Готовый перевод Douluo Dalu / Континент Доуло: Глава 93: «Большая сосиска и малая вяленая колбаска Оскара (часть I)»

— Да когда же ты уймешься! — Чжао Уцзи втайне закипал от ярости. Он решил проучить этого маленького «дикобраза» и, прикрыв лицо правой рукой, левой нанес удар в грудь Тан Саню. Разумеется, он не вложил в этот выпад и доли своей истинной мощи, но после столь унизительной трепки он просто не мог не отплатить обидчику, иначе на душе было бы совсем скверно. Стоило ладони устремиться к цели, как он тут же отозвал свою десятитысячелетнюю способность «Гравитационное Сжатие», понимая, что иначе Тан Саня просто раздавит насмерть.

Раздалось два глухих удара, и почти одновременно послышались стоны боли.

Тан Саня отбросило назад мощным толчком ладони Чжао Уцзи. Один из вскриков принадлежал ему: пролетая по воздуху, юноша сплюнул кровь. Во время сражения он действовал на пределе возможностей, вложив все свои помыслы и внутреннюю силу в каждый маневр, и теперь, когда его запасы энергии были практически исчерпаны, он оказался беззащитен перед этим ударом. То, что он не потерял сознание от сотрясения, уже можно было считать удачей.

Дай Мубай поспешно опустил Чжу Чжуцин на землю и стремительной тенью метнулся наперерез, чтобы подхватить отлетающего Тан Саня.

Второй же стон сорвался с губ самого Чжао Уцзи. Поначалу он решил, что летящий в него предмет – всего лишь очередное скрытое оружие, и полагал, что без труда заблокирует замах крошечного молота. Однако в тот миг, когда металл коснулся его ладони, он осознал, как жестоко ошибся.

Этот невзрачный молоточек обладал колоссальной, сокрушительной массой. И хотя Чжао Уцзи в последний момент попытался призвать духовную силу, его подвела первоначальная беспечность. Под двойным воздействием яда дурманной змеи и терзающей тело боли его духовная сила оказалась недостаточно сконцентрирована.

Молот с размаху впечатался в его ладонь, а та, в свою очередь, спружинила прямо в лицо. У Чжао Уцзи мгновенно хлынула из носа кровь, а когда он невольно размазал её рукой по щекам, его физиономия стала напоминать пестрое полотно в красильне – живого места не осталось. От неожиданности и силы удара он на мгновение впал в ступор.

Черный молоточек же, выполнив свою задачу, бесшумно растворился в воздухе.

Тан Сань, опираясь на руку Дай Мубая, снова кашлянул кровью. Несмотря на серьезность его ран, со стороны никто бы не посмел сказать, что в этой схватке победу одержал Чжао Уцзи.

Это вовсе не означало, что Чжао Уцзи был слаб. Напротив, сражаясь с абитуриентом, он боялся нанести Тан Саню непоправимый вред и потому действовал скованно, желая лишь проверить пределы возможностей юноши. К тому же его стихией была грубая сила, а не преследование юрких целей. Внезапность атак Тан Саня, сопряженная с филигранным расчетом, заставила самонадеянного Чжао Уцзи горько поплатиться. Он потерял лицо окончательно. Сражайся он всерьез, ему достаточно было бы применить пятую способность духовного кольца, и Тан Сань погиб бы на месте. Пропасть в их силе была слишком велика.

Будь это просто экзамен, Тан Сань ни за что не стал бы так рисковать собой, но вид бесчувственной Сяо Ву пробудил в его сердце яростную отвагу. Гигантское давление, исходящее от Чжао Уцзи, стало катализатором его внутреннего взрыва. Никто из присутствующих, даже сама Сяо Ву, никогда не видели Тан Саня в подобном состоянии абсолютного боевого неистовства.

Дай Мубай посмотрел на залитое кровью лицо Чжао Уцзи. Ему хотелось рассмеяться, но он не смел, а потому лишь громко прокричал:

— Оскар! Оскар, живо сюда! Для тебя есть дельце!

Голос, усиленный духовной силой, разнесся по всей территории академии – вряд ли нашелся бы хоть кто-то, кто его не услышал.

Пройдут годы, и когда Злоглазый Белый Тигр Дай Мубай, лидер Семи Монстров Шрека, добьется всеобщего признания и славы, его спросят: «Кто же из вашей семерки был самым страшным?»

Дай Мубай без колебаний ответит: «Доуло Мягкой Кости Сяо Ву». И причина будет проста. Она была «обратной чешуей» Тан Саня, его самым сокровенным и запретным пределом. Бросить вызов самому Тан Саню – еще полбеды, но если кто-то задевал Сяо Ву и навлекал на себя гнев юноши, случалось нечто поистине ужасающее. В такие мгновения перед врагом представал уже не Тысячерукий Доуло, а Тысячерукий Асура.

Дай Мубай всю жизнь был натурой влюбчивой и страстной, за что друзья по команде в шутку прозвали его непревзойденным бабником, но он никогда не смел заигрывать с Сяо Ву. Будучи человеком мудрым, он не желал сталкиваться с яростью Тан Саня. И этот урок он усвоил именно сегодня, глядя на то, что произошло перед его глазами.

— Где дельце? Какое дельце? — Издалека донесся характерный мягкий и слегка взволнованный голос Оскара. Вскоре и сам он показался в поле зрения.

Должно быть, он так спешил, что даже бросил свою тележку и прибежал налегке.

— Сяо О, иди сюда, — подозвал его Дай Мубай.

Оскар подбежал ближе:

— Босс Дай, это ты меня звал?

Дай Мубай кивнул:

— Живо, сообрази нам несколько сосисок. Тут раненые.

Оскар так и просиял от радости:

— Пять медных монет духа за штуку, и не забудьте потом со мной рассчитаться. У папаши есть большая сосиска! — Под его странное заклинание в руках парня вспыхнул свет, и мгновением позже там появилась дымящаяся, аппетитно пахнущая сосиска.

Дай Мубай подмигнул Тан Саню:

— Съешь это. Слова у него гадкие, но сосиски и впрямь чудодейственные. Эта создана с помощью первого духовного кольца, она ускоряет восстановление после травм.

Сама сосиска не вызывала подозрений, но стоило Тан Саню вспомнить фразу Оскара, как к горлу подкатил ком. Он поспешно замахал руками:

— Мои раны не так серьезны, я просто выбился из сил. Немного отдохну, и все пройдет. Лучше отдай ее кому-нибудь другому.

С этими словами он сразу сел, скрестив ноги, чтобы восстановить дыхание и циркуляцию сил.

Но если Тан Сань отказался, это не значило, что другие последуют его примеру. К примеру, некий господин, окончательно потерявший лицо.

— Оскар, ко мне. Дай мне и сосиску, и вяленую колбаску, по одной штуке.

Голос Чжао Уцзи звучал невнятно. И немудрено: хоть он и сдерживал яд чистой духовной силой, не давая ему распространиться, в момент попадания токсина его язык все же успел распухнуть.

Оскар захлопал своими глазами с поволокой:

— А ты еще кто такой? Как ты попал в нашу Академию Шрек и откуда знаешь мое имя?

— Ах ты паршивец, наказания захотел?! Я – Чжао Уцзи! — Взревел тот, едва не захлебнувшись собственной кровью от возмущения.

(Конец главы)

http://tl.rulate.ru/book/96709/13523657