Готовый перевод Monochrome / Монохромный (Harry Potter / Гарри Поттер) - Архив: Глава 3.1

Глава 3.1 

Встреча с Амелией Боунс оставила у Гарри чувство нарастающего ужаса. После её ухода профессор Дамблдор показал ему его теперь уже "мёртвую" палочку. Ритмичное биение сердца становилось всё тише и тише, когда палочка отказывалась произносить нужные заклинания. Даже ни одного Люмоса. Действительно, почему он ожидал другого? У него планомерно отнимали каждую крупицу счастья. 

На этот раз это была его палочка. Что дальше, Хедвиг? А что потом? Может быть... 

— Поттер? 

Голос МакГонагалл прервал его мысли. Потребовалось мгновение, чтобы понять, что он стоит посреди пустого коридора. Он был настолько поглощён шоком, что не заметил, как начал ходить. Он даже не заметил, как к нему подошел староста. 

Внутренне содрогаясь, он сказал:  

— Да, профессор МакГонагалл? 

— С вами всё в порядке? — спросила она, её лицо было мягче, чем он когда-либо видел на обычно суровом лице. 

— Я... в порядке, — коротко ответил он. Что он должен был сказать? Хи-хо! Моя палочка сдохла. Давай возьмём другую? 

Она кивнула.  

— Понятно. Значит, все так плохо. 

Гарри почувствовал, что его терпение иссякает. Почему эта женщина не понимает? Какая часть фразы "Я в порядке" говорит о том, что ситуация не в порядке? И вообще, какое дело МакГонагалл до этого? Она была совершенно спокойна, когда в начале года Малфой и его подручные, а также половина Хогвартса превратили его жизнь в ад. Если бы не поддержка Гриффиндора, он был бы подвергнут остракизму и стал бы изгоем. 

— Поттер, я понимаю, что вы, должно быть, чувствуете себя плохо из-за сложившейся ситуации. Но... 

— Я сказал, что я в порядке! — Гарри сорвался с места, его разочарование наконец-то взяло верх. — Почему вы постоянно повторяете одно и то же? 

Старая преподавательница трансфигурации сузила глаза.  

— Я вижу, как у вас в голове зашевелились шестеренки, Поттер. Я работаю в этой профессии уже более четырех десятилетий, и я вижу переходный период, когда вижу его. 

— Что вы имеете в виду? — прорычал он. 

МакГонагалл подняла правую руку и начала считать пальцы.  

— Неделю назад у вас был околосмертный опыт. Большую часть недели вы пролежали в больничном крыле, страдая от острого случая магического затопления. Через несколько мгновений после пробуждения Министерство, проявив бесконечную мудрость, подвергло вас тщательному допросу, который, возможно, вскрыл старые раны. А теперь вы узнали, что ваша палочка не реагирует и, возможно, мертва. Я ничего не забыла? 

 — Да, — ответил Гарри, внутренне подыскивая наиболее обидную для него вещь. — У меня не было околосмертного опыта, профессор. Этот ублюдок ударил меня убийственным проклятием. 

Профессор МакГонагалл открыла рот. 

— Нет, теперь у меня нет шрамов. Я проверил. 

-и тут же закрыла его. 

Гарри медленно выдохнул, покачав головой.  

— Простите за это, профессор. Просто... они думают, что я убил Седрика Диггори, этого сукина сына... 

МакГонагалл прочистила горло. 

— Чистокровный Дом, который напал на меня сзади, — неловко закончил Гарри. — И теперь моя палочка мертва, а профессор Дамблдор, наверное, собирает мои вещи, чтобы отправить меня обратно к моим чертовым родственникам. 

Она снова прочистила горло. 

— Послушай, мы не сможем нормально поговорить, если ты будешь обижаться на каждое мое слово, ясно? — Он пристально посмотрел на нее, словно пытаясь доказать свою точку зрения. 

Старшая женщина приподняла одну бровь. 

Гарри сдулся, как проколотый воздушный шарик.  

— ...Извините. Еще раз. Просто... 

— Понимаю, — сказал профессор трансфигурации. — Подобный эмоциональный багаж может повлиять на психику. Опасная вещь, учитывая, что естественный инстинкт человека - блокировать все неприятные эмоции и чувства. То, что вы не стали нападать на меня или проявлять более открытую враждебность, честно говоря, удивляет  

— Значит ли это, что вы не станете винить меня, если я прокляну Снейпа? 

Гарри моргнул. Его рот снова сорвался, не посоветовавшись сначала с остальными частями тела.  

— Э-э-э... Я сказал это вслух, не так ли? 

— Да, — отчеканила она. Затем выражение ее лица смягчилось. — А этот разговор похож на то, как будто смотришь в старое зеркало. 

— Что вы имеете в виду? 

На ее губах появилась небольшая улыбка.  

— Сейчас вы очень напоминаете мне Джеймса Поттера. То же непринужденное высокомерие. Тот же дерзкий тон. Привычка пускать в ход язык, а не мысли... 

Гарри не смог сдержаться. Он хихикнул. 

МакГонагалл приподняла бровь. 

— Извините, — снова хихикнул он. — Это первый раз, когда кто-то, кроме Снейпа, сравнил меня с моим отцом. 

МакГонагалл поджала губы.  

— Альбус сказал мне, что вы переживаете эмоциональные потрясения, но видеть это наяву более чем странно. — Она сделала небольшую паузу. — Я всегда считала, что вы больше похожи на свою мать, чем на отца. Лили была такой же, как и вы, любопытной до самых странных вещей, всегда носила свое сердце на рукаве, несмотря на многочисленные попытки Северуса исправить... 

— Что? 

— Прошу прощения? 

— Я могу поклясться, что вы сказали что-то очень возмутительное, профессор. Вы хотите сказать, что Снейп знал мою мать? 

— Профессор Снейп и ваша мать были очень хорошими друзьями, пока не отдалились друг от друга на шестом курсе. Наверное, это было к лучшему, — пробормотала она. —В условиях растущей напряженности и надвигающегося Темного Лорда дружба с кем-то из Дома Слизерин могла быть опасной для них обоих. 

Гарри был совершенно ошеломлен. Его мать дружила со Снейпом? С тем самым хнычущим летучим мышонком в подземельях? С тем, кто вырезал очки за дыхание и обрушивался на гриффиндорцев со всей приветливостью социопата? Этот Снейп? Нет. Ни за что на свете.  

— Тогда почему он так меня ненавидит? 

Да. То, что он разинул рот, будет проблемой. Гарри был уверен в этом. 

— Профессор Снейп... это сложно. Его причины - его собственные, и не мне их раскрывать, — ответила старая учительница трансфигурации. — Однако я могу сказать, чтобы вы не теряли надежды. Я уверена, что профессор Дамблдор позаботится о том, чтобы вы как можно скорее получили запасную палочку. 

— Значит, её нельзя починить, да? — пробормотал Гарри, чувствуя себя угрюмым из-за этого. — Я надеялся... 

МакГонагалл ободряюще сжала его плечо.  

— Потеря палочки - это то, что случается с большинством ведьм и волшебников. Если я помню, твой друг Рон пережил нечто подобное на втором курсе... 

— У него была старая палочка, - упрямо возразил Гарри. Палочка Рона была... передана по наследству. Его палочка с фениксом была особенной. Она выбрала его. Палочка выбрала волшебника. Олливандер так сказал. 

Они были... 

— Разные, — пробормотал Гарри. — Не одинаковые. Моя палочка была особенной. 

— В каком смысле? 

— Олливандер сказал мне, что феникс, чье перо лежит в моей палочке, дал еще только одно перо. 

— И кто же получил второе? 

— Лорд Волдеморт. 

МакГонагалл вздрогнула. 

Гарри старательно избегал её взгляда. 

—  Профессор Дамблдор сказал мне, что это часть сходства между мной и... им. Он сказал мне, что в ту ночь, когда он напал на меня, Волдеморт дал мне силы. Моя связь с палочкой, моя способность к языку парселта... 

— Это полная чушь, Поттер, — заявила МакГонагалл, удивив его. — Я не специалист, но парселтонг печально известен как фамильная черта семьи Гонт, которая передается через кровь. А не через какой-то, —ее взгляд метнулся к его лбу, — шрам-проклятие. 

Хэри вспомнил, что Боунс говорил что-то в этом роде. 

— Профессор, что такое тест на родословную? 

— Чрезвычайно дорогой товар, продающийся в Гринготтсе, — нахмурилась она. — Он используется для того, чтобы заманить неопытных магглорожденных и заставить их потратить все свои деньги в надежде на богатство и признание. 

Это... заставило его замолчать. 

— Откуда вы узнали об этом, Поттер? 

— Мадам Боунс упоминала об этом. 

— Правда?— пробормотала шотландка. — Полагаю, это имеет смысл. Вполне возможно, что в родословной Лили может быть сквиб Гаунт. 

— То есть вы хотите сказать, что я родственник Волде... — она вздрогнула, -—Морту? 

— Большинство чистокровных семей состоят в родстве друг с другом. Вы должны как-нибудь обязательно посмотреть на гобелен Поттеров. Гоблины должны разрешить тебе доступ к нему. 

Отлично. Осталось только узнать, что такое гобелен. Остальное приложится. 

— Как ты думаешь, профессор Дамблдор разрешит? — спросил он. — Проверить гобелен Поттера? 

Как бы странно это ни было, но вопрос был вполне резонный. Дамблдор всегда держал в руках все карты своей жизни - лето, школа, дом. Даже ключ от Гринготтса хранился у него все одиннадцать лет его жизни. Почему это так, можно было только догадываться. 

— Я не думаю, что это будет проблемой, Поттер, — властно ответила женщина. — Если больше ничего нет? 

— Нет, спасибо, профессор, — ответил Поттер, в голове у него проносились разные мысли, пока мастер трансфигурации выходила из комнаты. 

Канцелярия Министра Магии. 

Tоп! Топ! Топ! 

У Корнелиуса Фаджа была ужасная неделя. 

Всё началось с ночи, когда было проведено Третье задание Тривизардного турнира. Оглядываясь назад, можно было бы сказать, что Людо Бэгмен выиграл пари, и это было достаточным предзнаменованием, чтобы понять, что что-то совершенно не так. Этому человеку не везло в ставках. На самом деле, если бы существовала магическая черта, называемая "Сосун", Людо был бы тем волшебником, который унаследовал ее. 

Увидеть, как Бэгмен выиграл не одну ставку, а забрал домой настоящий джекпот в шестьсот галеонов вместе с редкой бутылкой огденского виски 1863 года Grand Cru Firewhiskey, должно было стать сигналом к концу времен. Серьезно, где были эти ботаники-гадальщики, когда они так нужны? 

И вот теперь весь его мир был повергнут в смятение. 

Топ! Топ! Топ! 

Двенадцать чистокровных были найдены мёртвыми, пятеро из них занимали места в Визенгамоте, а трое были настоящими лордами Древних Домов. Остальные четверо занимали солидные бюрократические должности в министерстве. Последний был студентом Хогвартса и, кроме того, чемпионом Тривизарда. 

Все они были найдены в регалиях Пожирателей смерти, убитыми и гниющими из-за необъяснимого магического явления, связанного с одним Гарри Джеймсом Поттером. Мальчик-Который-Выжил. 

Но самое главное - все они были членами его не очень скромного блока избирателей. Семьи жаждали крови. Благородный и древнейший Дом Селвин потерял своего лорда и теперь находился в состоянии вечного конфликта по поводу будущего своей светлости. Положение Древнего Дома Ноттов было не менее шатким. Конечно, оставался вопрос, почему эти люди были одеты в регалии Пожирателей смерти, но Люциус заверил его, что на эту странность должен быть вполне разумный ответ. 

Кроме того, у Министерства было только слово Дамблдора о том, что там были найдены тела. Насколько Корнелиус знал, хитрый старик всё это подстроил. 

И это ещё не считая абсурдных слухов, которые ходили вокруг. Сами-Знаете-Кто вернулся из мертвых? Клянусь обвисшими трусами Мерлина, одно это доказывало, что Дамблдор сходит с ума. 

Люди умирали, когда их убивали. И после смерти они не возвращались к жизни. 

Нет. Весь этот фарс был написан именем Дамблдора. Он был уверен в этом. Он был абсолютно уверен в этом. 

Его пальцы стали быстрее барабанить по столешнице - признак растущего беспокойства. Несмотря на годы практики и лечения, эта привычка всегда казалась ему недоступной. Неконтролируемой. 

Топ! Топ! Топ! 

До выборов еще целый год, но такой проигрыш сейчас? Нет, это намеренно. Дамблдор... Дамблдор нацелился на мой блок. Неважно, что он говорит. Он... По крайней мере, у меня еще есть Люциус. Если он каким-то образом оказался... 

http://tl.rulate.ru/book/96340/3297780