Вступление
Четверг, девять тридцать утра.
На площадке нас ожидала группа автобусов. Они стояли на холостом ходу, испуская едва ощутимый запах выхлопных газов, а ученики тем временем неспешным шагом заходили внутрь.
За исключением тех, кто был на турнирах от своих клубов, для большинства второгодок, учитывая экзамен на необитаемом острове и школьную поездку, это уже третий выезд за год, — лагерь для всех трех параллелей.
Но нам заранее сообщили, что от прошлогоднего «смешанного» он будет отличаться значительно: формально это все еще лагерь, но его суть совсем иная. Поэтому и «специальный экзамен» к названию не добавили.
Непосредственно перед отправкой кое-что вызвало у меня вопросы, а именно число подготовленных автобусов. Как правило, на каждый класс отводится по одному автобусу, значит, для всех параллелей их должно быть двенадцать. А на площадке в этот раз их было девять. Тайна, впрочем, была разгадана почти сразу — в тот момент, когда ученики начали садиться в автобусы.
Третьегодкам выделили лишь один автобус. И с их параллели также собралось мало учеников, всего-навсего двадцать.
Я не увидел лица всех, поэтому сказать точно не могу, но, судя по всему, из третьегодок были отобраны по пять человек от каждого из четырех классов.
Когда нам дали указания сесть в автобус, отдельно упомянули, что порядка рассадки нет, и все могут садиться так, как захотят. Кей в тот же миг ухватилась за мою руку.
— Сядем вместе, Киётака.
Ловя на себе неодобрительные взгляды части парней, я ответил согласием, и, войдя в автобус, занял место у окна справа в третьем ряду. Кей пристроилась рядом.
— Не лучше было бы поехать в компании других девушек?
— Подсяду к ним на обратном пути. А сейчас могу и с тобой посидеть.
Большую часть свободного времени мы проводим вместе, и все же она захотела остаться рядом даже в автобусе. Не знаю, что в этом такого, но она радовалась больше обычного.
Когда все разместились, и подготовка в других автобусах также завершилась, к нам вошла Чабашира-сенсей.
— Напоминает прошлогодний лагерь. В тот раз мы тоже много о чем болтали.
— Да, есть такое.
С тех пор прошел целый год. Тогда мы даже не подозревали, насколько далеко зайдут наши отношения. И то же самое можно сказать про мои отношения с другими людьми, не только с Кей.
— А, точно! Только вчера узнала: мой любимый фильм скоро покажут в кинотеатре. Сходим на него?
Радостно прищурившись, Кей показала мне нечто похожее на постер этого фильма. Для нее это было частью очередного непринужденного разговора.
Однако меня зацепил один момент.
— Когда начнется его показ?
— Хм, когда? В анонсе вроде говорилось про весну.
— Хотелось бы узнать точную дату.
— М-м? Может помешать твоим делам? Ну-у давай посмотрим… А, вот.
Кей показала веб-сайт, где указывалась дата начала показа: двадцать шестое марта. Повезло, что до нового триместра — как раз на весенних каникулах.
— Хорошо. Сходим.
— Ура! Очень классный, думаю, тебе понравится, — улыбнулась Кей, но стоило ей взглянуть на меня, как выражение на ее лице застыло.
— Что?
— Н-нет, ничего, — ответила Кей, после чего отвела взгляд и, напевая что-то под нос, принялась тщательно изучать страницу с каким-то описанием — было похоже на схемы взаимоотношений между персонажами.
Между тем ученики разговорились и наслаждались пейзажем за окном.
С отъезда прошло минут двадцать, когда Чабашира-сенсей взяла в руки микрофон и окинула взглядом ребят.
— Пора бы уже, наверное, рассказать вам подробности лагеря. В школе вы уже услышали немногое, но было решено провести совместное для всех параллелей мероприятие с практическим обучением. Идти оно будет четыре дня и три ночи.
В такие моменты на лицах учеников проступает напряжение, однако никто из сидящих в автобусе не подает и признака какого бы то ни было беспокойства.
Настроение полностью отличалось от обычного: речь Чабаширы-сенсей слушали, наслаждаясь пейзажем за окном или же просто устроившись поудобнее в своих креслах. Ранее она уже предупреждала, что это будет не специальный экзамен, а всего лишь совместное мероприятие.
— Повторюсь, не надо думать, что это специальный экзамен. В этот раз не будет изменений в классных очках. Исключение также не грозит, если только не создаете проблем и не нарушаете школьного распорядка. Вы можете заработать приватные баллы в разных конкурсах и играх, но участие в них в основном добровольное.
Очевидно, почему Чабашира-сенсей еще раз это проговорила.
Ученики, проведя в «КоИку» довольно много времени, выработали повышенную настороженность. «Да, это назвали «совместным мероприятием», но все может быть не так просто», — подобные ничем не подкрепленные подозрения появляются уже в силу привычки.
Поэтому нам сообщили: это не специальный экзамен, классные очки не изменятся, наказаний в виде исключений можно не ждать. Это известие принесло спокойствие в сердца учеников.
— К сожалению, Ичихаши отсутствует по состоянию здоровья, но нет худа без добра.
В это время года простуда — довольно частое явление, и заболевших учеников оказалось на удивление много.
— Наверняка кто-то из вас уже заметил: хотя участвуют все три параллели, но от классов третьего года в этот раз отобрали по пять представителей. На то были разные причины, — вскользь коснулась Чабашира-сенсей, не вдаваясь в подробности. — Таким образом, вашей главной целью будет взаимодействие с учениками с первого года. Естественно, расплывчатые указания, вроде «подружитесь с ними», вряд ли приведут к чему-либо. Когда мы приедем в лагерь, три параллели поделятся на двадцать групп. Представители групп — двадцать учеников третьего года — после обсуждения уже распределили вас на основе списков.
То есть группы не будут формировать на месте. Составы известны, просто нам об этом пока не сказали.
— Сейчас я раздам списки групп, обязательно запомните, в какой состоите. Количество человек и соотношение парней к девушкам разнятся, но баланс параллелей и классов выдержан. Конкурсы и игры будут проходить в формате группа против группы.
Чабашира-сенсей передала распечатки впереди сидящим ученикам правого и левого рядов. Те, в свою очередь, брали причитающуюся им часть и передавали дальше.
— Помимо прочего, в этих распечатках указаны награды за игры и конкурсы и условия для их получения. Не забудьте ознакомиться.
— Это не экзамен, значит, можно не напрягаться, но приватные баллы все же хочется. А шансы на победу сильно зависят от того, в какую группу попадешь.
— Ага.
Вполне естественно надеяться, что в твоей группе будет много выдающихся учеников. Правда, пока неизвестно, какие навыки определяют исход сражений.
Сидящий спереди Хондо привстал со своего места и протянул нам оставшиеся распечатки. Кей взяла их и передала дальше.
— Вот бы оказаться вместе с тобой, Киётака.
Распечатки представляли собой пять страниц, скрепленных зажимом, на которых были перечни групповых мероприятий и наград за участие, а еще другая информация. На последней, пятой странице приведен список учеников.
Пролистав все, я заметил карту, сложенную пополам, размером в визитку.
Эти распечатки предназначались нашему классу, поэтому, к счастью, одноклассники для удобства были отмечены. Свое имя можно отыскать быстро.
Кроме того, в списке были приведены отсутствующие: двое со второго года — Ичихаши и Ичиносе, и целых четыре с первого, среди них оказался Ишигами. Пожалуй, его отсутствие по состоянию здоровья лишь совпадение, тем не менее мне все никак не выпадает возможность пересечься с ним.
— Я… в седьмой группе Танаки-семпая. Тебя в ней нет… Но с другой стороны…
Кей почти сразу нашла себя в списке и явно расстроилась, но при этом почему-то еще и вздохнула с облегчением.
— С другой стороны что?
— Девушки из одной группы будут делить общие комнаты. Как бы сказать, есть человек, с которым бы я не хотела оказаться вместе… И теперь даже рада, что ее нет.
В начале распечаток говорится не только про то, что в конкурсах участвуют группами, но и что группами мы будем жить: в общих комнатах, которые разделены по полу.
Вот почему Кей так отреагировала. Она не уточнила, кого имела в виду, но и так ясно, что Ичиносе. На последнем специальном экзамене она испугалась выбору себя в каждом раунде, хотя это и было частью стратегии.
— Нет, я не возненавидела Ичиносе-сан! Просто… знаешь… я немного побаиваюсь ее… — проронила Кей, пристально посмотрев на меня. — А еще она стала твоим близким другом. Слишком близким, что аж в голову лезет всякое, — негромко сказала она, чтобы никто больше не смог услышать.
— Все настолько сложно?
— Но согласись, вы могли оказаться в одной группе.
К моему удивлению, Ичиносе прочно обосновалась в мыслях Кей. В плохом смысле.
— Я в последней, двадцатой группе Кирюин-семпай.
Я пробежался глазами по списку: как говорила Чабашира-сенсей, соотношение парней к девушкам было выдержано постольку-поскольку. В основном в каждую группу входило по два представителя от класса, максимум — три, минимум — один. Равенство постарались соблюсти.
Однако кое-какой дисбаланс в группах, порождающий несправедливость, был. Ученики пока искали свои имена, поэтому его заметили лишь единицы, но вопросы рано или поздно появятся.
Кей не заметила, она отстраненно смотрела в список, сокрушаясь из-за того, что мы не оказались в одной группе.
Я решил еще раз пройтись по наградам, раздел с которыми был представлен в верхней части страницы.
***
Награда за место группы в рейтинге:
1-е место — тридцать тысяч приватных баллов на ученика.
2-е место — двадцать тысяч приватных баллов на ученика.
3-е место — десять тысяч приватных баллов на ученика.
4-10-е места — пять тысяч приватных баллов на ученика.
11-15-е места — три тысячи приватных баллов на ученика.
16-20-е места — тысяча приватных баллов на ученика.
※Полученные в ходе данного мероприятия приватные баллы нельзя перечислить.
※Использование ограничивается покупками в магазинах торгового центра Кёяки.
※Для получения награды необходимо выполнить условие накопительной карты.
***
Когда акцент делается на каждом ученике и это не специальный экзамен, большой награды ждать не приходится. И устроено все так, что баллы получит не конкретный класс.
Хотя, конечно, старшеклассники вряд ли откажутся от дополнительных тысячи или двух тысяч йен, и естественно, что они пожелают забраться в рейтинге повыше.
Баллы нельзя передать, потратить тоже можно не везде — это минусы, но есть и обратная сторона: ученик свободно распоряжается этими деньгами, а значит, не надо думать, надо ли откладывать или как их применить в стратегии.
Одноклассники еще какое-то время вчитывались в списки.
— Извините… Чабашира-сенсей, можно вопрос? — поднял руку Сонода, составивший общее представление о группах.
— Тебя что-то беспокоит?
— Да. Раз мы участвуем в играх и конкурсах в группах… будет ли это честно? Нет, я понимаю, равенство во всем обеспечить невозможно, но выходит как-то несбалансированно… Взять вот группу Нагумо-семпая.
— Показатели «ОИС» не учитывались при балансировке. Перекосы допустимы, даже значительные, — небрежно ответила Чабашира-сенсей.
— Ого, реально. Не слишком ли жесткая группа у Нагумо-семпая? — произнес Ике. Услышав вопрос, он бросился проверять список.
Нагумо, как всем известно, — бывший президент ученического совета и ученик, все оценки «ОИС» которого были A или A+. Однако больше всего поражает выдающийся состав группы.
***
Первый год обучения:
Класс A — Такахаши Осаму, Тодо Рин, Амасава Ичика.
Класс B — Хагивара Чихая, Фукучи Хинано.
Класс C — Намекава Азуки, Игучи Юри.
Класс D — Татеваки Аой, Осаки Ноа.
Второго года обучения:
Класс A — Санада Косей, Савада Ясуми.
Класс B — Хорикита Сузуне, Хирата Йоске.
Класс C — Канеда Сатору, Кацураги Кохей.
Класс D — Канзаки Рюджи.
***
Мало того, что все преуспевали в учебе, так у одних еще были отличные спортивные данные, другие могли точно следовать указаниям, а третьи — сплотить людей.
Смешать вместе можно и учеников с исключительными способностями, вроде Сакаянаги, Рьюена и Коенджи, но что из этого выйдет — никто не скажет.
Не из-за того ли группа Нагумо получилась такой универсальной?
Остальные группы просто меркли на ее фоне.
Те группы, куда входили Сакаянаги и Рьюен, еще имели шансы против сильнейшей, но большинству такое не под силу — их ждет неминуемое поражение. И уж тем более не стоит даже заикаться про победу в конкурсах и играх, в которых упор сделан на академические знания.
— Кому-то может показаться, что группы распределены несправедливо, но тут уж смиритесь. Это естественно, что выдающихся учеников собирают в устойчивую группу, — с суровым лицом ответила Чабашира-сенсей, одной рукой держа распечатки.
Задавший вопрос Сонода, увидев ее выражение лица, тут же съежился.
Аргумент был разумным, даже возразить нечем.
Учитель смягчилась и слегка улыбнулась: видимо, подумала, что слишком сильно запугала.
— Однако то, что они выдающиеся, не значит, что победить их невозможно. Особенно в нашем случае, — заверила она Соноду, что надежда есть. После вернулась к объяснению: — В ходе следующих трех дней будут проводиться конкурсы и игры по круговой системе. Группы соревнуются между собой один на один, однако схема не публикуется. Сами игры и конкурсы выбираются из списка случайным образом.
Чабашира-сенсей в устной форме разобрала правила, но в общем они выглядели так.
***
Совместное мероприятие: обзор практических конкурсов и игр.
Временные рамки: три дня.
Первый день — пять матчей, второй день — семь матчей, третий день — семь матчей.
※ Интервал между конкурсами и играми составляет тридцать минут.
Формат: круговая система для всех двадцати групп. Схема не раскрывается.
***
Правила:
Для каждого матча ученики с третьего года обучения отбирают из своих групп по пять участников.
Участниками могут быть выбраны только ученики первого и второго годов обучения.
Матчи проводятся один на один. Побеждает группа, участники которой выиграли три раза.
Все пять человек должны участвовать даже при условии неминуемого поражения.
Ученик может быть участником сколько угодно раз. Ученик может участвовать в любых конкурсах и играх более одного раза.
***
Конкурсы и игры: школа выбирает из списка случайным образом и сообщает по мере необходимости.
Условие победы в мероприятии: награда присуждается в зависимости от количества выигранных матчей.
※ В случае ничьей за третье место или выше проводится дополнительная конкурс или игра.
***
«Конкурсы и игры» как бы намекают на что-то легкое, незамысловатое. В принципе, так оно и было, судя по списку от школы. Тут есть характерные для лагерей «прессованная флористика» и «гончарное дело», требующие специфических навыков и чувство стиля, развлекательные игры, такие как «карты» и «Уно», а также спортивные, вроде «настольного тенниса». Разумеется, не обошлось и без тех, где нужно поработать головой, но они не так важны. В списке также значатся «икебана» и «бонсай».
Вот так смотришь и понимаешь: поистине занимательная подборка.
Более того, судя по правилам, можно попробовать себя во всех конкурсах и играх из списка в любое время, даже вне матча. И какое-то состязание также может выпасть два или даже три раза.
Подробные объяснения дали кое-что понять: нам надо взаимодействовать с кохаями следующие три дня. Мы будем вместе заниматься рукоделием, играть, состязаться за место в рейтинге групп и укреплять чувство товарищества.
Незаинтересованным ученикам рукоделие может показаться скучным занятием, но я, честно говоря, с нетерпением жду возможности попробовать.
— В выданных распечатках вложены накопительные карты. В них нужно проставить отметки, которые вы получаете за участие в разных практических занятиях в лагере. Заполнение карты — обязательно условие, если вы хотите получить награду, поэтому будьте внимательны.
Получается, этими картами нас побуждают к добровольному участию. Для них также предусмотрены маловажные правила: за один день можно получить лишь ограниченное количество отметок; отметки не выдаются за повторное участие в той же игре или конкурсе. Ну и еще несколько. В целом, правила очень простые.
Лично мне хочется попробовать все то, что обычно в нашей школе сделать нельзя.
Стоит только понять содержание, и становится очевидно: даже группы с низким общим показателем «ОИС» вполне могут преуспеть. С такими правилами, можно сказать, какой бы группе ни пришлось противостоять, шансы на победу будут.
— Думаю, вы уже осознали: зацикливаться на победе необязательно. Разумеется, вы можете стремиться к первому месту и работать сообща ради награды, но, как видно из разнообразия игр и конкурсов, основной упор делается на взаимодействие между вами посредством практических занятий. Также не возбраняется активное сотрудничество с другими группами для укрепления связей.
Как это было и на специальных экзаменах, школа разработала различные задания и правила к ним. Но впервые нам сказали: можете не стараться ради победы, можете проигрывать.
— Это что получается, правда можно выдохнуть? Даже за последнее место получишь тысячу йен.
Ознакомившись с деталями, Кей, как и многие ученики, пока что расслабилась.
— Похоже на то. В этот раз нам ничего не будет даже от проигрыша.
Одноклассники прослушали разъяснения, и установилась мирная атмосфера. Кто-то даже начал распевать песни.
— Пусть вам дана некоторая свобода, но не забывайте следовать установленному школой распорядку.
Предостережение слегка подпортило настрой.
Мы с Кей просмотрели указанный в распечатках распорядок.
***
Подъем: 07:00.
Отбой: 22:00.
Полуденный перерыв: 13:00-14:00.
Завтрак: 08:00-09:00.
Обед: 12:00-13:00.
Ужин: 19:00-20:00.
Ванные процедуры: 06:00-08:00; 20:00-22:00.
Совместное мероприятие:
Первая половина дня: 09:00-12:00.
Вторая половина дня: 14:00-18:00.
***
Всем свободным от мероприятия временем мы распоряжаемся как хотим. Грубо говоря, можно пропустить обед и немного поспать или с головой уйти в рукоделие — решать нам.
Лидеры групп должны выбирать участников, но отказаться вроде можно, так как наказаний не предусмотрено.
Нам сообщили, что прибудем ближе к полудню, поэтому в первый день план такой: по приезду собираемся в группы, затем идем на обед. Совместное мероприятие начнется во второй половине дня.
— Когда будете в лагере, постарайтесь не опозорить себя в глазах своих семпаев.
На этом инструктаж подошел к концу, Чабашира-сенсей выключила микрофон и заняла свое место.
Часть 1
Примерно через два часа дороги по шоссе за окном были видны лишь горы.
Автобус остановился на парковке перед зданием, и ученики начали покидать автобусы. Это не то место, где мы были в прошлом году.
Площадь перед входом, на которой выстроились автобусы, оказалась намного шире, чем я ожидал.
Само здание, где нас разместят, выполнено в духе старинного рёкана с богатой историей. Как объяснила школа, он был построен в период экономического пузыря и задумывался как многофункциональный гостиничный комплекс. Внутри есть различные учебные классы для практических занятий. Наверное, вот почему в списке так много игр и конкурсов практической направленности.
— Собирайтесь в группы, к которым вы были приписаны. Следующие три дня выполняйте указания лидеров и постарайтесь пообщаться и поладить со всеми.
Перед нами предстала двадцатка третьегодок, на которых возложены обязанности лидеров групп.
Мне на глаза попалась Кирюин: она стояла в спортивной куртке держа руки в карманах.
— Ну что, увидимся позже, Киётака.
Проводив взглядом с грустью удаляющуюся Кей, я подошел к Кирюин.
— На следующие три дня поступаю в твое распоряжение, Кирюин-семпай.
— Рассчитываю на тебя.
В двадцатой группе Кирюин было шестнадцать учеников с первой и второй параллелей.
***
Первый год обучения:
Класс A — Тоёхаши Гаро, Косуми Дан.
Класс B — Янаги Ясухиса, Эйкура Мами.
Класс C — Цубаки Сакурако, Шинтоку Таро.
Класс D — Обоката Коки, Джитте Мисора.
Второго года обучения:
Класс A — Хашимото Масаёши, Ямамура Мики, Моришита Ай.
Класс B — Аянокоджи Киётака, Нишимура Рюко.
Класс C — Ода Такуми, Шиина Хиёри.
Класс D — Хацукава Махо.
***
Плюс сам лидер группы, Кирюин.
Впечатление такое, будто у нас в равной степени представлены как ученики с хорошей физподготовкой, так и преуспевающие в учебе. Соблюсти такой баланс для битвы на равных было бы трудно, но вполне возможно на совместном мероприятии, основой которого стали игры и конкурсы.
Среди второгодок попалось довольно много знакомых ребят, что само собой, а вот из первогодок я не знал почти никого, кроме Цубаки. В этом смысле совместное мероприятие может оказаться полезным.
— Салют. Вот уж не думал, что попадем в одну группу, — непринужденно обратился ко мне Хашимото, когда ребята собрались.
— Согласен.
Мы вчетвером только недавно болтали о всяком разном, и теперь по странному стечению обстоятельств оказались в одной группе.
— Не знаю, плакать мне или смеяться. Хотя лучше бы я был вместе с тобой на каком-нибудь жестком специальном экзамене.
Похоже, он возлагает на меня большие надежды. Я еще ничего ему не обещал, но сейчас промолчу, пожалуй.
— Но спасибо уже за то, что на мероприятии за первые места можно получить нешуточные деньги. Первым делом хорошо бы обменяться контактами с первогодками. Я займусь чатом, позже приглашу тебя.
Честно говоря, он очень выручил: лично взял на себя довольно утомительную роль координатора, при этом его даже никто не просил.
— А твой контакт мне, возможно, придется удалить уже в следующем месяце…
— Э-эй, вот только не надо шутить как Моришита. Не смешно!
Не хочется признавать, но это и правда чем-то было похоже на стиль Моришиты. Неужели эта странная личность повлияла на меня неожиданным образом?
Пока я думал над этим, до моих ушей донесся нежный голос:
— Доброе утро, Аянокоджи-кун, — обратилась ко мне Хиёри, неспешно подошедшая к нашей группе.
— Доброе. Всецело полагаюсь на тебя, Хиёри. Мне стало спокойней при мысли о том, что ты будешь с нами.
— Взаимно. Когда узнала, что буду в одной группе с тобой, Аянокоджи-кун, мне даже полегчало.
Кажется, Хиёри бы с радостью принял кто угодно, в отличие от меня, однако мир, каким его видят со стороны, и мир, каким его видит сам человек, — полностью отличаются друг от друга.
Я искренне рад, что меня принял такой обнадеживающий друг.
— Также рассчитываю и на твою заботу, Хашимото-кун, — слегка поклонилась Хиёри.
— Милашкам я всегда рад! И все-таки, Аянокоджи, как же хорошо ты смотришься вместе с Шииной-чан.
— Что ты имеешь в виду?
— Не пойми неправильно, просто вы вдвоем смотритесь куда гармоничнее, чем с Каруизавой.
Наверное, это из-за общих увлечений, той же любви к книгам, которую не разделяет Кей. Однако не стоит всерьез воспринимать каждое слово Хашимото. Он сам уже потерял к нам интерес и переключился на собравшуюся группу.
Между тем Кирюин, и вовсе оставив нас, любовалась видом заснеженных гор. Должно быть, именно это и побудило Хашимото взять инициативу на себя.
— Та-ак, все собрались? А, нет, одного не хватает? Раз, два, три… — начал пересчитывать Хашимото собравшихся, — …пятнадцать, со мной шестнадцать. Ну точно одного не хватает.
Разве? Я думал, уже все в сборе. Неужели ошибся?
— Здесь все семнадцать! Вот Ямамура Мики.
— А, точняк. Получается, все в сборе… Прости, Ямамура, — Хашимото тут же поправил себя. Похоже, правда просто не заметил ее.
— Нет… Это ты меня извини, — виновато попросила прощения Ямамура. Непонятно только, почему, ведь это ее забыли посчитать.
Столкнулась с Кирюин, потому что та не заметила ее. В то время как Хашимото упустил ее из виду — неприметность Ямамуры все также дает о себе знать, однако в последнее время эта неприметность пугала.
Что было странным — хотя, возможно, это только со мной так — стоило лишь раз обратить на нее внимание, и она начинала выделяться тем сильнее, чем меньше ее замечали другие.
Я спросил у Хиёри про Ямамуру. По ее словам, они до сих пор толком не разговаривали, и она решила воспользоваться шансом и подойти к ней.
— Мы, похоже, со школьной поездки связаны самой судьбой.
— Д-да. Я надеюсь твою заботу… как и тогда.
— Взаимно, Ямамура-сан.
Хиёри ласково улыбнулась, на что Ямамура впала в ступор.
— А, д-да. Шиина-сан, так ведь?.. — зажато поприветствовала Ямамура. Она не находила себе места, словно ее что-то беспокоило.
— Что такое? Хочешь о чем-то меня спросить?
— А… Нет, просто… Ты совсем не такая, какой я себе представляла…
— Правда? — удивленно качнула головой Хиёри.
— Думала… ты более отстраненный человек… — тихо проронила она.
Должно быть, так показалось Ямамуре, наблюдавшей издалека.
Хотя отмечу: прежде и у меня складывалось такое впечатление. Но оно изменилось, стоило узнать Хиёри поближе.
— Извини, я… не очень умею общаться с людьми, возможно, могла чем-то задеть…
— Нет-нет, все в порядке. Со мной также, не умею общаться с людьми. Мы в одной лодке!
— Неужели?.. — отозвалась Ямамура. По глазам было видно, она не особо поверила.
— А что, непохоже? Ну это, думаю, заслуга Аянокоджи-куна.
— Аянокоджи-куна?..
Моя заслуга?
Мы с Ямамурой задались одним вопросом.
— Да. У меня плохо получается, но общаться с друзьями мне понравилось. Скорее всего, понравится общаться и с тобой, Ямамура-сан, — сказала Хиёри, взяв Ямамуру за руку.
Насчет меня она явно преувеличила. Будет здорово, если однажды Ямамура почувствует себя также.
Как бы то ни было, группа Кирюин собралась вся.
— Аянокоджи Киётака. Надеюсь, мы сработаемся.
Вот и Моришита — про речевой этикет не забывает, но обращается по полному имени и пренебрегает суффиксами.
— Взаимно.
— А ты… Э-э… Шиина Хиёри? Я Моришита Ай. Будем знакомы, — склонила она голову.
— Меня зовут Шиина. Приятно познакомиться, Моришита-сан.
Все второгодки, включая Ямамуру, обменялись краткими приветствиями. Затем мы поздоровались с первогодками, которые с явным напряжением столпились в одном месте.
Молча прождав, Кирюин повернулась к нам.
— С приветствиями вы, судя по всему, закончили, можно сходить и на обед. Давайте пока разойдемся.
— Подожди, пожалуйста, Кирюин-семпай. Не лучше ли пойти на обед всей группой, чтобы укрепить чувство общности? — тут же вмешался Хашимото, когда Кирюин сходу заявила о роспуске группы.
В наших условиях вариант не так уж плох. Если оглянуться, выясниться, что большинство сбились в группы и уходили вместе.
— Тогда оставляю это на тебя.
Кирюин согласилась с предложением Хашимото, однако в то же время дала понять, что присоединяться не планирует. После чего оставила группу и исчезла внутри здания.
— Блин, серьезно? Что нам за лидер попался? — разочарованно вздохнул Хашимото.
Лидер сначала выступила как лидер, а потом самоустранилась.
— Не обращайте на нее внимания. Лично я за то, чтобы пообедать всей группой, — поддержал я. Было бы жестоко оставлять принятие решений на одного только Хашимото.
— Пожалуй. Она ведь сказала, что оставляет на меня. Да и чего нам расходиться, верно?
Хашимото рассудил, что долгими раздумьями не успокоить сбитых с толку первогодок, и потому начал действовать. Среди них наверняка были те, кто глубоко внутри не горел желанием обедать вместе с семпаями, но мероприятие все-таки совместное. Возражать вряд ли кто станет, исключением стали бы ученики с причудами, вроде Хосена.
— Эй, постой! Коенджи!
В тот момент, когда Хашимото объяснялся с первогодками, другая группа столкнулась с проблемой. Судя по всему, Коенджи, попавший в шестую группу, не стал подчиняться указаниям лидера и самовольно покинул место сбора.
Первогодки выглядели растерянными — как же это было знакомо, — а второгодки просто молчали, так как привыкли. Разве что Инокашира из нашего класса показалась встревоженной, однако и ей ничего не оставалось, кроме как смотреть Коенджи вслед.
На мгновение наши взгляды пересеклись, однако она тут же повернулась к негодующему лидеру своей группы.
— Интересно, что это с Коенджи-куном? — проронила Хиёри, глядя на уходящего Коенджи. Видимо, не понимала, что к чему.
— Он всегда уходит в самоволку. Скорее всего, уже не вернется.
— Правда?
— Коенджи Рокуске — человек, который не способен действовать в группе. Мне это очень хорошо известно. Мои соболезнования, — пояснила Моришита.
Она сложила руки, словно в заупокойной молитве шестой группе, чья слаженность оказалась подорванной с самого начала.
— Аянокоджи Киётака, если бы вы были в одной группе, остановил бы своего одноклассника?
— Как раз потому что мы из одного класса, я точно знаю: пытаться остановить его — пустая трата времени, поэтому просто закрыл бы глаза.
Не так важно, в одной мы группе или нет. Он бы не был такой проблемой, если бы останавливался и слушал, когда к нему обращались.
— Ну что, первогодки согласны. Пойдем и мы? — скомандовал Хашимото, и наша двадцатая группа отправилась без своего лидера.
Войдя в здание не снимая обуви, мы почувствовали легкий запах сырости. Возможно, сейчас это место не особо используется.
Ученики выстроились друг за другом и направились в столовую.
Без лидера организация группы неизбежно ляжет на плечи Хашимото.
Оживленная трапеза проходила за разговорами, инициатором которых выступил он же. Он вовлекал в беседу стесняющихся и немногословных первогодок, но не превращал все в откровенный хаос.
Честно говоря, он был настоящим спасителем для людей вроде меня, которые чаще слушают, чем говорят.
— Извини… Хашимото-семпай. В правилах мероприятия написано, но все же… Нам же не нужно для игр и конкурсов собираться в полном составе?
— Да. Участвуют максимум пятеро, а одного человека можно задействовать несколько раз. Щадящие правила, я так скажу.
Достаточно, чтобы в назначенное время пришло лишь необходимое число участников плюс лидер группы.
— Кирюин-семпай, я так смотрю, не особо заботит совместное мероприятие. Думаю, и мы тоже можем чуть расслабиться… Но она могла хотя бы в общих чертах обрисовать стратегию.
Участников выбирает лидер, и Кирюин по задумке должна принимать решения после того, как станет известна игра или конкурс. Хашимото обеспокоило то, что она даже не спросила, кто в каких областях силен.
— Как бы то ни было, нам остается просто стараться.
— Но ведь Кирюин-семпай человек неординарный. А вдруг она уже знает о нас все? — спросила Джитте, ученица класса 1-D.
О способностях Кирюин могли знать даже те, кто с ней ни разу не пересекался.
— Вряд ли. Откуда ей знать, кто из нас хорош в прессовании цветов? — возразил Хашимото.
Он прав. Из присутствующих сейчас никто не знал сильные и слабые стороны друг друга.
— Для этого я и предложил пообедать вместе. Давайте оценим по пятибалльной шкале, насколько каждый уверен в своих силах в играх и конкурсах, указанных в распечатках. Единица — «уверенности нет».
Идея простая, однако по-хорошему реализовать ее должен был лидер.
Ребята достали телефоны и проставили оценки для всех игр и конкурсов.
Проблема состояла в разнообразии специфических занятий.
Для тех, в которых опыта у тебя нет, в основном проставлялась единица, максимум двойка — это если человек считал, что может справиться.
Более того, у нас не было возможности заблаговременно попрактиковаться в большей части представленного.
Прикладное искусство без подготовки было особенно сложным.
За обедом все сидели с телефонами в руках. А сделать предстояло много, так что кто-то даже закончит лишь к концу обеда. Но это позволит собрать примерную информацию по каждому участнику группы. А созданный Хашимото групповой чат сделает ее открытой для всех.
— Плохи наши дела… — высказался Хашимото.
Произошло то, чего он опасался: большинство учеников присвоили играм и конкурсам единицы и двойки, а четверки или пятерки почти не попадались.
Казалось, Хашимото потерял всякую надежду на победу.
— Может, просто забыть о самом мероприятии и повеселиться?
Но пока рано такое решать. Наверняка то же самое происходит и в других группах.
— Сомневаюсь, что многие возьмутся за дело всерьез… Ладно, передадим информацию Кирюин-семпай и подождем от нее общий план действий, все равно другого пока не остается.
В конце концов в этом же и заключалась суть совместного мероприятия.
Если Кирюин будет мотивирована, кохаи последуют примеру. А если ей все равно, будем выступать для галочки и просто отдыхать в гостинице.
Лично мне бы хотелось спокойного времяпрепровождения.
Часть 2
Закончив обед, я взял телефон и открыл пришедшее от одного человека сообщение, после чего встал со своего места.
На часах около часа дня. До сегодняшнего матча, который станет нашим первым боем, есть еще примерно час.
— Извини, но мне нужно отойти. Встретимся в общей комнате?
— Идет. А я пока возьму первогодок, и попробуем какие-нибудь практические.
Я был признателен Хашимото за то, что он взял на себя столь хлопотную ответственность семпая. Между делом я направился в сторону комнаты отдыха.
Вскоре я прибыл на место, а позвавший меня человек сидел на двухместном диване, со скукой глядя на пейзаж за окном. Тут был еще кое-кто: она стоя поглядывала в окно. На случайную встречу непохоже.
— Какое-то дело ко мне, Нагумо-семпай?
— Дело? Ну так, разговор есть.
С этими словами он жестом показал мне подойти. Я послушно сел на пустующий диван. Тогда-то Асахина и повернулась ко мне.
— Приветик, Аянокоджи-кун.
Она отошла от окна, подвинула Нагумо в правый конец дивана и села рядом с ним.
— Все думал, что же за специальный экзамен будет, а это оказалось всего-навсего совместное мероприятие. Честно говоря, я разочарован.
Мы только встретились, и первым делом он решил высказать мне свое разочарование лагерем.
— Мне как всегда не везет, — посетовал Нагумо с едва заметной улыбкой, покачивая головой. — Ты ведь тоже так считаешь?
Он положил локоть на подлокотник и подпер рукой щеку.
— Конечно, в этот раз масштаб куда меньше прошлогоднего Смешанного тренировочного лагеря. Должно быть, именно поэтому его позиционируют как простое совместное мероприятие, а не как специальный экзамен.
В прошлогоднем был риск исключения, в этом году даже штрафов не предусмотрели. Я мог понять уныние Нагумо.
— Но, Мияби, ты же должен был это понимать. Учитывая, в какое время решили провести лагерь.
— Ну, тоже верно…
Асахина говорила о том, что сложно представить, будто в феврале проводят сложный специальный экзамен с привлечением всех параллелей.
— И без всех третьегодок, как это было в прошлогоднем лагере, провести такой экзамен практически невозможно, — проронил я.
Нагумо признал это:
— Многие из нас, третьегодок, сдают в это время экзамены или заняты поиском работы. Поехать в лагерь смогли лишь те, кто определился со своим будущим и может не переживать за себя. Но большинство наверняка будет дорожить каждой секундой, сколько баллов ты им ни предлагай.
Нагумо установил особые правила, благодаря которым он собирает и распоряжается приватными баллами всех учеников третьего года обучения. Если человек заработает двадцать миллионов баллов, его могут вытащить в класс A. Однако в этот раз награда передаче не подлежит: баллы за места можно потратить только в пределах торгового центра Кёяки — да и сумма не то, чтобы выходила большая.
Я не особо разбирался в вопросах поступления в высшие учебные заведения, но вступительные экзамены проводятся заблаговременно: для частных все в основном начинается с конца января, в государственные — в конце февраля.
Сейчас на дворе начало февраля, и многих учеников еще многое ждало впереди. Им дорого мог обойтись присмотр за кохаями в течение четырех дней и трех ночей.
— Прошлогодний совместный лагерь проходил раньше, в январе, но все равно третьегодкам, должно быть, пришлось весьма непросто.
— Скорее всего. Насколько помню, много кто даже взял с собой учебники. Наверное, поэтому в этом году решили сделать послабления.
Если так подумать, сверстникам Хорикиты Манабу пришлось изрядно попотеть, пусть и незаметно для остальных. Или, возможно, школа как-то упростила им жизнь в других аспектах, однако сейчас уже не узнаешь, было такое или нет.
Несмотря на послабления, этот период все еще весьма загруженный. В совместном мероприятии приняли участие только те третьегодки, которые определились с трудоустройством или университетом.
— Я правильно понимаю, участвующие ученики третьего года вызвались добровольно?
Асахина кивнула.
— Получилось набрать по пять учеников с каждого класса. Если бы не набралось двадцать человек, в планах было сократить количество групп.
Похоже, школа все же приняла во внимание обстоятельства третьегодок.
— Раньше я не спрашивал, но какие планы у вас, семпаи?
Мой вопрос был закономерным, однако Нагумо заметно удивился.
— Неужели интересно?
Его это так обрадовало?
Ответить «не особо» я не мог, потому что он бы обиделся, поэтому просто кивнул.
— Я поступаю в университет. Без привилегии класса A, замечу.
Иными словами, он уверен, что сможет поступить своими силами.
— Я, как и Мияби, тоже пойду в университет. Но в другой. Я недавно сверяла ответы* Единого вступительного экзамена, который мы сдавали недавно, и результаты неутешительные. Думаю, с моим уровнем поступить туда же нереально. Если выпущусь из класса A, то смогу, конечно, благодаря поддержке школы, но… я так поступать не стану.
[П/Р: Особенность Единого вступительного экзамена в Японии в том, что результаты ученик узнает только после следующих экзаменационных этапов. Но сам экзамен очень важен для поступающего, поэтому есть система «самооценки». Тебе не называют баллы, ты сам проверяешь по своим ответам, сколько баллов набрал.]
Название университета они не назвали, но, судя по всему, Нагумо хочет поступать в очень серьезное заведение. Решение Асахины не прыгать выше головы кажется правильным. С помощью влияния «КоИку» она может пробиться в университет выше своего уровня знаний и умений, но после поступления возникнут сложности.
Как говорил Кейсей, привилегию класса A лучше всего использовать для дальнейшего трудоустройства.
— Я вообще не вижу особой ценности в привилегии класса A для себя, — сказал Нагумо. — Знаешь, почему?
— Потому что твоих способностей хватает, чтобы самому достигать целей?
— Это одна из причин, почему я правил последние три года и стал таким влиятельным. Неважно, в каком классе я выпущусь, в B или D, я в любом случае смогу поступить в нужный мне университет или устроиться на нужную мне работу.
Асахина с нарочитой неприязнью покосилась на Нагумо, хотя тот, в общем-то, прав.
— Даже если все объединяться, чтобы сбросить тебя в класс B, толку от этого немного. Это не мотивирует восставать, и желание отпадает само собой. Вот что привело к нынешней ситуации. Так, Нагумо-семпай?
Нагумо кивнул.
Хотя, конечно, привилегия класса A лишней не будет. Просто для кого-то она станет основной опорой, а для другого — страховкой.
— Кстати говоря, Мияби пойдет в тот же университет, где учится Хорикита-семпай. Это что же у них за любовь такая…
То есть поступить он хочет не потому, что университет пришелся ему по душе, а потому что туда пошел Хорикита Манабу?
— Да отстань ты! Раз на то пошло, можешь сдать вступительные в следующем году и поступить к нам. Будем тебе рады, — обратился ко мне Нагумо.
— Только тебе надо будет как следует подготовиться к Единому экзамену, иначе забудь…
— Тогда позволю себе отказаться. С моими академическими способностями мне придется очень туго.
Асахина моим словам, похоже, искренне поверила, а вот Нагумо они не убедили: он лишь хмыкнул и пожал плечами.
— Ладно, давай к делу. Откровенно говоря, на этом мероприятии ты ничего не теряешь, можешь только заработать приватные баллы. Поэтому тут мало тех, кто собирается браться за дело всерьез. Меня оно тоже не особо мотивирует, но я решил смотреть с оптимизмом, все-таки это лучше, чем ничего.
Состязания в играх и конкурсах — все еще состязания. А возможности нам наверняка больше не представится.
— Так и думал. Ты предлагаешь сразиться на совместном мероприятии?
— Да.
Для третьегодок награда за мероприятие более чем скромная.
Получается, Нагумо выкроил время специально, чтобы претворить в жизнь наше состязание?
Асахина резко приблизилась к лицу Нагумо.
— Вот ради чего все? Ты же не намерен делать гадости Аянокоджи-куну?
— А ты чего ради напросилась в наш разговор? Защищать Аянокоджи? Смотрите, какие мы добрые.
— Аянокоджи-кун вообще ни в чем не виноват. Мне его жалко становится, ты ведь с него глаз не спускаешь, Мияби… Почему ты так упорно лезешь к нему?
Асахина толкнула Нагумо плечом. Его, похоже, это слегка задело, поэтому он ухмыльнулся:
— Назуна, ты знаешь, почему Хорикита Сузуне вошла в состав совета?
— Что значит «почему»? Разве она не пошла по стопам своего брата?
— Не-а. Как сейчас — не знаю, но по крайней мере на тот момент все было иначе.
— Правда? И в чем тогда было дело?
— Ответ прямо перед тобой. Аянокоджи внедрил Сузуне для слежки за мной.
«Э?», — беззвучно выдала Асахина, сбитая с толку.
— Должно быть, решил, что из меня вышел никудышный президент ученического совета. Но это оказалось не так, верно?
Разумеется, Нагумо мог временами увлечься, но он не делал ничего такого, о чем беспокоился Хорикита Манабу.
— Пожалуй. Я бы сказал, твои действия изменили школу к лучшему, Нагумо-семпай.
— Оставим в стороне вопрос, хорошо это или плохо, но тебе не кажется, что Хорикита-семпай чересчур сильно на тебя повлиял?
И правда, Хорикита Манабу повлиял на меня сильнее, чем можно было бы представить, — возможно, причина заключается в том, что до поступления у меня совсем не было опыта во взаимодействии с другими людьми.
Любитель стабильности Манабу и сторонник реформ Нагумо. Этим двум концепциям не суждено ужиться вместе.
— Скажем так, Хорикита-семпай передал эстафетную палочку.
— Признаешь теперь?
— Отрицать сейчас уже смысла нет.
— П-подождите! Э, что?! Я о чем-то не знаю?
Растерянная Асахина с открытым ртом переводила взгляд с Нагумо на меня и обратно.
— Лицо у него как у покойника, но за кулисами он много чего проворачивает. Но да неважно… — Сделав паузу, Нагумо снова спросил: — Ты готов принять мой вызов?
— Будут дополнительные условия к имеющимся правилам мероприятия и награде?
— Я много думал об этом, но нет. Если я, бывший президент ученического совета, начну из личных побуждений припирать тебя к стенке, от проблем не отделаюсь.
Как и сказал Нагумо, школа не обрадуется огромным штрафам, на которые условятся два ученика с разных параллелей.
— Хотя вызов — громко сказано. Предлагаю небольшое пари.
— Пари?
— Да. Если выиграешь, получишь соответствующее вознаграждение.
— А если проиграю, мне не придется отдавать приватные баллы?
— Простое пари, правда?
Это уже не сражение или пари, а нечто близкое к развлечению.
Однако меня немного беспокоит то, что лишь Нагумо поставлен в невыгодное положение.
— Не вижу причин отказываться, но из-за правил мы мало что можем сделать. Семпаи — лидеры, и вы не участвуете в играх и конкурсах.
Нами руководит исключительно третьегодка Кирюин. И сражаться будут только первогодки и второгодки.
Мы изначально на разных сценах.
— Или ты предлагаешь забыть про мероприятие и сразиться как-то иначе?
В гостиничном комплексе много разных помещений и оборудования для этого.
— Забыть про мероприятие — идея заманчивая, но тогда и смысла в этом лагере нет.
— Твоя правда. В школе бы получилось устроить более-менее честное противостояние.
— Если нам говорят участвовать в мероприятии, значит, будем участвовать, хотя бы для виду, — сказал Нагумо. После продолжил: — Сначала я думал сделать лидером тебя, чтобы ты мог распоряжаться первогодками и второгодками.
Похоже, он представлял это следующим образом: формально лидером будет Кирюин-семпай, а фактически раздавать указы буду я, не участвуя при этом в играх и конкурсах.
— Вроде неплохо.
— Ага. Но это было бы немного нечестно, ведь тебе не дали права формировать группу.
Весь состав своей группы Нагумо отобрал лично. С другой стороны, если мне вверят группу, которую формировала Кирюин, стартовые условия в самом деле будут неравными. Кроме того, нам, ученикам младших классов, про группы не говорили вообще до поездки на автобусе.
— И по правилам у нас круговая система турнира. Если по итогу трех скучных дней мы сразимся напрямую лишь один раз, разве это будет весело? Поэтому я отказался от задумки с равными условиями. — Нагумо показал на меня указательным пальцем. — Ты примешь участие во всех матчах. Проиграешь в трех, значит, проигрываешь в нашем пари.
— То есть я могу не беспокоиться о результатах группы?
— Да. Пускай группа Кирюин проиграет хоть девятнадцать раз подряд, но если лично ты не уступишь оппоненту, победа в пари за тобой.
Всего девятнадцать матчей. И победить я должен в семнадцати.
— Я могу проиграть дважды? Щедро с твоей стороны.
— Если поставить условие с нулем поражений, и ты проиграешь в первом же матче, то куда это годится? Чем дольше ты остаешься в игре, тем дольше наслаждаюсь процессом я.
Нагумо говорит, что провел черту в три проигрыша ради того, чтобы самому повеселиться.
— Э-э? Но разве Аянокоджи-кун так не окажется в неблагоприятном положении? Та же «игра в карты», например, полностью зависит от удачи.
— Он все равно ничего не теряет, если проиграет. Естественно, что правила устанавливаю я.
— А-а, ну понятно… М-м, пожалуй, ты прав…
Она все еще оставалась недовольной, но он был прав: мне нет смысла отказываться из-за суровых условий, ведь я так или иначе ничем не рискую.
— Я хочу лишь одного, проигрыша Аянокоджи. Поэтому да, я буду требовать для себя побольше шансов на победу в пари. Взамен я готов дать приватные баллы.
— Вот чем ты хочешь заниматься в преддверии выпуска? Издали наблюдать за тем, как гоняют твоего кохая?
— Ты того стоишь.
Было бы неплохо пойти навстречу желанию Нагумо, в каком бы виде это не произошло. Ведь в марте он выпустится из школы.
— Ладно. Я соглашаюсь на твое предложение.
Нагумо слегка кивнул.
— Разумеется, о твоем участии во всех матчах Кирюин уже в курсе.
Похоже, они тайно вели переговоры, которые учитывали, что я соглашусь.
— Я тут, конечно, посторонняя, но ты же знаешь, что можешь отказаться, если тебе что-то не нравится? Ты ничего не теряешь, да, но проигрыш есть проигрыш.
А Нагумо нужен был именно факт «победы» или «поражения».
— Аянокоджи уже согласился, можешь помалкивать.
На такое грубое обращение Асахина недовольно надула щеки, тем не менее она все же отступила, убедившись в моем согласии.
— Кстати, семпай, ты не стеснялся, когда выбирал себе людей. Ученики из других групп были неприятно удивлены, — указал я.
Нагумо не выглядел недовольным, напротив, он улыбнулся, будто иначе быть просто не могло.
— Совместное мероприятие может быть бестолковым, но сражение есть сражение. Как бывший президент ученического совета, я должен продемонстрировать свое достоинство.
То есть он намерен победить не только в пари со мной, но и приняв участие в мероприятии в качестве лидера.
Но поскольку непосредственно меня это не коснется, Нагумо волен поступать как хочет.
— Ну и если ты будешь побеждать раз за разом, мне же проще тебя прижать.
— Вау. Ты и правда не знаешь пощады, Мияби!
— Нет, напротив. Думаю, ход мыслей Нагумо-семпая верен.
Это вопрос мастерства: сможет ли он заставить противника играть на своем поле, обеспечив себе преимущество.
Из-за системы, которая предполагала, что с каждой группой ты сразишься ровно один раз, и размеренности самого мероприятия, практически невозможно сказать, в скольких матчах поучаствовал отдельно взятый ученик. Эта неясность нам на пользу.
Если я, второгодка, стану распоряжаться группой, то буду слишком выделяться — в плохом смысле. А вот в индивидуальном сражении я смогу избежать ненужного внимания.
Нагумо не только заготовил преимущества для себя, но и учел мое положение.
— Не пойми неправильно, Назуна. Выдающиеся способности не гарантируют победу. Над талантливыми людьми должен стоять кто-то еще более талантливый, иначе от них не будет никакого проку.
Нагумо прав. У игрока в сёги может быть много фигур в распоряжении, но неопытный не факт, что победит.
— Простите за опоздание. Вы тут все обсудили?
В комнате отдыха появилась Кирюин.
— Да. Обсудили и решили. Как и планировалось, у меня с Аянокоджи состоится сражение. Кстати, Кирюин пронюхала о моей задумке и вызвалась сама.
«Так все и было», — кивнула Кирюин.
— Если понадобится, я могу уступить полномочия лидера. Конечно, назначать учеников формально буду я. У тебя есть возможность сражаться не только в одиночку, но еще и группой.
Кирюин предлагала убить двух зайцев одним выстрелом, но в то же время такое ощущение, будто она хотела просто наблюдать с близкого расстояния и ничего не делать.
— Вот оно как. Как раз это мне и не давало покоя. Теперь я понял, почему оказался в одной группе с той троицей из класса A.
Мы с Хашимото и Моришитой зашли в комбини, где встретили Ямамуру, и в это же время по чистой случайности там оказалась Кирюин. Не это ли стало решающим фактором при отборе в группу? Она так сделала с расчетом на то, чтобы избавить меня, у кого будут полномочия лидера, от необходимости укреплять отношения.
— Я не так много знаю о твоем круге общения. Одних выбрала после случайной встречи, остальных наугад. Если в группе неуютно, показать все, на что ты способен, трудновато, не так ли?
А с Хашимото и Хиёри любые обсуждения должны пройти гладко.
— Я, конечно, благодарен за твою заботу, но от предложения откажусь. К сожалению, мне плохо дается общение с другими людьми. Подружиться с кохаями будет той еще задачей, не говоря уже о командовании ими.
Мой отказ Кирюин не сильно обеспокоил.
— И все же, Кирюин-семпай, не думал, что ты сама решишь в этом поучаствовать.
Нагумо и Кирюин далеко не друзья. Скорее, они две противоположности.
Кирюин довольно улыбнулась.
— Я просто рада, что состоится ваше с Нагумо состязание. Жаль только, третьегодки поучаствовать не могут, — высказалась Кирюин насчет совместного мероприятия. Непонятно правда, насколько искренне.
— Если бы правила позволяли, ты отнеслась бы к битве всерьез?
— Это же редкая возможность сойтись с Аянокоджи. Разумеется, приложила бы все силы.
— Хах. Тоже о нем высокого мнения? Раз такое дело, давай устроим личное состязание вне мероприятия? Сдерживаться не придется, мы же третьегодки. Я даже могу поставить сумму билета в класс A.
— Извини, но нет. Билет зарабатывается кровью и потом всей параллелью. Мне будет слишком сложно принять эти деньги, когда я к ним отношения не имею.
Опять же, Кирюин — крепкий орешек. Она даже не думает о том, что может проиграть. И это мягко сказано. Кирюин твердо уверена: из сражения именно она выйдет победителем.
— Да? Какая жалость.
Однако Нагумо к этому привык. За три года он наверняка перестал обращать внимание на ее характер.
— Ладно. Я все-таки лидер, и у меня есть свои дела, поэтому оставлю вас. Встретимся позже.
Кирюин пришла, быстро со всем разобралась и сразу ушла.
— Фука-чан по обыкновению крута.
— Но она всего лишь девчонка.
— Ох, Мияби, хуже сказать просто нельзя. В наше время за такое в порошок стереть могут, и никто даже не возразит.
— Пойми меня правильно: я хочу стоять выше среди представителей своего пола. Я никого не дискриминирую.
Выходит, она другого пола, поэтому он не станет всерьез заводиться?
— Все равно. В твоих словах был двоякий смысл.
Тоже справедливо. Можно было выразиться поделикатнее, с него не убудет.
Стоило мне встать с дивана, как Нагумо и Асахина последовали моему примеру. Мы втроем покинули комнату отдыха.
— А ты пойди и потренируйся, что ли. Подготовься как следует.
— Обязательно.
— А-ах, наконец-то вышли. Как прошли ваши разговорчики?
Только мы собрались расходиться, как в другом конце коридора показалась заждавшаяся Амасава, которая сразу подошла к нам.
Увидев ее, Нагумо с протяжным вздохом поскреб в затылке.
— Ты не слышала, что я сказал? Ждать.
— Да ладно тебе. На экзамене я выложусь вдвойне!
— Я теперь не верю тебе на слово. А вздумаешь еще раз лезть без спросу, даже шанса не дам.
— Ух какой. Ладно, я поняла. Буду слушаться.
— Мияби, а это… кто?..
— Амасава. Класс 1-A.
— А-а, точно, Амасава-чан. Раз Мияби позвал тебя в группу, значит ты у нас девушка выдающаяся?
— Ну-у, не то чтобы выдающаяся…
В системе «ОИС» ее оценки за академические и физические способности достигают весьма редкой отметки «A», поэтому тут ничего удивительного. Однако если учесть общую оценку и социальное взаимодействие, то Амасава будет далеко не первой в списке кандидатов для отбора.
— Я ее высоко не оценивал. Просто она как-то заранее узнала про мероприятие. Не знаю даже, где могла услышать.
— И я предложила себя! Сказала, что помогу взять первое место.
— Честно говоря, я очень сомневался в этом.
Интересно, сомневался он из-за ее характера? Или подозревал в связях со мной? Нагумо не уточнил. Но, видимо, посчитал это мелочью, раз все равно взял к себе.
— Назуна, обязательно возьми в руки свою группу. Ты ученица класса A, так что стремись к победе. Ты же не хочешь, чтобы тебя вечно опекали?
— Ой, сколько времени-то?! Мне пора, возникнут проблемы, обращайся в любое время!
Асахина проверила время по телефону и тут же побежала. По пути чуть не поскользнулась, но удержалась, затем завернула за угол и исчезла из вида.
— Ох уж эта Назуна… Справится ли она с группой?.. — тяжело вздохнул Нагумо.
Амасава нагнулась к нему с ухмылкой на лице и проговорила:
— Ты встречаешься с Асахиной-семпай?
— А? Нет, не встречаюсь.
— Но мне ты велел ждать, потому что у вас с Аянокоджи-семпаем должен был состояться какой-то важный разговор, а Асахине-семпай разрешил остаться. Разве это не значит, что она особенная?
Как мне кажется, приравнивать слова «особенная» и «возлюбленная» слишком опрометчиво. Хотя как знать.
— Тебя это не касается.
— Э-э-э, еще как касается! Если я приударю за тобой, Нагумо-семпай, она станет моей соперницей.
— Хочешь приударить за парнем, который вот-вот выпустится?
— Я девушка терпеливая, могу мириться с отношениями на расстоянии.
— Извини, но я терпеть не могу притворщиц и вечно заискивающих девиц, — отрезал Нагумо.
Амасава слишком наигранно сделала вид, что ее это глубоко задело. Наверное, именно такой театральности он и не переносит. Нагумо показательно отвел взгляд.
— Я пойду. Постарайся, Аянокоджи.
После того, как Нагумо удалился, мы с Амасавой остались в коридоре одни.
— Неужели он меня невзлюбил?
— Так бывает, когда специально говоришь то, за что могут возненавидеть.
— Я просто хотела стать тебе другом по несчастью, Аянокоджи-семпай. Тебя же тоже терпеть не могут.
Что еще за друг такой?
— Они вроде не встречаются, но она для него однозначно особенная.
— Пожалуй. Кажется, что они больше, чем просто друзья, — согласился я с Амасавой, ведь сам считал также. — Кстати, ты знала про мероприятие?
— Нам в свое время рассказали подробности будущего мероприятия.
Под «нам» она имела в виду себя и Ягами, которых подослал тот человек, и кого курировал Цукиширо. Кажется, при поступлении в школу им рассказали о расписании на предстоящий год. Ведь если они собирались меня исключить, лучше пусть знают то, о чем знать следует.
— Правда, я не понимаю, почему ты объединилась с Нагумо?
— Э? Так очевидно ведь, с ним шансы на победу выше. Он же был президентом ученического совета. А еще я, девочка, в том возрасте, в котором хочется побольше приватных баллов, — ответила Амасава, хотя это и была откровенная ложь. Однако истинных намерений она скрывать не собиралась, а потому сразу исправилась: — Я посчитала, что у вас скоро должно состояться состязание. Сначала хотела встать на твою сторону, Аянокоджи-семпай, но это было бы неинтересно.
— Только и всего?
— Да, только и всего. Мне просто подумалось, если примкну к Нагумо-семпаю, то из этого что-то да выйдет, но… — Амасава тяжело вздохнула и приложила руки к щекам. — Но я понимаю разочарование Нагумо-семпая. В школьном списке и правда одно развлекалово. Победа над тобой в картах или камень-ножницы-бумага особого удовольствия не принесет. Смысла становиться противниками не было.
— Теперь-то уже ничего не поделаешь.
— Нагумо-семпай мне рассказал про ваше сражение: ты проиграешь, если не справишься в матчах три раза, верно? В нем горит желание увидеть твое поражение в любой форме. Уже не терпится узнать, чем все закончится.
— Надеюсь, тебе будет весело. У меня есть все шансы сходу проиграть три раза подряд.
Более того, я могу проиграть, даже близко не дав отпор, — зависит от самой игры или конкурса.
— Ну, мы с Нагумо-семпаем так не считаем.
— А ты знаешь, что у Нагумо на уме?
— Еще как, он из-за этого даже не разрешил мне присутствовать при разговоре, поскольку буду мешаться.
— Тебе не разрешили, но ты все равно пришла сюда? Чтобы поздороваться?
— А что, нельзя было?
Можно, но навязанная встреча не стоила того, чтобы из-за нее портились отношения с Нагумо. Чтобы попасть в группу и иметь больше возможностей показать себя, мало просто быть способным человеком, важна еще и симпатия со стороны лидера.
— Ладно, группа зовет, мне пора возвращаться. Увидимся позже.
Развернувшись, Амасава весело ушла прочь.
Разговор вышел непринужденным, но кое-что зацепило меня. Со слов Амасавы, она узнала о предстоящем мероприятии от Цукиширо, но здесь скользнуло небольшое противоречие.
— Что ты задумала?
Пожалуй, стоит копнуть немного глубже.
Продолжение следует...
Над переводом работала команда RanobeList.
Не забудьте вступить в нашу группу ВК: https://vk.com/ranobelist
http://tl.rulate.ru/book/96877/3748167
Готово:
Использование: