Мир Снов.
На Чаше Бога проступило имя артефакта —
вместе с его полным описанием:
> **Божественный артефакт: Кукла на нити судьбы**
> **Серийный номер 19**
> Второй святой, мастер-ремесленник Стэн Тито,
> создал великое творение под названием «Кукла на нити судьбы».
> Оригинал давно исчез,
> но история и память о нём живы.
> Этот артефакт воссоздан по мотивам той работы,
> и в его имени слово «судьба» заменили на «предначертание»,
> ибо он символизирует не только рок,
> но и завет, передаваемый сквозь века.
> **Свойство 1 — Нить памяти:**
> Камень знаний, сотканный из воспоминаний и разума Сяо,
> заключает в себе память Камона, старшего сына Барро.
> Нить памяти способна управлять чужим телом,
> похищать разум и менять воспоминания.
> Сама по себе она бездумна,
> но, овладев телом носителя,
> обретает его ум и может мыслить.
> Слуга Сяо — Камон, ставший Нитью памяти,
> вечно следует некогда составленному плану,
> пока тот не будет исполнен.
> **Свойство 2 — Кукла личности:**
> Камень желания, сотканный из воли и стремлений Сяо,
> заключает в себе личность и желание Шаны, младшего сына Барро.
> Эта теневая кукла ищет носителей,
> передаваясь из поколения в поколение,
> сохраняя одну и ту же сущность
> и повинуясь Нити памяти.
> Она всегда тянется к тому, что было утрачено.
Шана, вновь увидев сереброкрылую дракониху,
только вспомнил прошлое и не стал ничего предпринимать.
Дюма тоже заметила его,
но не придала значения —
приняла за случайного путника.
Но вдруг другая тень ринулась к горе,
прямо к Дюме.
Она нахмурилась и оглянулась.
— Кто там?..
Из облаков потянулись белые нити,
ползущие, как полчища червей.
Они сплелись в человеческий силуэт.
Существо из нитей дрожало,
его движения были хаотичны.
— Это ты…
— Это ты…
— Нашёл… наконец нашёл…
— Нашёл.
Когда-то он уже видел сереброкрылую дракониху —
тогда Шана впервые по наитию встретил воплощение духовной силы.
Но дракониха пронеслась мимо,
и Камон не смог её догнать.
Лишь теперь, годы спустя,
он снова оказался рядом.
— Кто ты? — спросила Дюма.
Нити постепенно успокоились,
и голос стал ровным:
— Я слуга Бога. Камон.
Он посмотрел на Дюму:
— Апостол Божий.
Дюма нахмурилась…
и вдруг в памяти всплыло имя:
— Барро!
— Верно, — кивнул Камон.
— Мы… — он запнулся, словно сломанный механизм,
и лишь спустя долгую паузу закончил:
— Мы — потомки Барро.
Дюма всё поняла:
она нашла ту самую «запасную фигуру»,
оставленную богом.
И, конечно, всё происходило здесь,
на великом острове Рух, в колыбели богов.
— Как мне убедиться, что это правда? — спросила она.
Камон приблизился и протянул руку:
— Не нужно убеждаться.
— Мы — одного происхождения.
— У нас один источник и одна сила.
Дюма долго смотрела на него,
а затем всё же подала руку.
И в тот же миг перед её глазами пронеслись видения.
Она увидела спрятанную в неведомом месте Куклу на нити предначертания,
камни желания и знания, сияющие разным светом,
ждущие своего возвращения.
Увидела древний город, куда снизошли боги,
и троих — одного старого и двоих молодых —
стоящих на церемонии коронации владыки Хенсая,
обсуждающих последний план.
И увидела сияющий образ —
старого трёхлистого, преклонившего колени перед Ним,
глядя с надеждой и благоговением.
То был их бог.
Владыка Света.
Картины исчезли так же внезапно, как и явились,
но этого было достаточно, чтобы всё стало ясно.
Человек, сотканный из нитей, продолжил:
— Моя сила.
— Чувствуешь? Ту часть божественного, которой недостаёт.
А в это время, в другом месте.
Истинное тело Дюмы находилось за Вратами Духа. Сейчас она наблюдала, как весь духовный океан бурлит и клокочет.
Воля божества почти с криком взывала:
— Барро…
— Барро…
— Верни… верни…
На горе Истока Жизни.
Дюма кивнула:
— Та недостающая часть божества здесь? У тебя?
Камон покачал головой:
— Сила божества разделена на четыре части: духовность, мудрость, желание и знание.
— Камень Желания и Камень Знания находятся в месте, о котором никто не знает. Мы не смогли его отыскать.
— Никто не сможет!
— Лишь во время пробуждения божества, когда начнётся ритуал, Камни Желания и Знания вернутся.
— Мудрость божества спрятана в Короне Хенсая. Мы потратили много времени, но в конце концов вернули её.
— Духовность божества вступила в круг перерождения и оказалась за пределами великого острова Рух. Мы пытались пробиться за Грозовой океан — и потерпели поражение.
Сказав это, Камон вновь устремил взгляд на Дюму.
— Ты… ты… ты!..
Камон будто бы застыл. Нити на его теле зашевелились, извиваясь в воздухе.
Лишь спустя долгое время они вернулись на место.
Он заговорил снова:
— Ты вернулась. Всё вернулось на свои места.
Он бормотал без умолку, повторяя одни и те же слова:
— Ты пришла.
— Теперь нужно открыть ритуал. Открыть последний ритуал.
Дюма уже поняла: существо перед ней живым назвать нельзя.
У него не было собственного «я». Лишь инструмент.
Дюма спросила:
— Что за ритуал?
Камон ответил:
— Ритуал Пути Мудрости.
— В начале жизни духовность порождает мудрость, мудрость рождает желание, и лишь затем приходит память о жизни.
— Таков закон мудрости, дарованный Создателем разумным видам. Только так рождённая жизнь благословенна.
— А не… инструмент.
Дюма спросила:
— Что я должна сделать?
Камон:
— Нужно лишь вновь направить духовность божества в круг перерождения, в предназначенное нами тело.
— Но духовность божества слишком велика. Нужен проводник, чтобы смягчить переход.
— Это и есть суть ритуала.
Дюма:
— И всё?
Камон:
— И всё.
— Всё предрешено. Всё было решено…
— Ещё… миллионы лет назад.
Нити метались в воздухе, голос Камона становился пустым.
Нити начали лопаться и исчезать, а сам Камон покинул гору Истока Жизни.
Напоследок он сказал Дюме:
— У каждого есть своя миссия, свой путь.
— Апостол божества!
— Твоё предназначение — хранить врата и дожить до конца.
---
Мир снов.
За Вратами Духа.
Истинное тело Дюмы стояло над морем облаков. Это был ангельский владыка, у которого уже появилась пятая пара крыльев, пусть и неполная.
Несмотря на асимметрию, в этом было особое, иное великолепие.
Святые белые крылья раскинулись, длинное белое платье тянулось по облакам.
Она сама олицетворяла святость, красоту и чистоту — как каждый в миг рождения.
Её сила — это источник духовности, с которой начинается разумная жизнь.
Дюма смотрела на духовный океан, прислушиваясь к божественному шепоту в его глубинах.
Она слышала его много раз.
Как и её мать когда-то, она пыталась разгадать смысл этих слов.
Но в отличие от матери, она не сходила с ума, принимая их за прямое повеление.
Она знала: это лишь божественный сон, как бред спящего смертного.
Но на этот раз всё было иначе — перед ней стоял слуга божества, расставленный ещё в прошлую эпоху.
— Неужели это и правда воля божества?
— Это его замысел?
— Не человеческая гордыня? Не наши догадки о божественном плане?
Дюма снова и снова прокручивала эти мысли — и пришла к выводу: нет, это и вправду работа божества.
Потомок Барро.
Кукла из прошлой эпохи.
Полный ритуал пробуждения божества.
Никто, кроме божества, не смог бы провести замысел сквозь эпохи и миллионы лет.
— Бог… действительно проснётся?
Когда-то Дюма ждала этого, веря, что божество принесёт свет смертным.
Но, повидав слишком многое, теперь она сомневалась.
Каким будет пробуждение?
Оправдает ли оно ожидания смертных… и её собственные?
— Эх…
В глубине духовного океана вновь прозвучал усталый вздох.
Бесконечные перерождения, миллионы лет.
От этого уставали не только слуги божества.
Даже он сам, казалось, ощущал отчаяние.
Дюма вдруг ясно осознала: ей больно от этого вздоха.
— Миллионы лет… Даже божество способно устать и отчаяться?
Не колеблясь больше, она начала готовить перерождение духовности Сяо.
Белые мифические врата медленно раскрылись.
Духовный океан вздыбился, и застывший круг перерождений вновь пришёл в движение.
Будучи смертной, Дюма всё же отправила божеству своё благословение:
— Бог… Пусть это будет в последний раз.
---
Другая сторона мира снов.
Перед Вратами Истины призрак Болика собирал через них сведения из реального мира.
Но и они не были всемогущи — максимум, что удавалось, это получать громадные объёмы данных из владений айвильцев, и то не все, а только важные и особые.
В этот момент один смертный приносил жертву богу истины и знания — свои воспоминания.
Он стоял на коленях в храме перед статуей божества:
— О боже!
— Я приношу тебе в жертву одно из самых чудесных переживаний в моей жизни.
— Прошу тебя… дай мне…
Врата Истины сочли эти воспоминания ценными и достойными жертвы.
Они превратились в книгу, которая упала в океан знаний за вратами — прямо к Болику.
Открыв её, он увидел: ребёнок стоит у радужного дерева и кладёт письмо в дупло.
— Передай это письмо моей маме.
— Она больше не в мире людей, она в царстве богов.
— Она обязательно там.
— Дерево, если можешь, отправь моё письмо в мир богов.
Ребёнок, уходя, всё время оглядывался. Он и сам не слишком верил, что письмо дойдёт.
Картина сменилась — теперь его дом.
Через несколько дней ребёнку приснился сон: письмо превратилось в прекрасное воспоминание, заключённое в сияющий пузырь грёз.
Каждое слово из письма стало частицей его светлой мечты.
Во сне он перевернулся и засмеялся:
— Ха-ха-ха!
Болик без выражения слушал анализ Врат Истины, но понял: Радужное дерево способно передавать послания не только живым, но и ушедшим.
Никто ещё не проверял это — ведь кому придёт в голову писать мёртвым?
Он вернулся в храм, взял с алтаря радужную веточку — дар божественного посланника Флоти.
Глядя на глубины Моря Знаний, он спросил себя:
— Станет ли это важным фактором?
Мгновение спустя он оказался на окраине древнего города.
Он бросил веточку вниз, и та медленно полетела к его сердцу — в глубину древних улиц.
— Бог Асай!
— Посланник богов донесёт твою тоску до ушедших, в море звёзд, где покоятся души всех существ.
— Эта веточка передаст всё, что ты хотел, но не успел сказать… тем, кого ты не смог отпустить.
http://tl.rulate.ru/book/96220/7526710
Готово:
