«Нет, не может быть».
Человек, о котором он так говорил, была его семьей?
Я мгновенно отбросила худшее предположение, возникшее у меня в голове.
Когда на моем лице появилось беспокойство, горничная, наносившая масло на мою кожу, попыталась меня подбодрить:
— В-ваша светлость. Доставили сорочку, изготовленную по новому дизайну. Хотите увидеть ее?
Горничная вытащила сорочку и с лучезарной улыбкой протянула ее, чтобы я ее рассмотрела.
— Ее сделала Шарон, которая была личным дизайнером императорской семьи… Ах!
Однако ее улыбка не продержалась долго. Сорочка выскользнула из ее измазанных в масле рук и упала в ванну.
В ванной повисла тишина. Все уставились на покачивающуюся на воде ткань.
Побледневшая горничная задрожала, торопливо падая на пол.
— П-пожалуйста, спасите, ваша светлость!
Настроение быстро изменилось. Экономка вздохнула и одела меня в халат, который они подготовили на всякий случай.
— Я обучу эту девочку еще раз.
— Все в порядке. Она ведь не специально.
Иногда, когда вещи происходило что-то неуклюжее и поспешное, я думала о Ребекке. У нас была отработанная рутина, и подобные вещи никогда не происходили.
«Я хочу отдохнуть».
Обычно я бы подождала, пока мне принесут сорочку, но сегодня я устала и поскорее хотела вернуться в спальню.
— Охрана сейчас на этаже спален?
— Нет, я думаю, они уже приходили и недавно ушли.
— Хорошо. Тогда я буду в спальне. Вы можете прибраться здесь и принести сорочку туда.
Я не слушала протесты экономки, вышла из ванной и вернулась в спальню. Наконец оставшись в одиночестве, я протяжно выдохнула и плюхнулась на кровать.
«Сегодня так многое произошло».
К счастью эскорт, бывший со мной, и слуги смогли потушить небольшие возгорания, так что ничего страшного не произошло.
И Теодор сказал, что в церкви никого не было, когда он туда пришел, поэтому Далия тоже, должно быть, спаслась.
«Интересно, спокойно ли добралась до дома графиня».
Я видела, как она убегала, но не смогла убедиться в том, что она спаслась. Мне стоит послать ей письмо завтра. В любом случае сегодня она выжила, поэтому ей не придется становиться жертвой.
Я представила сценарий в своей голове.
Далию обвинят в том, что она была лидером язычников, будучи членом императорской семьи, и она предстанет перед судом. Если решат, что достоинство семьи правителей было унижено из-за принесенных в жертву рабов и простолюдинов из поверженного королевства, то любовь императора к дочери будет уже не так важна.
Графиня Вердикт предстанет в качестве свидетеля в этом странном суде, в которое сначала никто не поверит.
И никто не станет защищать Далию, когда ее изгонят. Затем, идеально будет найти способ снять проклятье Лапилеонов, добыв его у Далии угрозами или уговорами.
«Как только настанет завтрашний день, я пошлю графине Вердикт письмо».
Как только я удовлетворенно кивнула самой себе, я услышала стук в дверь. Разумеется я решила, что это была горничная, вернувшаяся после уборки в ванной.
— Принесла сорочку?
Когда я спокойно задала вопрос, глядя куда-то в сторону, я услышала чей-то низкий голос.
— Сорочку?
Вздрогнув, я быстро обернулась на кровати. Это был Теодор. Он был одет в халат и держал в одной руке бокал с алкоголем. Кажется, его кожа была немного мокрой.
— Эм…
Я быстро расправила свой халат, растрепавшийся после того, как я лежала на кровати. Теодор медленно повернул голову.
Внезапно атмосфера стала такой же неловкой, как и в ночь нашей свадьбы. Я провела рукой по волосам и придумала отговорку:
— М-моя сорочка намокла.
— Ох…
Когда я услышала его низкий глубокий голос, мое сердце начало биться быстрее.
— У м-меня был долгий день, так что я хотела в первую очередь вернуться в спальню и отдохнуть.
— День и правда был долгим…
Теодор кивнул и прочистил горло.
Не найдя, что еще сказать, мы затихли. Теодор отпил из своего стакана тихо сказал:
— Не волнуйся слишком сильно о словах сэра Фотчена.
— Прости?..
— Есть много людей, которые клянутся отомстить мне. Я имею в виду, что тебе не нужно беспокоится об этом, — спокойно объяснил он, отпивая алкоголь.
Затем он, должно быть, вспомнил что-то и нахмурился.
— Но звучало так, словно и правда тебе открывался…
— Думаешь? Я не заметила.
— Я понимаю. Я тоже так себя чувствую…
— Что?
Пробормотав эти слова себе под нос, Теодор поджал губы. Хоть он и сказал мне не волноваться, казалось, он был единственным, кто беспокоился.
Я улыбнулась и спокойно сказала:
— Думаю, Адеус просто испугался, потому что я почти пострадала и, наверное, говорил резче, чем мог бы…
Теодор не знал, что мать и сестра Адеуса умерли. Поэтому он наверное не понимал, что Адеус тогда говорил о своей семье.
Он сменил тему прежде, чем мы могли обсудить это в больших деталях.
— Ох! Тебя почти ударили кинжалом?
Как и ожидалось, Теодор подбежал ко мне с взволнованным лицом. Он поставил стакан и осмотрел меня.
— Дай я посмотрю. Ты в порядке? Ты уверена, что ран нет?
— Прости?
«Куда ты смотришь?!»
От неожиданности я затянула халат сильнее вокруг своего тела и затрясла головой. Теодор раздраженно смахнул свои черные волосы. Затем, словно обвиняя себя, он сказал:
— Мне стоило прибыть туда раньше… Нет, мне вообще не стоило позволять тебе пойти туда.
— Я пошла в церковь по своему желанию. Не пойми неправильно, Тео. Ты можешь дать мне выбор, но ты не можешь говорить мне, что делать. Даже если ты был рядом со мной, я все равно бы пошла. Потому что таков мой выбор.
— Но что если бы ты пострадала?
Теодор стиснул кулаки.
— Он прав. Я всегда опаздываю. Это просто слова, но я не могу сдержать ни одно из своих обещаний.
http://tl.rulate.ru/book/96885/3625174
Готово:
