"Ты чем сейчас занимаешься?"
Ее голос, низкий и угрожающий, поначалу не казался человеческим. Ые-Джин отпустила раму, шокированная до бесчувствия. От ужаса ноги подкосились, и она рухнула на пол. В кромешной тьме она различила приближающуюся фигуру.
"Э-э, ну..."
Фигура внезапно материализовалась перед Ые-Джин. "Я спросил, чем ты занимаешься," прозвучал голос.
Это был Чи Хё-Сон. Никакой мягкости, никакой улыбки. В темноте трудно было разглядеть его выражение, но лицо Хё-Сон, казалось, исказилось в гримасе, одновременно отвратительной и жуткой.
"Не хочешь ответить?" Хё-Сон протянул руку в сторону Ые-Джин.
Его рука, тонущая в тьме, походила на конечность демонического зверя. Ые-Джин чувствовала себя бессильной перед приближением этой чудовищной лапы. Рука, окрашенная в темноту, медленно потянулась к её щеке.
Хлопок.
В тот самый миг фигура, до этого единая, разделилась надвое, и протянутая рука остановилась.
Джозеф, незаметно подошедший к ним, схватил Хё-Сон за запястье и с улыбкой произнес: "О, мой друг, кажется, совершил большую ошибку".
"..."
Хё-Сон молча смотрел на Джозефа.
Продолжая говорить, Джозеф сказал: "Эта картина также глубоко тронула меня. Не правда ли, это сцена схождения Адоная с горящего куста? Изображение пламени такое реалистичное, что создаёт ощущение настоящего огня".
"Джозеф, ты..."
"Да, я тоже получил от тебя нагоняй в прошлый раз, когда попытался прикоснуться к этому произведению искусства. Когда я вижу эту картину, у меня возникает импульс прикоснуться к ней".
"Такого не было. Ты никогда не проявлял интереса к священным произведениям искусства".
"Хотя я знаю, что не обожгусь, я не могу удержаться от того, чтобы положить руку на пламя и надеяться, что обожгусь. Я словно мотылек. Разве не так, Отец Ые-Джин?" - Джозеф перевел взгляд на нее.
Даже в темноте взгляд Джозефа все равно светился. Свет исходил из его внутреннего безумия. Ые-Джин поднялась и кивнула.
"Да, я тронула ее, даже не осознавая этого..."
"Я понимаю, но все же, это картина другого человека. Не стоит её трогать".
"Простите".
"..."
Хё-Сон переводил взгляд с одного на другого. Джозеф легонько постучал Хё-Сон по плечу и сказал: "Мы пойдем. Не зря говорят: "Слишком много знать - себе дороже". Я приму твои слова к сведению. Они очень полезны. Теперь, Отец Ые-Джин, चलो जल्दी".
Попрощавшись, Джозеф быстро покинул дом Хё-Сон. Выйдя на улицу, оба молчали какое-то время. Они шли, словно убегая от дома Хё-Сон.
"Ты чувствовал запах?"
"..."
Ые-Джин кивнула на вопрос Джозефа. Он сделал то же самое.
"Жаль. Было бы лучше, если бы ты увидел неопровержимые доказательства".
"Но очевидно, что он подозрителен. Слишком много подозрительных моментов - запах, манера речи".
"Поэтому я планирую провести дополнительное расследование в отношении этого друга", сказал Джозеф, не меняя выражения лица. "Тебе лучше не участвовать в нем".
"...Что?" - Ые-Джин переспросила, сомневаясь, что правильно услышала.
Три долгих дня она помогала ему в расследовании, почти без сна. И вот, когда они сузили круг подозреваемых, ее, казалось, отбрасывают.
Джозеф опустил взгляд на землю. "Дополнительное расследование будет очень опасным. Это не простая операция, где нам нужно просто обезвредить демона или демонического зверя, неожиданно появившегося в центре города. Это операция, где нам нужно проникнуть в место, где рождаются демоны и демонические звери. В леопардовую берлогу, так сказать".
"Но я не хочу отставать. Неважно, как опасно, я—"
"Если нам удастся поймать сатаниста в этом деле, я позабочусь о том, чтобы тебя признали за твои заслуги. Тебе не о чем беспокоиться. Все еще хочешь участвовать в операции?"
Услышав это, Ые-Джин на мгновение задумалась. Получить награду за поимку сатаниста - хорошо, но получить награду за поимку сатаниста, не подвергаясь опасности - еще лучше.
" ...Я изначально знала, что это будет опасная работа. Даже если ты сейчас пытаешься меня напугать, я не отступлю".
"Тогда приходи ко мне в воскресенье. Я говорю о разрушенном соборе, где мы были в прошлый раз".
"Хорошо".
"Вместе отправимся. А пока отдыхай и расслабляйся".
Они разошлись. На лице Ые-Джин отражались напряжение и страх, а на лице Джозефа - странная печаль и ужас.
***
Щелчок.
Я надел часы на запястье Ю-Хён, затем развязал узлы, сковывавшие его ноги и шею.
Ю-Хён потянулся, наслаждаясь долгожданной свободой. Поглядев на часы, он сказал: "Что это? Следящее устройство?"
"Это следящее устройство и жучок".
Я равнодушно подтвердил правду. Считал, что будет эффективнее ограничить его действия, если я сообщу Ю-Хён истину, а не буду скрывать от него. Ю-Хён усмехнулся, словно ожидал этого.
"Я понимаю, зачем тебе следящее устройство, но жучок? Зачем тебе подслушивать?"
"Мне нужно знать, не произносишь ли ты лишнего".
"Часы дорогие, мне нравятся, но... если я сниму их или сломаю, разве это не будет бессмысленно?"
"Попробуй".
"Что?" - спросил Ю-Хён, озадаченный.
Пока я держал Ю-Хён в подземной часовне, я проводил над ним различные эксперименты. Я проверял как на него действуют заклинания. На него работали проклятие обморока и проклятие кошмара. Однако заклинания типа стирания памяти и опьянения не действовали. Когда я пытался их использовать, неизвестная мне сила атаковала меня.
Я указал на часы на запястье Ю-Хён: "Если любопытно, давай. Сними часы, сломай их, сделай все, что угодно".
Я выгравировал на его часах заклинания проклятия обморока, проклятия кошмара и стирания памяти. Если часы будут сняты, уничтожены или будет нажата кнопка на приемнике, который я получил от Джозефа, заклинания активируются.
Сначала проклятие обморока и проклятие кошмара усыпят Ю-Хён и погружат его в кошмарный сон. Затем заклинание стирания памяти сотрет память людей, окружающих Ю-Хён.
Если он скажет что-то странное или отправится в подозрительное место, я тут же нажму кнопку, чтобы усыпить его. С помощью следящего устройства я смогу найти его и убить. Таким образом, я смогу полностью контролировать Ю-Хён.
" ...Нет нужды специально для этого стараться. Хорошо. Все равно бессмысленно. Так ты меня отпускаешь? Наконец-то увижу солнце".
"Да", - ответил я и начал рисовать магический круг.
Ю-Хён увидел магический круг и воскликнул с удивлением: "Ты сказал, что меня отправишь! Эй, ты, сволочь, ты не это говорил раньше!"
"Если я отправлю тебя, пока ты в сознании, местоположение нашей подземной часовни может быть раскрыто".
"Эй, подожди минутку. Разве ты не можешь мне доверять? Я никому не говорил. Сколько раз мне нужно повторять—"
Пока он говорил, я завершил магический круг. Туман, струящийся из круга, окутал Ю-Хён. Он запоздало попытался прикрыть нос и рот, чтобы не вдыхать туман, но это оказалось бесполезно. Вудуистский туман было не так просто заблокировать.
"Когда ты откроешь глаза и проснешься, ты окажешься снаружи".
Бах.
Он быстро потерял сознание. Другие заклинания не действовали, но проклятие обморока работало безупречно. Я швырнул его в Пасть Ваала. Весь день я провел в подземной часовне, поэтому не знал, день сейчас или ночь, но когда я вышел, уже стемнело.
Я оставил его перед общежитием женского корпуса Флорентийской академии, которое называлось общежитие А. Если кто-нибудь найдет его раньше, чем он очнется, его ждет очень сложная ситуация.
Конечно, это уже не мои проблемы.
***
Ые-Джин пропустила воскресную мессу и отправилась в дом Джозефа, как они договорились. Однако, даже после того, как назначенное время прошло, Джозефа не было. Он не отвечал на телефон.
«Может, он сказал мне прийти к нему, а сам уже отправился на дополнительное расследование?»
В тот момент, когда она начала думать, что он ее предал, Джозеф появился в месте встречи. В левой руке он держал букет цветов.
"Прости, что опоздал. Утром я был на церемонии награждения, и все затянулось".
"А... теперь, когда ты упоминаешь, сегодня была церемония награждения".
Ые-Джин легко поняла ситуацию. Джозеф предсказал места, где появятся демоны и демонические звери, и разместил там выбранных им священнослужителей.
Благодаря этому, им удалось усмирить демонов и демонических зверей без больших потерь, и он получил сертификат благодарности за свою работу. Однако по какой-то причине у него не было сертификата, а только букет цветов.
"Но где сертификат? Почему у тебя только букет цветов?"
"Я попросил их отправить сертификат и все остальное в офис. Показалось, что они будут мешать расследованию".
"Но кажется, что букет будет мешать больше".
Выслушав слова Ые-Джин, Джозеф посмотрел на букет в своей руке.
"Ты права. Кажется, ты права. Может, выбросить его?"
"...Нет, теперь, когда я об этом думаю, жалко выбрасывать то, что тебе подарили".
"Пожалуй, ты права. Ну, сейчас не время для пустых разговоров. Давай поспешим". Джозеф ускорил шаг в направлении их цели.
Ые-Джин молча следовала за ним. Их целью был собор. Это было место, где Чи Хё-Сон служил почетным священником и проводил мессу каждое воскресенье. Они дождались, пока месса закончится и люди начнут покидать собор. Затем они тайком проникли внутрь. Они спрятались за заброшенной исповедальней в углу собора.
Их план состоял в том, чтобы следить за Хё-Сон.
"Но правда ли, что нам нужно следить за ним в воскресенье?" - шепнула Ые-Джин.
Наблюдая за Хё-Сон, который убирался в соборе возле сцены, Джозеф сказал: "Если у сатанистов есть сборище, то оно будет в воскресенье. Именно в это время священники наиболее уязвимы".
"..."
В конце концов, это означало, что Джозеф тоже не был полностью уверен. Ые-Джин с тревогой наблюдала за действиями Хё-Сон, испытывая легкое беспокойство. Она беспокоилась, что если они будут просто наблюдать без каких-либо существенных результатов еще один день, то ничего не добьются. Более того, казалось, что подглядывать за кем-то, прячась за исповедальней, греховно.
Чи Хё-Сон несколько минут бесцельно бродил по сцене. Периодически он открывал Священное Писание и читал, а также, казалось, готовился молиться. Затем он вдруг посмотрел на священную статую, расположенную позади собора. Огляделся, чтобы убедиться, что за ним никто не наблюдает, затем открыл дверь в углу собора и вошел внутрь.
"Куда он идет?"
"Я тоже не знаю. Подождем и посмотрим".
Прошептав эти слова друг другу, они терпеливо ждали, когда Хё-Сон появится снова.
Однако Хё-Сон не появился даже через несколько минут. Это было странно. Согласно расследованию Джозефа, после обычной мессы Хё-Сон либо отправлялся прямо домой, либо, если у него были планы, шел в другое место.
То, что там была комната отдыха за дверью, и он просто решил поспать, тоже было странно. Хё-Сон страдал бессонницей и даже ночью не мог нормально уснуть.
"Давайте войдем".
"Что? Войти куда?"
"Войти в эту дверь".
Джозеф указал пальцем на дверь, в которую вошел Хё-Сон. Ые-Джин колебалась и не могла сразу ответить на его слова. Так как она не знала, что находится за дверью, ей казалось, что войти туда опасно.
"Давайте..." - сказала она.
Однако именно потому, что они не знали, что находится за дверью, им и нужно было войти. Они бесшумно направились к двери.
Джозеф ловко открыл дверь, не издавая ни звука. За дверью находилась лестница, ведущая вниз. Пара спустилась по лестнице. Внизу была еще одна дверь, которая была плотно закрыта и не открывалась.
"Она заперта. Что делать?"
"Где есть воля, там есть путь".
Джозеф достал из кармана проволоку, ловко согнул ее и вставил в замочную скважину. Запертая дверь открылась так легко, что Ые-Джин была ошеломлена.
"..."
Если бы кто-нибудь увидел его, то подумал бы, что он не инквизитор, а хитрый вор. За запертой дверью находилась пещера. Внутри было так темно, что они не могли рассмотреть ничего дальше шага. Вдали едва виднелся слабый огонек. С первого взгляда свет казался точкой.
Они молча шли к свету. Он становился все ближе. И не успели они дойти до него, как одновременно остановились, словно окаменев.
"АУМ ШРИМ МАХА ЛАКШМИЕЙ СВАХА А-У-ММ──"
В конце пещеры находилась огромная открытая пещера. Она была похожа на площадку, вырытую в земле. В центре площадки горел огромный огонь.
Вокруг огня черной линией была нарисована окружность. Тринадцать женщин в непривычной одежде и Чи Хё-Сон кружились и танцевали по линии, скандируя непонятные и жуткие заклинания.
"Ух...!"
Е-Джин закрыла рот и нос, сдерживая подступающую тошноту. Оттуда, из этого места, исходил отвратительный запах черной магии, пробирающий до костей.
Тринадцать женщин, во главе с Джи Хе-Сон, танцевали в унисон с языками пламени. Их голоса, сливаясь в единый хор, создавали странный, пугающий звук.
Это был шабаш сатаны.
http://tl.rulate.ru/book/98113/4160660
Готово:
