на Арторию и спросил: «Что скажешь, Король Рыцарей? Готов ли ты испытать меня и посмотреть, сможешь ли ты лишить меня жизни одним ударом? Готов ли ты отказаться от гомункула Эйнцберна, которого ты поклялся защищать?»
— Ты снова пытаешься это сделать? — Артория сердито посмотрела на Широ.
Широ ухмыльнулся: «Как заклинатель, я был бы глупцом, если бы вступил с тобой в ближний бой. Так скажи мне, Король Рыцарей, ты готов снова пренебречь своей клятвой? Или это потому, что гомункул, стоящий позади тебя, не является твоим истинным хозяином, и поэтому ты не испытываешь никаких сомнений?»
Рука Артории внезапно задрожала. Ирисвиль фон Эйнцберн, стоявшая позади неё, была потрясена и быстро прикрыла рот рукой.
Этого было достаточно, чтобы все поняли, что Широу говорит правду: истинным хозяином Артории был кто-то другой.
...
Подвал церкви
«Прошу прощения, учитель. Из-за неожиданного нападения Кастера личность Убийцы была раскрыта», — доложил Кирей, который прятался в подвале церкви, управляя устройством перед собой.
— Я вижу... Эта магия проекции, — спросил Токиоми.
«Да, заклинатель создал меч и быстро атаковал ассасина, как будто заранее знал о его присутствии», — доложил Кирей.
Получив эту информацию, Токиоми сделал собственную оценку: «Похоже, что Кастер также обладает Благородным Фантазмом или способностью, которая может рассеять маскировку Убийцы».
«Да, учитель. Кроме того, Кастер также раскрыл тот факт, что Убийца — это не единое целое, и использовал эту информацию, чтобы удержать других Слуг от нападения на него», — добавил Кирей.
— Действительно, это довольно опасно, — обеспокоенно вздохнул Токиоми.
— Есть ещё кое-что, учитель. Кастер заявил, что истинным хозяином Сейбер является не гомункулус Эйнцберн, — сообщил Кирей.
«Если утверждения Кастера верны, то, похоже, истинным хозяином Сэйбер должен быть Киритосугу, который женился на представительнице семьи Эйнцберн и лишён даже капли гордости истинного мага», — заявил Токиоми.
«Кирицугу...» — взгляд Кирей на мгновение метнулся вверх, прежде чем вернуться в прежнее спокойное состояние.
«Неплохо. Однако способности Кастера к сбору информации довольно пугающие, несмотря на то, что его хозяин — обычный мальчик. Возможно, он знает о нашем союзе, но пока не раскрывает его. Мы должны сделать так, чтобы он никогда этого не сделал, и устранить его как можно скорее», — проинструктировал Токиоми через устройство.
Кирей ответил спокойным, едва заметным кивком: «Да».
...
Склад в доке.
Широ пристально посмотрел на Арторию: «Этого человека зовут Киритсугу, не так ли? Печально известный убийца магов».
— Ты... Откуда ты знаешь? — Айрисвиль была ошеломлена этим откровением и чуть не выдала своё удивление, но её быстро перебила Артория. Несмотря на это, всем присутствующим стало ясно, что настоящим учителем Артории был кто-то другой, человек по имени Киритсугу.
— Послушайте, все вы, Слуги с хозяевами, эту проблему нельзя игнорировать, — воскликнул Широ, обводя взглядом собравшихся героев. — Диармуд, Искандар, ваши хозяева тоже в опасности! — Он говорил с убеждённостью: — На это поле боя проникло множество Убийц, а хозяин Короля Рыцарей — безжалостный маг-убийца! Вполне вероятно, что он уже нацелился на нынешних хозяев со снайперской винтовкой!
«Куда он целится? Там, что ли?» Широ посмотрел в ту сторону, откуда донёсся голос Кейнета. Кейнет презрительно фыркнул, выражая своё отвращение. Традиционные маги с глубоким презрением относились к современному оружию, считая его нарушением магического кодекса поведения.
— Или, может быть, там? — Широу перевёл взгляд на боевую колесницу, которая сдерживала Спартака, где находился Вейвер, спрятавшийся за Искандером. Он немного помедлил, прежде чем продолжить: — Может быть, он уже целится в голову этого молодого человека.
Вейвер сжался от страха, не желая испытать ужасное ощущение, когда тебя разрывает на куски.
— Или, может быть, я? — Широ указал на свою голову и воскликнул: — О, я забыл! Я — Слуга. Он нападает только на магов, которые служат хозяевам. В конце концов, он — убийца магов!
Вейвер съёжился ещё сильнее, испугавшись ещё больше. Тем временем лицо Айрисвил стало серьёзным. Широу перевёл взгляд на Арторию и Диармуида, яростно вопрошая их: «Вы готовы рискнуть? Вы, два благородных рыцаря? Вы нападёте на меня, и посмотрим, смогу ли я занять вас, пока убийца, скрывающийся среди нас, не убьёт вашего господина, человека, которого вы поклялись защищать?»
Голос Широ звучал взволнованно и вызывающе. «Это пари! Ставки просты. Если вы выиграете, я умру, но если выиграю я, то заберу тело вашего хозяина для вас! Итак, благородные рыцари, вы готовы принять участие в этой игре не на жизнь, а на смерть?» Адреналин бурлил в его крови, сердце бешено колотилось от волнения.
Другие Слуги считали, что Широ сошёл с ума, поставив на кон свою жизнь и сделав ставку на то, что Артория и Диармуд отступят, узнав, что Убийца убил их хозяина. Он рассчитывал, что их стремление к самосохранению перевесит их решимость добиться определённой победы.
Рыцари колебались, и у каждого из них были свои причины для участия в Войне Святого Грааля. Но независимо от причин, им нужно было, чтобы их хозяин был жив, чтобы они могли продолжать сражаться.
Артория на мгновение заколебалась, но затем её взгляд прояснился, и она приняла решение. Она заключила соглашение с человеком, стоявшим позади неё, и стала его рыцарем. Поле боя постоянно менялось, и она давно хотела отступить, но слова Широ заставили её задуматься. Пока человек, которому она поклялась защищать, был жив, она не сделала бы ничего, что могло бы поставить под угрозу её жизнь.
Диармуид серьёзно посмотрел на Широ: «Ты действительно презренный человек, который только и делает, что разбивает сердца других!»
«Это я-то презренный? А как же вы все? Запугиваете меня своими числами. Я заклинатель. Если хотите сражаться, то делайте это честно. Атакуйте мою мастерскую. Посмотрим, что сильнее: моя магия или ваши мечи и копья. Говорите о чести, нападая на меня толпой?» — Что это за честь такая? — раздражённо спросил Широ.
«Это война, это сражение, как его можно считать презренным? Если это считается презренным, то как можно вести войны?» — вмешался Искандар, заинтригованный разговором.
«Если это уже называется войной, то что отвратительного в средствах, которые я использую, король-завоеватель?» — спросил Широ у Искандера, оспаривая его утверждение.
«Если хочешь сражаться, то сражайся ножами и копьями! Победитель — победитель, проигравший — прах!» — Диармуид взял разговор в свои руки, сделав акцент на традиционном способе ведения боя.
«Это война, а не дуэль! То, что ты называешь «честной схваткой», — это просто использование моих слабостей! Война — это всегда использование сильных слабыми! Использовать свои сильные стороны, чтобы атаковать мои слабые места, и называть это «честной схваткой»? Это полная чушь!» — усмехнулся Широ.
Однако Широ не воспринял всерьёз спор с Диармуидом и остальными. Они были разными людьми, с разными характерами, способностями и условиями жизни, так как же их мысли могли быть одинаковыми?
В эпоху, когда всё на поле боя решала сила отдельных людей, для Артории и Диармуида было естественно придавать большое значение личному бою и считать смерть в бою почётной. Однако Широу, будучи современным человеком, не считал, что смерть — это возвращение домой; он просто хотел выжить.
Он хотел жить в этом мире!
Древние и современные, герои и простолюдины, необыкновенные и обычные — это совершенно разные группы, и вряд ли они смогут по-настоящему понять друг друга.
Широ заявил: «Теперь, когда мы все понимаем серьёзность ситуации, давайте мирно отступим сегодня вечером. В противном случае…»
Широ повернулся к Искандеру и спросил: «Король-завоеватель, сейчас шансы два к одному, и это вряд ли честный бой. Если они настаивают на сражении, не могли бы вы выпустить Берсерка и позволить ему сражаться на моей стороне?»
- Нет, - покачал головой Искандар.
Лицо Широ исказилось от разочарования, и он твёрдо спросил: «Что ты имеешь в виду? Ты собираешься пренебрегать правилами, которые сам для себя установил? Если так, то ты, Король-завоеватель, не более чем это!»
— Вовсе нет, — Искандер покачал головой с серьёзным выражением лица. — Я имею в виду, что если Король-Рыцарь захочет вмешаться, её противником буду я, Король-Завоеватель.
Тигриные глаза Искандера остановились на Диармуиде и Артории, и он твёрдо сказал: «Я, король-завоеватель, признаю и поддерживаю героическую битву своими законами. Если вы попытаетесь нарушить мои законы, вас ждёт наказание».
«Я тоже король, король-завоеватель, — заявила Артория, и её голубые глаза сверкнули, как у разъярённого льва. — Ваши законы не имеют надо мной власти. Но как рыцарь я связан собственным кодексом чести и рыцарства. Я не могу действовать вопреки этим принципам».
Она продолжила, и в её голосе звенела решимость. «Заклинатель, твоя война не похожа на мою. Я использую свой меч, чтобы разрушить твою самую сильную крепость, разрушить твою магическую защиту и пронзить твоё сердце и душу!»
«Законы Короля-завоевателя не могут сдерживать Короля-рыцаря, но её славы и убеждённости достаточно, чтобы доказать свою ценность. Она решила встретиться лицом к лицу с Кастером. А что насчёт тебя, Лансер? Король хочет услышать твоё решение». Взгляд Искандера переместился на Диармуида.
— Я согласен, — Диармуид пристально посмотрел на Широ, — дуэль рыцаря не должна быть запятнана. Я атакую в лоб, прорвусь в лоб, и моё копьё станет последним, что увидит Кастер.
— О? — переспросил Искандер. — Значит, господин, которому ты присягнул на верность, согласится с твоим решением?
— Конечно! — уверенно ответил Диармуид. — Мой господин — благородный человек, воплощающий славу, честь и все добродетели мира.
— Неужели? Надеюсь, вы не ошибаетесь. — Искандер погладил себя по подбородку, его серьёзное выражение лица исчезло, и он широко улыбнулся. — Если это так, то, поскольку все вы, герои, тоже беспокоитесь об Ассасине, лучше пока разойтись.
Артория вложила свой меч в ножны, чтобы показать свои намерения.
Диармуид спросил мнение Кейнета и, получив одобрительный ответ, тоже убрал копьё в ножны.
Широ вздохнул с облегчением, осознав, что первая ночь прошла без происшествий.
Наконец-то опасность миновала.
Однако,
"Подожди!.."
Голос Гильгамеша прогремел, привлекая всеобщее внимание. Его кроваво-красные глаза были прикованы к Широ, когда он заявил: «Моего слуги здесь нет, и нет нужды беспокоиться о полукровке. Как ты собираешься убедить меня, короля, не наказывать всех вас, полукровок, королевским наказанием?»
http://tl.rulate.ru/book/101921/5396436
Готово:
