Три дня назад Ин-А, попросив отпустить ее из школы пораньше, вернулась домой. Она проверила, остались ли на месте купленные накануне мороженое, одежда и всякие безделушки. Вряд ли они сами вдруг встали и ушли, но проверить все-таки стоило.
— Ну, ладно, — кивнула Ин-А, бормоча себе под нос.
К счастью, все было на месте. В последнее время она все чаще заговаривала сама с собой, не понимая, почему. Не переодеваясь в домашнюю одежду, Ин-А выскочила из дома и поймала такси.
— Восточный филиал, э-э…
— Филиал Восточного отделения Ордена Паладинов Сеула?
— Минутку, — Ин-А собиралась назвать адрес, но спохватилась и заглянула в телефон, проверяя сообщения. Хотя она перечитывала сообщение все выходные, на всякий случай решила пересмотреть его еще раз.
[Восточное отделение Ордена Паладинов Сеула, Отдел расследования пропавших без вести… В данный момент пропавшая Юн-А находится под защитой. Просим явиться 22 марта (понедельник)...]
Ин-А не могла заставить себя взглянуть на детали, где указывался номер этажа, на котором находился Отдел расследования пропавших без вести, или имена следователей, ведущих дело.
Вместо этого она сосредоточилась только на словах "Восточное отделение Ордена Паладинов Сеула" и "22 марта (понедельник)". Понедельник, 22 марта. Сегодня был этот день, и место встречи было тоже в Восточном отделении Ордена Паладинов Сеула. Ин-А кивнула.
— Да, пожалуйста, отвезти меня в Восточное отделение Ордена Паладинов Сеула.
Такси тронулось. Сильный запах освежителя воздуха заглушал стойкий запах сигарет, витавший в салоне. Ин-А терпеть не могла ни освежитель, ни сигареты. Чувствуя легкое головокружение от запахов, Ин-А открыла окно.
Ветер засвистел мимо, создавая оглушительный рев. Ее глаза не успевали за быстро меняющимся пейзажем за окном. Поскольку был обеденный час, на дорогах было пусто; автобусов и такси было едва видно.
…
Мир был так тих, что Ин-А казалось, будто она попала в пустое, безлюдное место. Знакомые пейзажи вдруг стали казаться ей чужими, и это вызывало у нее еще большее волнение.
— Пожалуйста, остановитесь здесь.
Они быстро добрались до места. Выйдя из такси, Ин-А глубоко вдохнула. Ей было трудно дышать, и ее слегка кружило. Она потрясла головой, пытаясь избавиться от запаха освежителя воздуха, но, конечно же, тщетно.
Здание Восточного отделения Ордена Паладинов Сеула вызывало трепет своими размерами. Хотя оно не было таким величественным, как здание F.A., оно казалось самым большим из всех отделений Ордена, которые она видела. Ин-А нервно сглотнула и направилась внутрь.
— Чем вы интересуетесь? — поинтересовался первый, кто встретил ее, — мужчина-паладин с недобрым выражением лица. Его тон соответствовал внешности, и казалось, что все его раздражало.
— Ну… я уже бывала здесь несколько раз. Моя сестра пропала, но на выходных мне позвонили. Сказали, что нашли ее… — Ин-А подняла телефон, показывая сообщение. Ее сердце бешено колотилось, от волнения или от предвкушения. Ей с трудом удавалось произносить короткие, обрывистые фразы, прерываемые стуком ее сердца. Голова у нее была забита мыслями, и, как следствие, речь стала невнятной.
— Ах, вы та самая студентка. Садитесь, пожалуйста, — равнодушно сказал паладин.
Ин-А послушно села и стала ждать. Хотя прошло всего несколько минут, ей казалось, что прошли часы и дни.
— Ин-А, правильно?
— Да? Ах, да.
— Для идентификации личности, пожалуйста, предъявите документ…
— Да, я взяла его. Вот. — В сообщении говорилось, что нужно взять с собой документ, поэтому Ин-А прихватила студенческий билет.
Паладин внимательно изучил документ, щурясь. Даже этот короткий промежуток времени казался Ин-А бесконечно долгим.
— Хорошо, следуйте за мной.
Вернув Ин-А ее документ, паладин направился к коридору. Ин-А торопливо шла за ним. Коридор казался пустым, так как там не было ничего. Местами с стен облупилась краска, создавая ощущение запустения. Воздух был сухой. Ин-А сдержала желание кашлянуть. Шаги палади впереди остановились перед дверью. Ин-А сглотнула, разглядев надпись на табличке.
— Э… Почему… допросная? — Она неуверенно моргнула, сбитая с толку.
— Ах, гостевая комната занята, так что у нас нет выбора… — Объяснение было неутешительным — гостевая комната была занята, и им пришлось использовать допросную комнату вместо нее. Паладин попросил прощения за неудобство. Ин-А, хотя и была недовольна, попыталась понять.
В конце концов, ей не придется там долго находиться. Она сразу же заберет сестру домой и устроит вечеринку с ее любимым тортом из мороженого и подарками. С этой мыслью больше не имело значения, комната это для допросов или для гостей.
Крик…
С мрачным скрипом дверь открылась, открывая взору внутреннее пространство камеры. Воодушевление и предвкушение заполнили ее до такой степени, что Ин-А казалось, будто она вот-вот лопнет. Мысль о том, что ей осталось сделать всего несколько шагов, чтобы увидеть сестру, заставила ее улыбнуться. Сердце билось так сильно, что ей казалось, будто оно вот-вот выскочит из груди. Глаза ее дрожали, как будто она была на грани слез, а в горле стоял ком.
Тук, тук.
С каждым шагом, который она делала, ее сердце стучало все громче.
— Это твоя сестра? — Паладин указал на ребенка, сидевшего в углу камеры.
Ребенок склонил голову, скрывая лицо. Ее руки и ноги были тонки как палочки, а волосы — угольно-черные.
— Подождите… я должна увидеть ее лицо… — Ребенок внезапно поднял голову.
Как и волосы, ее зрачки были черными, лишенными фокуса. Впалые, худые щеки словно подчеркивали резкие скулы и линию челюсти.
Шесть месяцев — это не такой короткий срок. Достаточно времени, чтобы произошли изменения — изменить форму лица, цвет волос и глаз. Достаточно времени, чтобы исчезла родинка, которая раньше находилась под губой, или переместилась на левую щеку. Несмотря на свои усилия сохранить оптимистичный взгляд, лицо Ин-А медленно окаменело.
— Н-нет. Это не она. Не может быть. Должна быть ошибка. Кажется, вы привели не того человека.
Девочка перед ней не была ее сестрой. Ин-А не могла найти в ней ни единого сходства с Юн-А. Паладин выглядел озадаченным и начал перебирать какие-то бумаги.
— Ошибка… Кажется, что-то не так. Простите, но вы не могли бы еще раз взглянуть…? — сказал паладин, его замешательство было очевидным.
— Нет, я вам говорю. Это не Юн-А.
— Можете проверить еще раз, чтобы убедиться? Ах… — Паладин бросил взгляд на Ин-А. По щекам Ин-А текли слезы. Это были не слезы радости, а отчаяния. Ее неистовое волнение и предвкушение разлетелись вдребезги, пронзив ее сердце до самых глубин.
— Это не она. Я вам говорю, это не она. Я бы никогда не перепутала лицо Юн-А. Я же вам сказала, что это не она… — продолжала Ин-А.
— Пожалуйста, успокойтесь немного, — неуклюже сказал паладин, почесывая затылок. Затем он вышел из комнаты и вернулся с другим паладином.
Двое паладинов перекинулись парой фраз перед Ин-А, но она не расслышала ни слова. Она была не в том состоянии, чтобы воспринимать какие-либо слова. Закончив разговор, паладина обратились к Ин-А с недоумевающим выражением.
Позже пришедший паладин бесцеремонно спросил: — Черт побери, почему вы говорите, что это не она? Вы уверены, что это не она? Вы хорошо ее рассмотрели?
… Ин-А смотрела на паладинов своими покрасневшими глазами.
Казалось, что ситуация просто бесила паладинов. Ин-А вспомнила свою последнюю неделю — как она волновалась и планировала, что делать, что есть и куда пойти, после того как увидит сестру. Она вспомнила, как проводила ночи без сна из-за волнения. Ей было трудно дышать, она чувствовала себя жалкой и глупой.
— Почему вы молчите? Вы уверены, что это не она? —
Хлоп.
Ин-А, которая в это время смотрела на паладинов сквозь красные, затуманенные слезами глаза, вдруг схватила одного из них за воротник. Паладин откинул голову назад в шоке.
— Ч-что происходит? Отпусти! Что ты делаешь…? ! —
— Я вам говорю, это не она! Сколько раз мне еще повторить…? Если бы следствие было проведено должным образом… ! — Голос Ин-А дрожал, она была на грани срыва.
Паладин сморщился от отвращения и отбросил руки Ин-А, которые сжимали его воротник.
— Если это не она, значит, это не она. К чему меня хватать? Э-э… Эй, отпусти ее от меня! — раздраженно скомандовал паладин своему младшему товарищу.
— Э-э, хорошо. Мисс Ин-А? Пойдемте со мной, — сказал младший паладин.
Ин-А пошла за ним, как будто ее тащили. Она была лишена сил не только в ногах, но и во всем теле. Она шла как по течению быстрого потока, не зная, куда ее несет.
Вскоре они оказались в кабинете психолога. Ин-А рухнула на стул, а паладин, сидевший напротив нее, начал говорить. Его слова не доходили до ее ушей.
Зззынь…
В ушах Ин-А звучал только сухой, тонкий звон. Ин-А только делала вид, что слушает, а паладин заговорил, как будто он воспользовался ее растерянностью как своим преимуществом.
— В последнее время количество добровольных исчезновений людей увеличилось из-за культа, и как правило, мы завершаем расследование пропавших без вести в течение шести месяцев. Мы ведем расследование уже около восьми месяцев, но ничего не нашли. Кажется…
Вкратце, Орден Паладинов сделал все, что было в их силах. Не было никаких доказательств того, что Юн-А похитили в "Церкви возрождения Вуду", и они должны были признать возможность того, что она сама присоединилась к культу. Поэтому дальнейшее расследование представлялось затруднительным. Ин-А ни кивала, ни качала головой. Она просто смотрела в пустоту. У нее даже не было сил говорить. Вот в кратце, что они должны были сказать.
Ин-А ни кивала, ни качала головой. Она просто смотрела в пустоту. У нее даже не было сил говорить. Она ушла из Ордена Паладинов, поймала такси, вернулась домой и легла спать.
— Ах… — Когда она проснулась и посмотрела на часы, было 8:00 утра. Она заснула вчера в 14:00, то есть спала целых восемнадцать часов.
У нее болела голова, и она чувствовала головокружение настолько сильное, что даже встать было трудно. У нее тошнило. Челюсть болела, видимо, из-за того, что она всю ночь скрежетала зубами.
— Алло… Преподаватель. Да. Я нездоровится. Пойду в больницу… Да.
Поскольку она опоздала бы на урок даже если бы сейчас же начала собираться, она решила пойти в больницу и взять академический отпуск. Она чувствовала себя слишком плохо, чтобы концентрироваться на уроках.
Голова у нее кружилась, а живот одновременно пустовал и тошнило. Она упала на кровать и снова попыталась уснуть.
Бип, бип, бип, бип… !
Но у нее в ушах зазвучал резкий звонок, разбудивший ее. Это была ее мама. Ин-А попыталась успокоить свои разболевшиеся внутренности, прочистила горло и ответила на звонок.
— Привет, мама.
— Ты в школе?
— Я сегодня отдыхаю, потому что плохо себя чувствую. У меня живот…
— Так. Тебе очень больно? Была в больнице?
— Нет, нет. Я пойду позже…
Ин-А посмотрела на часы. Было 16:00. Кажется, ей пора выходить, пока не стало слишком поздно.
— Ладно, я иду сейчас.
— Хорошо. Попей лекарство. Кстати, ты вчера была в Ордене? Как дела у Юн-А?
— Ах… Вчера, насчет этого. Не вчера, сегодня… Завтра. Они сказали, что я должна прийти завтра, — соврала Ин-А.
— Ну, удобно. Я и планировала завтра приехать. Я в последнее время занята, и мы с тобой не так часто виделись…
— О? Нет, не стоит. Тебе не нужно приходить, если ты занята.
— Я должна увидеть вас оба, даже если я занята. В какое время они тебе сказали прийти в отделение?
— Хм… Я не уверена. Может быть, в два, или… В три часа? Я не помню. Но, мам, не надейтесь. Паладин сказал, что это может быть не Юн-А.
Голос Ин-А определенно дрожал. Она не могла сказать правду и соврала. Ин-А чувствовала сильную боль, как будто ее сердце закаменело. Она сдерживала слезы.
— Что? Если они ее нашли, значит, нашли. Если нет, значит, нет. Из какого отделения они, с Восточного?
— Я не уверена. Я не помню. Если это она, я тебе позвоню завтра. freeweb(n)ovel
- Тебе не нужно брать все на себя… Хорошо, тогда я подумаю о визите, когда ты позвонишь. Обязательно пойди сегодня в больницу.
— Хорошо. Я… сейчас пойду в больницу. — Ин-А резко вскочила со стула.
Внезапно перед ее глазами потемнело. Желудочный сок подступил к горлу, и холодный пот скатывался по ее волосам. У нее заложило уши, а ноги слабели от усталости.
— Ин-А.
Ин-А собиралась положить трубку, когда ее остановил голос матери в телефоне.
— Да, что ты хотела сказать?
— Если ты хочешь увидеть меня или папу, дай нам знать. Мы приедем немедленно. Если что, дай нам знать?
— … Я поняла. Я уже не ребенок, мама. Серьезно, ничего страшного. Завтра мы сможем увидеть Юн-А. Ладно, я повешу трубку. Мне нужно срочно в больницу.
Ин-А быстро положила трубку. Она сильно хотела пить, поэтому достала из холодильника холодную воду и выпила ее в одно глоток. Вскоре ее вырвало.
Весенний ветер, проникающий в окно, был теплым, но ощущался ледяным, будто зимний. Ин-А обмоталась тремя слоями одежды, но все равно мерзла. Казалось, не температура воздуха, а собственная температура ее тела падала ниже нуля.
В больнице ей поставили диагноз – стрессовый гастрит.
Врач рекомендовал ей сегодня голодать, а завтра перейти на мягкую или жидкую пищу. Для облегчения боли ей провели слабое лечение магией исцеления и выписали лекарства.
– Поскольку боль только временно стихла, будьте осторожны с едой. К тому же, возможен рецидив, поэтому приблизительно три дня вам нужно соблюдать строгий постельный режим…
Магические исцеляющие заклинания, хоть и были так же эффективны, как хирургические операции, в случае с внутренними болезнями их действие было слабее. К тому же, боль не ушла полностью, поскольку это было слабое исцеляющее заклинание. Несмотря на то, что ей стало лучше, в желудке все еще ощущался дискомфорт и боль.
Вернувшись домой, она погрузилась в бесконечный цикл сна, питья воды и рвоты. Забыв купить кашу, она попыталась сварить ее сама, но и ее вырвало. И не только потому, что желудок был не в порядке, но и от отвратительного вкуса.
– Учитель, сегодня я…
– Мне очень жаль, но мне до сих пор не лучше…
Она взяла еще один день отпуска, а затем еще один, в общей сложности – два дня. Сун-У, Джун-Хёк и другие друзья присылали ей сообщения, но она не отвечала. Она даже не брала трубку.
Не было никакой конкретной причины. Ей просто не хотелось отвечать.
Большую часть времени она спала и почти не ела. Она планировала сварить кашу, когда появится время, но потом отбросила эту мысль, так как это казалось ей слишком мучительным.
«Какой смысл тратить время и силы на приготовление блюда, которое будет таким противным?» – думала она. Но не есть она тоже не могла, потому что голодала.
– …Хм, просто куплю. – В конце концов, она решила выйти из дома. Ее целью был продуктовый магазин, где она собиралась купить каши, возможно, на два дня. Судя по ее состоянию, ей не хотелось бы поправляться сегодня, и она чувствовала, что ей стоит поесть кашу как минимум два дня.
– А.
Стоя у входа в магазин, она наткнулась на Сун-У. Услышав ее неосознанный вздох, он посмотрел на нее с подозрением в глазах.
Ин-А инстинктивно развернулась, пытаясь убежать. Она боялась столкнуться с ним, особенно после того, как игнорировала его звонки, не говоря уже о том, что они поругались в понедельник.
Бах.
Она упала.
Встать она не могла не только из-за боли, но и из-за смущения. Думая, стоит ли ей притвориться мертвой, она услышала шаги, приближающиеся со стороны, и нежное прикосновение к плечу.
– Ты в порядке?
Смотреть на его лицо не нужно было. Она узнала его по голосу. Ей хотелось просто лежать и умереть. Ее лицо уже горело от стыда.
http://tl.rulate.ru/book/98113/4157609
Готово:
