И Пин бормотал себе под нос, наблюдая за обугленным, полуживым телом Е Цин. Внезапно, из уст юноши вырвался клубок синего дыма, а вместе с ним – слабое, но ощутимое биение жизни.
"Слава небесам, он жив! Не на шутку испугал меня," – облегченно выдохнул И Пин, тут же опрокинув глоток "Воды Природы" в знак торжества.
Однако радость была преждевременной. Живость Е Цин была слабка, как угасающая свеча, которую мог погасить любой порыв ветра. И Пин не мог проверить состояние юноши, не нарушая его хрупкой концентрации.
К счастью, ситуация начала улучшаться. Постепенно, И Пин заметил, как Истинное Пламя Пурпурного Солнца, наполняющее комнату, стало стекаться к Е Цин. Окружающий мир наполнился жаром и светом, превращаясь в пурпурное светило.
И что самое удивительное, жар сосредоточивался только там, где сидел Е Цин, оставляя остальную часть комнаты удивительно прохладной.
Глаза И Пина заблестели, и он облегченно выдохнул: "Уф, кажется, все будет хорошо". Случайно лишить жизни Е Цин было бы грехом и угрозой для его собственного выживания.
Время тянулось медленно. Спустя два часа, по Гробу Небесного Владыки прокатился неземной крик, а затем температура резко упала. Комнаты всех обитателей погрузились в освежающую прохладу, даря радость выжившим.
Все, кроме одного старого даоса. Его комната не остывала, а становилась все жарче.
Е Цин был невидим, не потому, что глаза даоса отказали – юношу полностью поглотило огромное пурпурное пламя. Похожий на пурпурное солнце, он излучал такое количество света и тепла, что И Пин чувствовал, как его печет заживо.
И это было лишь бледной тенью настоящего Солнца, способного уничтожить миллионы одним лучом.
"Я сам в этом виноват, но как я мог представить, что такое возможно?!" – стонал И Пин, мучаясь от боли и самоукоризненных мыслей. Еще мгновение назад, он восхвалял свой ум, а уже сейчас реальность била его по лицу. По несчастному лицу... Но что он мог сделать? Ему самому придется нести тяжесть своих действий!
"Это уж слишком. Нужно убираться отсюда прямо сейчас!"
Не выдержав жары, И Пин бросился к выходу. Хотя находиться вне комнаты слишком долго было опасно, оставаясь здесь, он сварился бы заживо.
Выйдя из комнаты, И Пин запер дверь, чтобы никто не заметил пылающего внутри пурпурного солнца. Дажа спустя дверь, он чувствовал безумный жар.
Пространство за дверью было еще горячим, так как Истинное Пламя Пурпурного Солнца исчезло не так давно, но по сравнению с комнатой, здесь было гораздо прохладнее.
"Уф... вот теперь лучше!"
И Пин с облегчением выдохнул и извлек из "Скорлупы Природы" бутылку отменного вина. Он запрокинул голову и жадно отпил.
*Бум!*
К несчастью, он сделал только два глотка, как из противоположной комнаты выскочил человек. Он был совершенно голый, не единого волоса не было на его теле. Все его тело было обугленным и парящим, И Пин уловил запах жареного мяса. Ясно, что сегодня для воина не удачный день.
Воина звали Чжан Цзюнь, он был поздним стадионным Очистителем Духа. Член "Бесконечного Песка", самой могущественной банды северных земель. Говорили, что в "Бесконечном Песке" собрались герои всего мира, их число так велико, что и песок в пустыне не может с ними сравниться. Возможно, метафора была преувеличена, но их число действительно впечатляло.
Чжан Цзюнь был гением среди своих собратьев в "Бесконечном Песке". Поэтому он никогда не представлял, что окажется в таком ослабленном и унизительном состоянии. Если бы не его Странный Артефакт класса "Пожиратель Душ", огонь превратил бы его в кучу пепла. Даже сейчас, он был тяжело ранен, и выглядел скорее мертвым, чем живым.
Как-то выжив под невыносимым пламенем Огненной Божьей Мотыльки, он решил выйти из комнаты, так как там было слишком жарко и душно. Он не взял с собой новую одежду, потому что, во-первых, его комната была горячее ада, а во-вторых, он был уверен, что все в этот момент отдыхают в своих комнатах, так что никто не увидит его в таком унизительном виде.
Он ошибался. Как только он выскочил из комнаты, его взору предстал одетый в дорогое платье, небесный даос, наслаждающийся вкусной бутылкой вина. Сказать, что старик выглядел так, как будто наслаждается жизнью, было бы недооценкой.
Ревность сразу же захватила Чжан Цзюня. Мы прошли через одно и то же испытание, так почему я выгляжу так, а ты так?
Сначала, Чжан Цзюнь подумал, что старик какой-то недоступный ему по рангу мастер или что-то в этом роде. Когда он проверил старика своими смыслами, то обнаружил, что даос просто Усилитель Сосуда.
Этот старик был мелкой рыбешкой, которую он мог раздавить пальцем, но сейчас он улыбался ему и пил вино, как будто Чжан Цзюнь клоун. Сказать, что он чувствовал себя униженным и злым, было бы недооценкой.
Как он смеет наслаждаться моим несчастьем? Как он смеет выглядеть хорошо, пока я нет? Есть ли кто-нибудь в моем положении, кто мог бы проглотить это унижение без ответа? Нет, нет, говорю я!
И поэтому Чжан Цзюнь позволил своей злой стороне взять верх. "На что ты смотришь, старик?"
И Пин был совершенно сбит с толку. Он просто бросил на воина взгляд, и все. Почему он так злится?
Тем не менее, он был мудрым и великодушным мастером, поэтому И Пин решил не обижаться и отвел взор. Если он не хочет, чтобы я на него смотрел, пусть будет так. Как будто я хотел бы смотреть на голого человека, сгоревшего до угля, подумал он, наслаждаясь еще одним глотком вина.
Я же говорил! Неведомо И Пину, Чжан Цзюнь воспринял его покорный жест как признак слабости. Он был злым, но не настолько, чтобы начать драку, не проведя некоторую разведку. И Пин может выглядеть как Усилитель Сосуда, но кто может сказать, что он не мощный воин, просто притворяющийся слабым? Вот почему он бросил словесный вызов.
Его слова не были особенно оскорбительными, но их можно было воспринять как оскорбление. Предполагая, что И Пин скрывает свою силу, то он обязательно ответит ему на вызов.
Чжан Цзюнь был очень уверен в своей силе. Он считал себя самым сильным воином в этом месте, кроме Сунь Сюаньчжена, Хуо Линглона и Юэ Цзюцзяна, так что даже если И Пин скрывает свою силу, он не может быть сильнее его. В крайнем случае, он был ему равен. Если бы это оказалось так, то Чжан Цзюнь собирался забыть о произошедшем, извиниться и закрыть эту тему.
Однако, если И Пин действительно был просто Усилителем Сосуда, то он не осмелился бы ответить. Это был бы его сигнал выпустить свои разочарования.
Кстати, он был удивлен тем, что Усилитель Сосуда смог пережить такую высокую температуру без единого царапины. После того, как испытание закончилось, он даже смог позволить себе наслаждаться вином. Это могло означать только одно, что у него есть одна или две ценные драгоценности. Если бы он мог получить ту драгоценность, которую держал старый даос, то боль и страдания, которые он пережил с тех пор, как его похитили в это место, окупились бы.
Сердце Чжан Цзюня загорелось жадностью, когда он подумал об этом.
Приняв решение, Чжан Цзюнь злорадно ухмыльнулся И Пину и спросил: "Почему ты отводишь взгляд, старик? Ты смотришь на меня свысока?"
И Пин: "..." Ты ненавидишь, когда я на тебя смотрю, но когда я отвожу взгляд, ты говоришь, что я смотрю на тебя свысока. Чего ты хочешь, мальчик? У тебя очевидно есть что-то против меня.
Хорошо. Я не могу тебя победить, но я могу от тебя скрыться, не так ли?
Итак, И Пин встал без слова и приготовился вернуться в свою комнату.
"Ты думаешь, ты можешь убежать?" Чжан Цзюнь почувствовал еще большую уверенность, увидев реакцию И Пина. "Ты мертв, старик. Никто не смотрит на меня свысока и не остается безнаказанным!"
Чжан Цзюнь немедленно бросился в погоню, но специально немного замедлился, потому что не хотел убивать И Пина на публике. Кто-то мог за ними шпионить.
Как только И Пин открыл дверь и шагнул внутрь, Чжан Цзюнь переступил порог, как молния, крича нагло: "Некуда бежать, стари— "
В следующий момент он почувствовал, как по нему прошла невероятная волна жара. Это почти было похоже на то, как будто он прыгнул в озеро лавы.
Когда его ум догнал его глаза, он понял, что смотрит на огненный шар. Массивный, пурпурный огненный шар, который мог быть мини-солнцем.
Огненный шар? Почему в комнате огненный шар? И почему он тоже пурпурного цвета? Ум Чжан Цзюня бегал. Подождите, почему я использовал слова "тоже"?
У него не было времени думать. В следующий момент старый даос крикнул в огненный шар: "Брат, спасай меня!"
"Ты только что назвал огненный шар своим братом? Ты сумасшедший, или я сумасшедший?" Чжан Цзюнь не смог удержаться от того, чтобы не крикнуть. Все это было так нелепо, что он мог бы засмеяться, но по какой-то причине он чувствовал в своем го
http://tl.rulate.ru/book/96370/4175466
Готово:
