Готовый перевод Douluo Dalu / Континент Доуло: Глава 149: «Невероятное третье духовное кольцо Тан Саня (Часть 2)»

Тан Сань был покрыт слоем чего-то коричнево-черного. Стоило Сине-серебряной траве разойтись в стороны, как эта корка, подобно пустой яичной скорлупе, начала постепенно отслаиваться, обнажая его тело.

Когда Сяо Ву вновь увидела Тан Саня, ее лицо вспыхнуло густым румянцем. Юноша стоял совершенно нагой – на нем не осталось ни единого клочка одежды. Мускулатура Тан Саня стала куда отчетливее: не чересчур массивной, но наполненной ощутимой мощью. Под бронзовой кожей едва уловимо переливалось нежно-фиолетовое сияние. Он парил в воздухе; его ноги, до этого скрещенные в медитации, теперь выпрямились, и все конечности свободно свисали вниз. Весь его облик веял чем-то странным и зловещим.

Среди спутанных черных волос Тан Саня появилась одна отчетливая фиолетовая прядь. Казалось, она сама излучала свет, и Сяо Ву видела ее очень ясно.

Тот стон, что слышался ранее, сорвался именно с его губ. Сейчас Тан Сань медленно открывал глаза, и в его взоре читалось лишь полное смятение.

Сам он не понимал, что произошло. Ему казалось, что он бесконечно долго превозмогал запредельную муку, поддерживаемый лишь одной мыслью – во что бы то ни стало спасти Сяо Ву. Когда невыносимая боль внезапно отступила, неописуемое чувство легкости мгновенно разлилось по всему телу.

Страдание можно вытерпеть, но когда на смену ему приходит такое блаженство, чувства Тан Саня не выдержали, и он провалился в глубокий сон. Его сознание вернулось лишь в тот момент, который только что застала Сяо Ву.

Перед глазами все плыло, будто затянутое белой вуалью. Ощущения постепенно возвращались, и по мере того, как рассудок прояснялся, окружающий мир становился все отчетливее.

В теле чувствовалась небывалая бодрость, словно каждая клетка ликовала. Лишь в спине ощущался зуд, будто что-то росло прямо из позвоночника и тянулось наружу. Тан Сань чувствовал влагу земли и дуновение ветерка, но в то же время смутно осознавал: что-то стало иным.

К этому моменту и остальные заметили перемены. Чжу Чжуцин и Нин Ронрон, увидев его обнаженным, поспешно и смущенно отвернулись. Сяо Ву тоже была крайне застенчива, но безопасность Тан Саня значила для нее куда больше: подавив стыдливость, она продолжала внимательно следить за ним.

Два желтых и одно фиолетовое – три духовных кольца ритмично пульсировали вокруг тела Тан Саня. Фиолетовое кольцо выделялось особенно ярко, сияя изнутри и подчеркивая его нагую фигуру. Вся Сине-серебряная трава вокруг него бесследно исчезла, и лишь на спине по-прежнему оставались восемь огромных трехметровых паучьих лап.

— Брат… — тихо позвала Сяо Ву, не в силах сдержаться.

Внезапный голос заставил Тан Саня вздрогнуть. Этот звук был для него слишком знакомым, слишком желанным. Он инстинктивно повернулся на зов и увидел смотрящую на него снизу вверх Сяо Ву.

Тан Сань вздрогнул всем телом, порываясь броситься к ней, однако в этот момент он все еще висел в воздухе, опираясь на четыре паучьи лапы. Те были частью его плоти, и стоило ему только подумать, как лапы послушно сложились и вышли из земли.

Тан Сань еще не осознавал перемен в своем теле, поэтому сразу потерял равновесие и кубарем полетел вниз.

— Осторожно! — Вскрикнула Сяо Ву, раскинув руки, чтобы поймать его. К счастью, ее сил хватило: Тан Сань падал с высоты чуть более двух метров, и инерция была не слишком велика, так что ей удалось подхватить его.

Восемь паучьих лап за его спиной одновременно взметнулись вверх. Выглядело это жутко, но совершенно не мешало движениям Тан Саня.

Почувствовав знакомый аромат, Тан Сань первым же делом обнял Сяо Ву в ответ:

— Я… я ведь не сплю? Сяо Ву, это правда ты?

Сяо Ву тоже крепко прижала его к себе, не в силах сдержать рыданий.

К Тан Саню окончательно вернулась ясность разума. Запах Сяо Ву был ему слишком дорог, а тепло ее мягкого тела в объятиях подтверждало: все это наяву. Она вернулась. Она действительно вернулась.

— Ну же, не плачь. Главное, что ты вернулась, — он нежно погладил ее по спине, и у него самого глаза затуманились от слез. В этот миг все тревоги растаяли, а чувство от новой встречи было таким сильным, будто они не виделись целую вечность. По сравнению с Сяо Ву только что полученное третье духовное кольцо не значило ровным счетом ничего. Для него не было в мире вещи важнее, чем ее жизнь.

— Брат, это все я виновата, заставила тебя так волноваться, — всхлипнула Сяо Ву.

Тан Сань покачал головой:

— Глупая, это я виноват. Это я оказался беспомощным и не сумел тебя защитить.

— Кхм-кхм. — Кашель в стороне заставил пару, застывшую в смеси горя и радости, опомниться.

Кашлял Дай Мубай. — Сяо Сань, признаю, задатки у тебя что надо, — сказал он. — Но не мог бы ты для начала надеть хотя бы штаны? Здесь все-таки девушки.

Тан Сань опешил и инстинктивно посмотрел на себя. Только сейчас он осознал, что на нем нет ни клочка одежды.

Сяо Ву тоже спохватилась, ее лицо вмиг стало пунцовым, и она зажмурилась, но так и не решилась покинуть объятия Сяо Саня, лишь спрятала голову у него на груди.

— Это… как я оказался в таком виде? — Ошарашенно спросил Тан Сань. — Кто меня раздел?

Из-за спин друзей вынырнул Оскар:

— Да никто тебя не раздевал. Кто ж знает, куда она подевалась?

Тан Сань коснулся талии – к счастью, пояс «Двадцать четыре моста в лунную ночь» был на месте. Он осторожно отстранил Сяо Ву и быстро достал комплект одежды.

Со штанами проблем не возникло, но когда он начал надевать куртку, возникли трудности. Именно тогда Тан Сань осознал, что творится у него за спиной. Увидев восемь усеянных шипами паучьих лап, он замер как вкопанный.

— И не спрашивай нас, почему так вышло, — со знанием дела вставил Толстяк Ма Хунцзюнь. — Мы и сами без понятия. Это началось, пока ты поглощал кольцо того Демонического паука с человеческим лицом. Тан Сань, может, твое кольцо мутировало?

Теперь, когда Тан Сань был хотя бы в штанах, Нин Ронрон и Чжу Чжуцин обернулись. После целых суток ожидания Тан Сань наконец был в порядке, но перемены в нем были настолько причудливыми, что любопытство охватило всех. Даже Чжао Уцзи не стал исключением.

— Дайте мне самому прочувствовать, — он замер и медленно закрыл глаза.

Обычно мастер духа сразу после поглощения кольца понимает, какое умение он приобрел. Так же, как Оскар после третьего кольца мгновенно узнал заклинание для нового вида колбасы.

Тан Сань же во время поглощения перенес столько мучений, что вторую половину процесса провел в беспамятстве. Только сейчас он мог сосредоточиться и осознать все, что дало ему третье духовное кольцо.

Медитация Тан Саня длилась добрых полчаса. Когда он вновь открыл глаза, выражение его лица было весьма озадаченным.

— Ну как? — С тревогой спросила Сяо Ву.

— Вроде бы все в порядке, — с сомнением ответил Тан Сань. — Духовные кольца не мутируют. Учитель говорил, что мутировать может только боевой дух, а одно и то же кольцо лишь дает разные эффекты разным духам. Поглотив кольцо Демонического паука с человеческим лицом, я получил одну способность. Все идет как надо. Вот только эти восемь лап за спиной никак не объяснить.

— Ой-ой-ой! — Внезапно раздался истошный крик. Все вздрогнули, решив, что напал духовный зверь, и мгновенно насторожились, но, взглянув на кричавшего, не заметили никакой опасности.

Кричал Ма Хунцзюнь. Он крепко сжимал левую руку правой, на лице застыла гримаса боли. Его ладонь стала фиолетовой, кожа лопнула, и из ран сочилась черная жижа, а по руке стремительно ползла вверх тонкая струйка черного тумана.

— Плохо дело, он отравлен! Оскар, живо! — Рявкнул Чжао Уцзи и в один прыжок оказался рядом с Ма Хунцзюнем. Ударив его ладонью по плечу, он начал вливать свою мощную духовную силу, чтобы подавить яд.

— У папаши есть малая вяленая колбаска! — Сухонькая колбаска вовремя оказалась во рту Толстяка. Все облегченно вздохнули.

К сожалению, спокойствие длилось недолго.

Стоило колбаске оказаться внутри, как очищающий эффект сработал: поток черного тумана, ползущий вверх, замер и начал отступать. Однако это продолжалось лишь мгновение. Не успела чернота дойти даже до локтя, как она внезапно остановилась, а мгновение спустя с новой силой рванула вверх.

Оскар резко изменился в лице:

— Беда! Яд слишком свирепый, моя малая вяленая колбаска с ним не справляется. Толстяк, как тебя вообще угораздило отравиться?

Крупные капли пота градом катились со лба Ма Хунцзюня – было ясно, что он страдает от невыносимой боли. Несмотря на помощь Чжао Уцзи, их духовная сила почти не встречала сопротивления со стороны яда; черная дымка продолжала ползти выше, а ладонь Толстяка уже начала гноиться.

С того момента, как он закричал, прошло всего несколько секунд. Невероятная мощь яда привела всех в ужас.

Стиснув зубы от боли, Толстяк едва выдавил:

— Я просто… из любопытства… потрогал лапу у Тан Саня за спиной. Тан Сань, твои лапы ядовитые!

Тан Сань замер, и в его голове мгновенно прояснилось. Он что-то осознал:

— Толстяк, не двигайся! Всем назад! Не вздумайте касаться шипов на моих лапах!

http://tl.rulate.ru/book/96709/13523715