"Я ведь не обвинял тебя на самом деле в том, что ты сговариваешься с кланом Пан, - с ледяным тоном произнес длиннолицый, глядя на Лу Юэшуан.
Затем он перевел взгляд на Пан У и сказал: "Ты довольно быстро пошла на поправку, что же ты скажешь теперь? Разве ты не утверждала, что не владеешь наследием колдовства, так как же ты оказалась рядом с гениальным колдуном?"
Мо Уцзи узнал этого длиннолицего мужчину - его звали Бо Лоцзинь, и, по словам декана Гу, он должен был быть магом. Другого мужчину, которого привел с собой Бо Лоцзинь, Мо Уцзи не узнал. Впрочем, Бо Лоцзинь не пригласил его войти в пещеру, велев охранять вход снаружи.
Пан У поджала губы, не произнося ни слова, но Бо Лоцзинь не обратил на ее молчание внимания, потому что его нынешние чувства никак не вязались с выражением, которое он демонстрировал окружающим. Его чрезвычайно воодушевляло это происшествие.
Зачем бы магу, такому как он, связываться с Лу Юэшуан из-за столь незначительного инцидента? Его мотивы были те же, что и у Фэн Лу - методы Лу Юэшуан по сгущению и поглощению маны.
Когда Фэн Лу осознал, что метод Лу Юэшуан не сработал, когда он попытался поглотить ману, он захотел лично найти Лу Юэшуан. Однако раздражительный Архиепископ решил отправиться в город Аньцзин сам, так что Фэн Лу не смог уехать со своего места. Бо Лоцзинь попросил его лично столкнуться и забрать Лу Юэшуан только потому, что тоже жаждал ее техники.
Если бы он смог получить хоть какую-нибудь настоящую и эффективную методику сгущения маны от Лу Юэшуан, он убил бы ее на месте, прежде чем покинуть родной город. Работать на Архиепископа? Ах, что ему будет Архиепископ, если он станет истинным Императором Магии?
В настоящее время его сердце чуть не выпрыгивало от радости при виде Лу Юэшуан здесь, на территории клана Пан. Это означало, что Лу Юэшуан действительно получила наследие колдовства, иначе зачем бы она была вместе с братом и сестрой Пан?
Архиепископ всегда изо всех сил старался уничтожить колдовство и называл его ересью, но Архиепископ прекрасно знал, что истинным верховным методом культивации является наследие колдовства, передаваемое из поколения в поколение. Даже основа учения Архиепископа исходила от предков расы колдунов.
Поскольку он решил захватить брата и сестру Пан и Лу Юэшуан, он естественным образом убил бы выглядящего молодо незнакомца, Мо Уцзи.
Взгляд Бо Лоцзиня упал на Мо Уцзи, и его глаза мгновенно зацепились за древний свиток в руке Мо Уцзи. В этот момент все его тело задрожало: "Это, это наследие колдовства..."
Мо Уцзи без тени смущения помахал свитком в воздухе: "Верно, Пан Цзе дал его мне, так что я догадываюсь, что это наследие".
"Ах..." Безмерная радость волной хлынула в тело Бо Лоцзиня, он уже не мог сдержать своего волнения. Он протянул руку, чтобы схватить свиток в руке Мо Уцзи.
Однако он тут же остолбенел, так как все пространство вокруг него, казалось, затвердело, сковав его. Он просто не мог сдвинуться ни на дюйм.
Мо Уцзи небрежно забрал свиток обратно и сказал: "Есть один момент, в котором ты ошибаешься. Метод культивации Лу Юэшуан был дан мною, и он действительно не имеет никакого отношения к расе колдунов. Скажи-ка, почему здесь нет твоего Владыки Закона Фэн Лу? Судя по его уровню алчности, он должен был оказаться здесь первым, чтобы найти Лу Юэшуан".
"Архиепископ У Дянь здесь, поэтому он должен был сопровождать Архиепископа, а потому не смог приехать..." По спине Бо Лоцзиня пробежал холодок, он встретил немало простых людей как маг, но не таких, как Мо Уцзи. Создать это пространство, обездвижившее его, не смог бы даже Папа.
"Убей человека снаружи и отведи меня в Ватикан", - спокойно произнес Мо Уцзи, но для Бо Лоцзиня это был ужасающий приговор.
Бо Луоцзинь подсознательно попытался пошевелить ногами и был удивлен, увидев, что действительно может двигаться. Однако его тело смогло сдвинуться только в одном направлении, к выходу, где стоял верующий из Ватикана.
В этот момент Бо Луоцзинь уже отказался от идеи побега, потому что хорошо осознавал, что перед таким экспертом, как Мо Вуцзи, он выставил бы себя глупцом, даже если бы попытался сбежать.
Бо Луоцзинь выхватил острый нож и без колебаний ударил им по человеку, стоявшему у входа в пещеру.
Раздался душераздирающий крик, а затем брызнула кровь. Лу Юэшуан громко вскрикнула и почти упала в обморок от увиденного.
Что касается братьев и сестер Пан, они казались спокойными, но Мо Вуцзи понял, что они тоже были немного шокированы.
…
Несмотря на то, что архиепископ Восточной Монской церкви не часто посещал страну Лян, здание Ватикана в стране Лян было даже более роскошным, чем королевский дворец Ляна. Площадь, которую оно занимало, была еще больше, а широкая белая нефритовая дорожка тянулась до самого главного зала.
В этот момент в центре зала сидел мужчина, возраст которого было трудно определить. Он выглядел молодым, но в нем было что-то от невзгод среднего возраста или даже старика. Неверно было также сказать, что он был мужчиной среднего возраста, потому что на вид ему было не больше 30 лет.
Единственное, что бросалось в глаза в его внешности, - это его длинный крючковатый нос.
Рядом с ним сидел мужчина средних лет в короне. И хотя он выглядел так, будто его статус был выше, чем у крючконосого мужчины, сидевшего посередине, он казался покорным ему.
Это потому, что этот крючконосый мужчина был одним из двух самых могущественных людей на этой планете, архиепископом Восточной Монской церкви Ву Дианом. Мужчина в короне был всего лишь королем страны Лян, Цянь Чжичэном.
В стране Лян Цянь Чжичэн был могущественным существом, но перед архиепископом он был не более чем муравьем.
«Законодатель Фэн Лу, Академия Ань Цзин находится недалеко отсюда, так почему же Бо Луоцзинь еще не вернулся?» - спросил сидевший архиепископ.
Чернолицый Фэн Лу поспешил поклониться архиепископу: «Отвечаю архиепископу. Ваш подчиненный понятия не имеет, почему бы мне самому не сходить и не проверить».
Ву Диан слабо сказал: «Ничего, давайте еще немного подождем. Также отправьте людей и приведите сюда сестру и брата из клана Пан. На этот раз я задам вопросы сам».
«Есть…» - быстро ответил Фэн Лу, потому что он лучше всех знал, что спокойный тон архиепископа был самым страшным. Чем спокойнее выглядел архиепископ, тем больше он был разгневан внутри. Когда он по-настоящему взорвется, ему не потребуется много сил, чтобы уничтожить всю страну Лян, не говоря уже о законодателе.
Никто не смел ослушаться приказа архиепископа, потому что у архиепископа была абсолютная власть. Пока слова выходили из уст архиепископа, они должны были исполняться безоговорочно. В противном случае последствия можно было описать только одним словом. Смерть.
Хотя это не имело никакого отношения к королю страны Лян Цянь Чжичэну, он все еще обильно потел и его спина была такой же зябкой. Он знал о неустойчивых эмоциях этого архиепископа и понимал, что уничтожение страны Лян может произойти всего лишь одним предложением этого архиепископа.
Тем не менее, самым ужасным человеком в этом зале был не Цянь Чжичэн и не законодатель Фэн Лу, а декан Академии Ань Цзин Ду Чэн. Он боялся не потерять свою маленькую жизнь, а того, что Лу Юэшуан могла дерзко покинуть Академию Ань Цзин.
В тот момент, когда Лу Юэшуан уйдет, даже если ее поймают обратно, Академия Ань Цзин обречена. Он слышал, насколько порочен этот архиепископ.
Сердце Гу Чэна надеялось, что Ло Юэшуан не покинет Академию Ань Цзин, но все его опасения сбылись. Еще до того, как Фэн Лу успел покинуть зал, чтобы отдать приказ своим людям, вбежал слуга, встал на колени и произнес: "Приветствую архиепископа. Мы только что получили известие о том, что студентка Ло Юэшуан покинула Академию Ань Цзин, и никто не знает, куда она направилась. Мастер Маг уже отправился на ее поиски".
Гу Чэн услышал это слово, и его ноги подкосились, а сердце вновь испустило вздох. Если Небеса желали, чтобы Академия Ань Цзин прекратила свое существование, то бесполезно было бы даже молить на коленях.
Нетрудно себе представить, какие огромные последствия ждут Академию Ань Цзин теперь, когда Ло Юэшуан покинула ее.
Действительно, лицо У Дианя стало торжественным, когда он холодно сказал: "Немедленно передайте мой приказ. Устройте в Академии Ань Цзин кровавую баню и не оставьте в живых даже муравья".
Гу Чэн больше не мог этого вынести и рухнул на колени. Он хотел умолять о прощении, но не знал, как это сделать.
Цянь Чжичэн тоже был поражен, потому что Академия Ань Цзин была основой, от которой зависело выживание страны Лян. В тот момент, когда Академия Ань Цзин будет уничтожена, конец света для страны Лян не за горами.
Даже если это был архиепископ У Дянь, Цянь Чжичэну было уже все равно, он бросился вперед и тоже встал на колени. "Да помилует нас архиепископ. Даже если Ло Юэшуан покинула Академию Ань Цзин, она не могла уйти далеко, и я обещаю доставить ее сюда менее чем за время, за которое сгорает благовоние".
У Дянь остался бесстрастным: "Действуй, если не сможешь привести Ло Юэшуан вовремя, твоя страна Лян может забыть о своем существовании. Что же касается Академии Ань Цзин, то ее следует уничтожить".
"Ты, безжалостный владыка, ты заслуживаешь смерти..." После того, как Гу Чэн узнал, что Академию Ань Цзин уже не спасти, он встал, указал на У Дяня и проклял его.
Служитель архиепископа подошел и отпихнул Гу Чэна, и когда тот едва поднялся с земли, Гу Чэн указал на Цянь Чжичэна, чтобы отчитать и его: "А ты, бесполезный король, как ты мог позволить культу управлять судьбой моей страны Лян".
Лицо Цянь Чжичэна выражало вину, потому что он смог превратить страну Лян в богатую страну, но не смог помешать Ватикану творить здесь всевозможные злодеяния.
"Выведите его, снимите с него кожу, а затем сокрушите кости. Сожгите весь его дом и семью, а затем замучайте до смерти каждого в Академии Ань Цзин..." В глазах У Дяня наконец появился гнев, потому что он не мог поверить, что кто-то осмелится отчитать его перед всеми присутствующими.
"Хотя твоя идея и дерьмовая, похоже, у тебя есть кое-какие яйца", - споко
http://tl.rulate.ru/book/96705/3883593
Готово:
