## Глава 249. Тишина перед бурей
"Хорошая идея."
Фэн Цинъю улыбнулась ему, "Ты собираешься убить десятки, если не сотни людей, имея только двоих. Смелость твоя, несомненно, заслуживает похвалы."
"Ха-ха-ха! Я знаю, что это рискованно. Поэтому я и обратился к тебе, дядя Фэн!"
Хотя Гу Суйтан обещал, что все пойдет гладко, Е Цин всё равно чувствовал себя не в своей тарелке. Именно поэтому он решил обратиться к Фэн Цинъю.
Он был смелым человеком, но когда дело касалось жизни, становился чрезвычайно осторожным. Предосторожность всегда лучше, чем сожаления.
Он обратился к Фэн Цинъю, поскольку единственными мастерами в Ло Шуй, известных ему, были Гу Суйтан, Фан Сяоман и дядя Фэн.
Из троих только силу дяди Фэна он не мог оценить на данный момент. Если он не ошибался, дядя Фэн был, вероятно, сильнее Гу Суйтана, поэтому он решил обратиться к нему.
"Цинъю, ты можешь сказать мне, какой уровень у дяди Фэна?"
Фэн Цинъю косо посмотрела на него и отпила из своей чашки чая. "Он довольно силен."
"О? И насколько он силен, точнее? Сильнее, чем даже глава Гу?" Глаза Е Цина загорелись.
Фэн Цинъю улыбнулась. "Да. Его сил более чем достаточно, чтобы быть твоей охраной."
"Прекрасно!" Е Цин хлопнул себя по бедру и потер руки. "Так что, могу я одолжить дядю Фэна на ночь?"
Она элегантно погладила свою нефритовую чашу, отвечая: "Боюсь, я не могу решать за дядю Фэна. Тебе придется спросить его самому."
"Дядя Фэн? Ты можешь войти, пожалуйста?"
Как только она это произнесла, дядя Фэн внезапно появился в зале. Он поклонился ей и приветствовал: "Мисс."
Он был, словно призрак. Е Цин не ощущал его присутствия ни на секунду. Этот человек мог стоять прямо за его спиной, а он бы все равно не заметил, пока не обернулся.
"У тебя есть вопрос к дяде Фэну, верно, Безликий?" Фэн Цинъю вырвала Е Цина из его задумчивости.
"Верно!" Е Цин посмотрел на старика, внешне ничем не отличающегося от добродушного пожилого соседа, и начал: "Дело в том, что..."
Закончив рассказывать о своем плане, он добавил: "Вот почему я прошу о вашей помощи, дядя Фэн."
"Тебе не обязательно показываться сразу. Просто оставайся в скрытности, пока давление не станет слишком сильным для меня, или если произойдет что-то неожиданное."
"Конечно, я не буду просить вас работать бесплатно. Когда этот вопрос будет решен, я угощу вас пятью кувшинами тридцатилетнего вина "Грушевый цвет". Что скажешь?"
Е Цин знал, что дядя Фэн любил выпить. Поэтому он всегда приносил как минимум пару кувшинов вина и наслаждался выпивкой с дядей Фэном, когда навещал Клиннику Небесного Сердца.
К удивлению и разочарованию Е Цина, дядя Фэн покачал головой. Именно в тот момент, когда он уже решил, что дядя Фэн откажет ему, старик произнес: "Пять - недостаточно. Я хочу десять."
Е Цин воскликнул в восторге: "Отлично! Это будет весело!"
Дядя Фэн снова покачал головой: "Ты будешь пить со мной? Если да, то это неприемлемо. В конце концов, это все равно будет пять кувшинов, если мы разделим их пополам."
Е Цин улыбнулся. "Тогда сделаем двадцать."
Дядя Фэн ухмыльнулся, обнажив пожелтевшие зубы. "Хорошо."
"Спасибо за сотрудничество, дядя Фэн." Е Цин широко улыбнулся. "Теперь все, что нам остается сделать, - это ждать, когда рыба клюнет на удочку."
...
"Отец, наш шпион в Бюро Умиротворения только что сообщил, что Е Цин планирует покинуть Ло Шуй сегодня ночью!" Вэнь Цзайлай сразу же забежал в комнату Ван Луои.
"Е Цин покидает Ло Шуй? Но почему? Разве он не был тяжело ранен и в коме сейчас?" Ван Луои открыл глаза и выразил замешательство.
Вэнь Цзайлай объяснил: "Это потому, что это хитрость, придуманная Е Цингом и Гу Суйтаном. Притворившись бессильным и убедив всех, что он недееспособен, никто не подумает, что он на самом деле планирует тайком выйти из Ло Шуй сегодня ночью."
"Этот хитрый ублюдок! Он почти всех обманул!" Ван Луои сердито хлопнул по столу. "Этот старый ублюдок не лучше своего приспешника."
"Я хочу, чтобы все глаза были устремлены на Бюро Умиротворения и Е Цина, Цзайлай. Как только Е Цин покинет Ло Шуй, я разорву его на миллион частей."
...
"Господин, этот ублюдок планирует покинуть Ло Шуй сегодня ночью."
"И правда? Отправьте кого-нибудь, чтобы следить за ним. Когда время придет, убейте его. Юэчунь был моим однокашником и близким другом, но этот ублюдок разрушил его жизнь и репутацию. Я не могу этого стерпеть!"
"Юэчунь отомстит, и его смерть - единственное, что решит проблему Ло Шуй раз и навсегда и успокоит людей."
...
"Он покидает Ло Шуй? Что за чудесная новость! Как только он выйдет из города, я заставлю его пожелать смерти. Пан Кун, собери людей. Мы немедленно покидаем город и строим засаду. Я должен получить шкуру этого ублюдка, чтобы унять ярость в моей груди!"
"Немедленно. И не беспокойтесь, Маленький Командир. Он не уйдет."
"Кстати, нам нужно замаскироваться под бойцов цзянху. Еще не время воевать с Бюро Умиротворения. Таким образом, мы сможем убить Е Цина, унизить Бюро Умиротворения и обеспечить себе алиби."
"Хехе. Мудрое решение, Маленький Командир."
...
"Заговор? Вы говорите, что все, что произошло сегодня, - заговор? Е Цин планирует сбежать?"
"Вы уверены?"
"Конечно, я уверен. Я потратил много денег, чтобы купить эту информацию. Не может быть ошибки."
"Этот хитрый сын суки! Он играет с нами, как с обезьяной! Мы должны рассказать нашим братьям и сестрам, нет, всем об этом. Мы убьем Е Цина, как только он выйдет из города!"
"Да! Кто он такой, чтобы думать о себе так? Я порежу его тело на кубики, пока от него ничего не останется!"
"Все говорят о нем сейчас. Если нам удастся убить его, то мы получим и славу, и богатство. Что еще нужно?" "Ха-ха-ха..."
...
Похожие сцены происходили по всему Ло Шуй. Будь то слава, выгода, месть, ненависть или просто любопытство, все начали мобилизоваться. Это была тишина перед бурей.
Когда наступила ночь, человек среднего возраста с восковым желтым лицом и абсолютно обычной внешностью выехал из города на карете. Он был полностью незаметен, как и все остальные обычные люди, которые покидали город.
Выехав из города, человек среднего возраста бесцеремонно направил лошадей по отмеченному маршруту и побежал в неизвестность в умеренном темпе. Время от времени он напевал не в такт народную песню и пугал бесчисленных птиц.
Человек, карета и птицы отбрасывали длинную, длинную тень под умирающими лучами заката. Это выглядело положительно сказочно.
Однако человек среднего возраста, казалось, не замечал, что бесчисленное количество бойцов цзянху в масках выехали из города вскоре после его отъезда. Он также не заметил подозрительные силуэты, скрывающиеся среди теней, куда не доходили лучи заката. Их оружие блестело, как зубы Чужаков в тьме.
Закат был очень красив, но красивые вещи имели тенденцию быстро исчезать. Всего через пять километров последний луч света попрощался с миром и оставил после себя только черную тьму.
Черт, эти парни слишком осторожны. Я уже достаточно далеко от города, а они все еще не атакуют меня, подумал человек среднего возраста, в то время как махнул хлыстом. Это был ни кто иной, как Е Цин в маскараде.
Он не понимал их беспокойства. Они боялись, что суматоха привлечет внимание Бюро Умиротворения. Однако, они уже были в пяти километрах от Ло Шуй. В таком темпе он заблудится, прежде чем они атакуют его.
Свист!
Как по сигналу, свистящий звук внезапно попал ему в уши. Е Цин немедленно махнул хлыстом и поймал метательный нож, который летел прямо на него. С размаха метательный нож полетел обратно туда, откуда прилетел, еще быстрее прежнего.
"Хмф!" Из тьмы раздался приглушенный стоп.
Под каретой был человек, цепляющийся за дно, как паук. Точнее, он цеплялся за толстую и массивную паутину.
Не был известен тот момент, когда появился человек или паутина, только то, что они питали злобные намерения по отношению к Е Цину. Щеки человека надувались и сдувались, когда он плюнул то, что выглядело как черное яйцо, на паутину. Он будет повторять это, пока вся паутина не будет покрыта черными яйцами.
Треск треск треск...
Когда он плюнул глоток черной ци на яйца, они немедленно вылупились в маленьких черных пауков. Они забрались на карету и устремились к Е Цину, как поток.
"Что это? Пауки?"
Через два или три вдоха Е Цин воскликнул от удивления и выпустил волну "Жгучего Ветра". Она мгновенно превратила рою пауков в пепел.
Под каретой человек вылез на свет и скрестил руки на груди. Бесчисленное количество паутины вылетело из его спины и окружило Е Цина со всех сторон.
"Черный Паук?" Е Цин нанес удар кулаком и сжег паутину в пепел, но Черный Паук смог сделать невозможный поворот и избежать силы удара волос на волосок. Как призрак, он приземлился на ближайшее дерево и ухмыльнулся. "Кекеке ... ты не уйдешь, Е Цин."
Е Цин сделал вид, что вздрогнул и покачал головой. "Кто такой Е Цин? Ты ошибся адресом."
"Кекеке. Бесполезно отрицать. Ты - Е Цин." Черный Паук захохотал. "Ты, должно быть, думаешь, что ты так умен, играя с нами, как с мандолиной. Но на этот раз ты перегнул палку."
"Сегодня ты умираешь."
"Ха! Ты думаешь, что можешь убить меня в одиночку?" Е Цин проворчал с презрением.
"Конечно, нет. Но я не один, не так ли?" Черный Паук ухмыльнулся от уха до уха.
"Нет, не один."
Карлик-человек, ростом чуть выше метра, но невероятно крепкий, вышел на свет.
"Я здесь."
Человек среднего возраста с синей змеей, окружающей его высокую шляпу, пошел следом.
"И я тоже здесь."
Странный старик с неухоженными волосами и рваной одеждой вышел из теней.
"Не забудь обо мне."
Женщина с фигурой песочных часов вышла из за кареты. Странным образом, у нее не было головы.
"Амитабха..."
Вышел монах, несущий буддистские четки. Он выглядел еще страннее, чем женщина, потому что его нижняя часть тела была полностью лишена плоти.
...
Все больше и больше людей выходило из теней. Некоторые выглядели странно, некоторые выглядели свирепо, а некоторые - демонически. Однако у всех них была одна общее. Все они ненавиде
http://tl.rulate.ru/book/96370/4162066
Готово:
