— Тебе не стоило этого делать, брат, — вздохнул И Пин, наблюдая, как Е Цин каплями Воды Природы восстанавливает свои раздавленные пальцы. — Неужели это было так необходимо?
— Необходимо, если я хочу выжить, — загадочно ответил Е Цин, беззаботно улыбаясь, улыбкой, где смешивались бессилие и вызов.
— Что с тобой произошло, брат?
И Пин не знал, что случилось с Е Цином, но очевидно, что случилось что-то серьезное, раз тот говорит подобные вещи.
— Ты правда хочешь знать? — его улыбка стала игривой.
— Э? Неужели я что-то сказал? Я ничего не помню, странно… — И Пин тут же сделал вид, что ничего не произошло, почесывая затылок. Он знал, что в это дело вмешался Великий Мастер Чжоу Хэншань, и, возможно, есть и другие, более могущественные рыбы в этом пруду. Учитывая, что он сам был всего лишь ничтожным Усилителем Сосудов, это знание могло только повредить. Вот почему он тут же передумал.
— Не волнуйся, я тебе обо всем расскажу, когда мы выберемся отсюда живыми, — заявил Е Цин с хитрой ухмылкой.
— Нет, все в порядке. Я не хочу ничего слышать, — серьезно ответил И Пин, качая головой.
— Хочешь, — настаивал Е Цин с той же ухмылкой. — Ты узнаешь, даже если не хочешь.
Понимая, что не сможет переубедить Е Цина, И Пин захотел дать себе пощечину. Что ты, черт возьми, такой любопытный?! Теперь мы оба в беде!
— Но это тема для другого разговора. Ты человек светский, верно, брат? Сколько людей ты узнаешь в этом месте? — Е Цин сделал вид, что не замечает глубокого сожаления в глазах И Пина, и перевел разговор на другую тему.
И Пин тут же встрепенулся. Не замышляет ли он что-то? Он настороженно наблюдал за Е Цином, спрашивая: — Зачем тебе это знать?
— Просто интересно, — таинственно улыбнулся Е Цин. — Хочу знать об их прошлом, вот и все.
— Я никого из них не знаю, — И Пин покачал головой, одаривая Е Цина взглядом, полным еще большей подозрительности. Как же я тебе верю! Ты самый мерзкий тип, которого я встречал!
— Нет, знаешь, — возразил Е Цин с улыбкой.
— Может, просто будем лежать низко и спокойно пережить эту передрягу, брат? — вздохнул И Пин. Он никак не мог понять, почему Е Цин упорно стремится к гибели, когда есть шанс выжить.
— Я и лежу низко. Просто хочу знать, кто они, вот и все, — невинно моргал Е Цин.
— Ты... а, к черту! — внезапно выдохнул И Пин. — Делай, что хочешь. Только не впутывай меня в свои заговоры. Я не планирую умирать в ближайшее время, понял?
— Не волнуйся. Ты будешь жить, пока я жив, брат, — уверенно заявил Е Цин.
— От таких слов у меня не прибавляется уверенности, брат, — пожаловался И Пин, прежде чем перейти к более серьезной теме. — Помимо Юэ Цзюэцзяна, Сун Сюаньчжэна и Хуо Линлонг, я думаю, узнал еще восемь воинов.
— Всего восемь? — Е Цин нахмурился, недовольный.
— Ты думаешь, я всеведущий бог? Если уж на то пошло, ты должен быть впечатлен, что я смог опознать столько людей только по одежде и боевому стилю! — И Пин разозлился. — Если ты считаешь это недостаточным, можешь опознавать их сам!
— Извини, извини, это все моя вина. Продолжай, пожалуйста, брат, — торопливо успокаивал его Е Цин, принимая почтительное выражение. И Пин становился слегка пугающим, когда злился.
Вздыхая, И Пин медленно начал: — Ладно, начнем. Помнишь того невысокого, коренастого парня с шрамом на лице? Он с горы Дикуй, одного из тридцати шести неортодоксальных сект. Легенда гласит, что гора Дикуй была ответвлением Небесной Секты Куйсин, и они специализируются на искусстве Дикуй, форме боевого искусства, закаляющего тело…
— Если я не ошибаюсь, тот добропорядочный мужчина средних лет, похожий на фермера, — на самом деле тот, кого зовут Пожиратель Сердец, один из Восьми Призраков Отряда Перемещающих Горы. Ты знаешь, что Отряд Перемещающих Горы — один из Тринадцати Отрядов? Хорошо. Он может выглядеть робким и обычным снаружи, но он, несомненно, самый жестокий ублюдок из всех Восьми Призраков. Как следует из его имени, он любит есть человеческие сердца, особенно сердце младенца…
…
Вскоре И Пин рассказал ему все, что знал о восьми воинах. Как по сигналу, в комнате появились два клубочка Пронзительной Желтой Ци.
Е Цин бросил взгляд на Пронзительную Желтую Ци, но не использовал их, как делал раньше. Вместо этого он подошел к двери и слегка приоткрыл ее. Щель была настолько маленькой, что ее было невозможно заметить, если не стоять рядом. Определенно она была недостаточно большой, чтобы Е Цин мог выглянуть наружу и осмотреть окрестности. Но это было не важно, так как он воспринимал окружение с помощью демонических мыслей, а не зрения.
— Что ты делаешь, брат? — с любопытством спросил И Пин.
— Подглядываю, — ответил Е Цин с хитрой ухмылкой. И Пин закатил глаза в ответ и саркастически подумал, что у Е Цина ждет блестящее будущее.
Спустя дюжину вдохов, Юэ Цзюэцзян, Сун Сюаньчжэн и Хуо Линлонг один за другим покинули свои комнаты. Он видел, как Хуо Линлонг приветствовала двоих мужчин с яркой улыбкой на лице. Мужчины кивнули ей в ответ.
В этот момент Сун Сюаньчжэн вспомнил что-то и посмотрел на Юэ Цзюэцзяна: — В первый раз ты сам собираешь Пронзительную Желтую Ци, да? Какое редкое зрелище.
— К чему ты клонишь? — выражение лица Юэ Цзюэцзяна стало противным, когда он это услышал.
— Ни к чему. Просто делаю наблюдение, вот и все, — ответил Сун Сюаньчжэн, подняв бровь, после чего вдруг засмеялся. — Ха-ха-ха!
— Чего ты смеешься? — холодно спросил Юэ Цзюэцзян.
— Просто хорошее настроение сегодня. Нельзя разве смеяться в этом месте? — спросил Сун Сюаньчжэн с широкой улыбкой.
Вчера Юэ Цзюэцзян принудил его показать содержимое своей Раковины Природы. Это был утомительный и унизительный день, мягко говоря. Однако Юэ Цзюэцзян в конечном итоге не нашел его сокровище и теперь был вынужден сам собирать Пронзительную Желтую Ци, как он и Хуо Линлонг. Одна только мысль об этом вызывала у Сун Сюаньчжэна восторг, подобный глотку ледяной воды в особенно солнечный день.
Раньше Юэ Цзюэцзян поручал своему подчиненному собирать Пронзительную Желтую Ци за него. За исключением первого раза, он даже не показывался во время их обычных встреч. Тыква Пронзительной Желтой Ци позволяла ему с легкостью собирать десятки клубочков Пронзительной Желтой Ци, и, хотя он никогда не пытался обманывать их, несправедливость все равно раздражала Сун Сюаньчжэна, как гвозди по грифельной доске. Они все были людьми, так почему же только Юэ Цзюэцзян мог вести себя так, будто он лучше остальных?
Но теперь Юэ Цзюэцзян потерял Тыкву Пронзительной Желтой Ци. Не имея возможности хранить Пронзительную Желтую Ци, он был вынужден лично посещать каждого воина и хранить их Пронзительную Желтую Ци в своем животе, прежде чем медленно очищать ее в своей комнате.
Другими словами, выпендрежник наконец получил свою карму.
— Ну, я пойду собирать свою Пронзительную Желтую Ци, поэтому увидимся позже. Ха-ха-ха-ха! — Сун Сюаньчжэн засмеялся еще громче, увидев, что цвет лица Юэ Цзюэцзяна почернел, как уголь. Он повернулся спиной к потомку Зала Земного Владыки и медленно ушел.
Щелк!
Юэ Цзюэцзян злобно сверлил Сун Сюаньчжэна глазами и так сильно сжал кулаки, что на тыльной стороне его руки вздулись вены. Ему ничего не хотелось больше, чем убить Сун Сюаньчжэна прямо здесь и сейчас.
— Ха-ха... не злись, дорогой. Ты не забыл, зачем мы здесь, да? —
В этот момент Хуо Линлонг шагнула вперед и сжала руки Юэ Цзюэцзяна между своими грудями. Она прислонила подбородок к его плечу и прошептала: — Если ты действительно не можешь смириться, я помогу тебе отомстить, когда мы выберемся отсюда. Что скажешь?
Теплое дыхание, щекочущее его ухо, соблазнительный голос, пьянящий разум, слабый аромат, казавшийся слаще свежего воздуха, и тело в форме песочных часов, вызывающее бесконечные фантазии, прокрались в сердце Юэ Цзюэцзяна, как крошечные огоньки. Объединившись, они внезапно превратились в бушующее пламя.
Глаза молодого человека медленно покраснели, а дыхание становилось все тяжелее и тяжелее. Он медленно повернулся, чтобы посмотреть на Хуо Линлонг, как будто хотел ее съесть. Однако Хуо Линлонг, казалось, не чувствовала ни малейшего страха, ее улыбка становилась все более соблазнительной с течением времени. Она выглядела как огонь в кромешной ночи, и каждый, кто смотрел на нее, хотел броситься в ее пламя, даже ценой своей жизни.
Внезапно из одежды Юэ Цзюэцзяна вылетела человекоподобная кукла, сделанная из какой-то кожи. Паря в воздухе, она приняла позу лошади, дважды крутанула правой рукой и наклонилась вбок примерно на сто восемьдесят градусов, прежде чем, наконец, с силой шлепнула Юэ Цзюэцзяна по лицу.
Хлоп!
Это был такой громкий и четкий хлопок, что звук разнесся по всему Гробу Земного Владыки. Более того, Юэ Цзюэцзян был отброшен в воздух, прежде чем с силой врезался в стену за ним.
— Матерь божья…
Е Цин все это время подглядывал за трио, и его глаза расширились от удивления и одобрения, когда он увидел это. Эта кожаная кукла бьет почти так же хорошо, как и я!
С другой стороны, эта кожаная кукла, вероятно, была каким-то особым Странным Артефактом, и она только что спасла жизнь Юэ Цзюэцзяну.
Как и следовало ожидать от практикующего Темные Пути, боевое искусство Хуо Линлонг было столь же дьявольским, сколь и непредсказуемым. Она могла разжигать страсть своей цели и подчинять ее своей воле даже с помощью самых безвредных жестов.
Юэ Цзюэцзян на секунду потерял бдительность, и он чуть не погиб от похоти и попал под влияние коварных замыслов Хуо Линлонг. К счастью для него, кожаная кукла появилась в решающий момент и разбудила его пощечиной.
После того, как Юэ Цзюэцзян поднялся на ноги, он посмотрел на Хуо Линлонг с ненавистью и спросил: — Что ты со мной сделала?
— Я всего лишь хрупкая женщина. Что я могу тебе сделать? — невинно хихикнула Хуо Линлонг. Вид ее дрожащих изгибов разжег в его сердце новый огонь, но, когда кожаная кукла потирала ладони, словно предвкушая новый удар, Юэ Цзюэцзян опомнился и поспешно убрал ее. Он бросил на Хуо Линлонг последний взгляд, прежде чем уйти.
— Ха-ха-ха... забавно, — Хуо Линлонг в последний раз хихикнула, прежде чем направиться в комнату.
http://tl.rulate.ru/book/96370/4175330
Готово:
