Weirao

В первую очередь хочется отметить, что, доведись мне вешать жанры на эту работу, прежде всего была бы отмечена бытовая драма. Не что-то поэтичное, с убеганием в дождь, грустной музыкой на фоне и слезами, похожимы на росу, а исключительно примитивный, животный вой от безнадёги происходящего, где ты — не главный герой, а просто очередной винтик в машине человечества, от наличия которому всем не холодно и не жарко. 

Не буду подробно раскрывать детали сюжета, постараюсь лишь передать ощущение от него. Сюй Пин — человек во всех смыслах этого слова. И если вначале он предстаёт перед нами взрослым не по годам ребёнком, то с течением повествования и всеми неудачами, происходящими вокруг, все его мечты и стремления, вся ребячливость покрывается пылью. Он был вырощен с мыслью о том, что должен быть прежде всего старшим братом, и если поначалу сама идея инцеста была мне непонятна, то к третьей книге её наличие стало почти обязательным. Потому что... Разве у нашего героя в жизни есть что-то кроме брата? Что-то, что приносит радость? Что-то чисто его? Поддержка? Увы, он — неудачник, выброшенный на обочину жизни, и эта безнадёга тянется за его поломанной судьбой через всё произведение. 

Атмосфера приземленная настолько, насколько может быть. Она передаётся пейзажами. Запахами, шумом, ощущением жары (которое чаще всего сопровождает особенно невыносимые этапы), чёткой привязкой ко времени. У нас нет возможности помечтать, отойти от вымораживающей реальности, потому что та вечно цепляет нас крючками. И это тоже вносит свою лепту. Весьма значимую, если мне позволено так сказать. Сюй Пин ломается постепенно; с каждой новой главой происходящее вроде как становится капелькой более угнетающим, и последней тростинкой, переломившей верблюда, становится рак. Сцены рейтинга здесь не красивы, но прекрасно раскрывают тонкости восприятия братьями друг друга. Они такие же приземленные, как ободранные стулья в старом кафе или запах пота после тренировки. Живо показано аутичное поведение (а здесь наблюдается по большей мере оно), и ужасы, которые могут происходить в одной семье из-за рождения всего одного одарённого ребёнка. Атмосфера кризиса власти, повсеместных демонстраций и угнетения только подчёркивают столкновение архаичных устоев с жаждой перемен, но китайское общество архаично и закостенело, особенно в описанные года. Любое нарушение грозит обернуться статьёй. 

Это произведение логично, и очень. Оно хорошо написано, поднимает острые темы, но не с самой привычной нам стороны. Единственное, что вызывает вопросы — конец, связанный в том числе с появлением одного призрака прошлого. На фоне общей безнадёги такое почти что пришествие кажется... Несколько притянутым за уши? Будто бы отмытым? 

Подобной работе к лицу была бы более драматичная развязка.