Остаток пути прошёл в молчании. Девочка замкнулась в себе, шла, беззвучно двигая губами. Сколько Норенс ни пытался завести разговор, всё было тщетно. Одиночество ему скрашивала охота. Во время привалов он разделывал туши и готовил, получая взамен кивок и короткое «спасибо».
На третий вечер, парню стало совсем одиноко, в голову полезли лишние мысли. Подойдя к Астре, он заглянул ей в глаза. Там за сонной пеленой зрачков мела вьюга. Когда бандит потянулся, чтобы прикоснуться к её щеке, та его остановила:
– Не стоит, юноша. Моя хозяйка не любит, когда к ней прикасаются.
– Э-эфия?
– Он самый. Офицер Астра изъявила желание учиться, и я поместил её сознание в виртуальный класс.
– Я… не понимаю ваших терминов.
– Оно и не нужно. Тебе достаточно знать, что с девочкой всё в порядке.
– Мы правильно идём?
– Подтверждаю. Со мной невозможно заблудиться. Я отслеживаю наше передвижение через орбитальные спутники.
– Как у вас магов всё сложно…
Вздохнув, Норенс уселся на камень. Эту ночь они коротали у того самого родника, где останавливались, убегая от полу-драконов. То же журчание, те же луны.
– Не печалься, моя носительница измыслила неплохой план.
– Может и меня посвятите?
– Это решать не мне.
Астра зажмурилась и прикрыла рукой глаза.
– Ой, как я устала. Уроки Эфии ещё хуже, чем в Академии. Есть что покушать?
– Да, вот, только сварил, – кивнул юноша, протягивая девочке сапог.
– М-да, надо будет обзавестись мисками… Ну чего?
Вид у парня был обеспокоенный. Мирянский ум не мог принять мысль, что спутница делит своё тело с кем-то ещё.
– Это действительно ты? Не Эфия?
– Ага, я, – сделав глоток, ответила Росса. – Неплохая похлёбка, но я бы посолила. Вы о чём-то без меня разговаривали?
– Как раз об этом. Ты вроде ты, и вдруг «Бах!», не ты. Мне… сложно.
– Привыкнешь. Учитель поставил передо мной трудную задачу, вот и работаю.
– Помирить всех будет не просто… Невозможно я бы сказал.
– Ц, это здесь причём? Мне ещё два экзамена сдавать, вот где болото! Столько нового… Гений не осилит. Пока не закончу, об Андропонии могу даже не мечтать.
Приняв у волшебницы пустой сапог, Норенс начал готовить новую порцию.
– Эфия говорит, что у тебя есть план, поделишься?
– Завтра увидишь. Если выгорит – войны не будет, – решительно произнесла Астра.
– Раз «имперцы о мире ничего не знают», ответишь на пару вопросов?
– Валяй.
– Артефакт у тебя на руке не демон, химеры на нас не нападают, драконы могут говорить… Получается, священники врут народу и никакой нечисти не существует?
– Как там было на сегодняшнем уроке…? «Людям не постичь истины. Выбери, кому верить, это и станет твоей правдой».
– Сложная мысль.
– Угум. К тому же не забывай, что церковь – это в первую очередь вид власти. Если святые отцы с полуслова поверят словам маленькой девочки и побегут менять постулаты, их мир рухнет. Меня проще на костре сжечь.
- И не важно, что твой учитель ангел…
- Именно. Люди верят в то, во что хотят верить. Инквизиция видит в Энтинусе еретика, ты – необычайно сильного мага, а я…
Девочка, зардевшись, потупила взгляд.
– …Суть в том, что через призму всеобъемлющей истины, все мы – неправы.
***
Спать волшебнице пришлось под скрывающим покровом. На утро её каналы души вздулись, а виски пульсировали. Выглядела она неважно. Поднявшись, она ткнула Норенса. Открыв глаза и увидев над собой растянувшееся в кровожадной улыбке, покрытое ожогами лицо спутницы, юноша чуть не вскрикнул от ужаса.
– Вставай, время пришло.
– Да…
Держась за бешено колотящееся сердце, парень сел. Астра стояла к нему спиной и методично разминала суставы. Он не знал, какой у девочки план, поэтому беспокоился. Больше всего, его напрягало то, что в этом «концерте» ему отведена роль зрителя.
Приготовившись, Росса приказала Эфии снять покров. Как и предполагала волшебница, драконы не заставили себя ждать. Вскоре лагерь окружили. Ящеры были злы, оружие подрагивало в их лапах. В бою с паладином Астрату они потеряли много сородичей и теперь жаждали крови.
– Сама приш-шла! – прошипел один из воинов.
Продолжая безумно улыбаться, юная дзе шагнула навстречу драконам. В душе девочки пылал огонь, изгоняя страх и неуверенность. Астре даже показалось, что её клыки увеличились и с них капает слюна. Подойдя вплотную к ящерам, она уткнулась грудью в ближайшее копьё.
– Ведите! Я иду к вашей госпоже! – во весь голос объявила волшебница.
Ящеры, шокированные поведением Россы, опустили оружие. Пройдя через толпу воинов, как мимо собственных слуг, маленькая волшебница направилась в сторону деревни. Норенс, раскрыв рот от удивления, поплёлся следом.
– Штаршая тебя на клочки порвёт, – бросил дракон, вызвавшийся сторожить человеческое дитя, когда они разбили лагерь на ночь. Это был высокий, мускулистый воин с головой ящерицы.
– Сначала мы поговорим. Два разумных существа всегда смогут поладить, не прибегая к насилию! – уверенно ответила Астра, за обе щёки уплетая похлёбку из котелка полу-драконов. От такой наглости её надзиратель аж присел.
– Ешли бы не прикаш, я бы убил тебя прямо шдешь.
– Знаю. Спасибо за сдержанность. Думаю, вашей госпоже интересно, зачем я пришла.
– Не гошпоша она мне, Штаршая, да и только, – ящер сплюнул. Помешав похлёбку, он щедро добавил туда несколько кусков мяса.
Росса села рядом с драконом, словно они друзья. Остальные воины держались поодаль, лишь изредка бросая косые взгляды.
– Ты всю жизнь провёл в лесу? В других местах не бывал?
– Ишпытывашь моё терпение? – от напора волшебницы ящеру стало не по себе.
– Слушайте, не сочтите за грубость, но давайте общаться мыслями? Я ещё столько хочу спросить!
У дракона начала дёргаться скула.
– Ну пожалуйста! – девочку прямо-таки переполняли эмоции. – Я могу создать общий телепатический канал!
Волшебница прислонилась к воину. Дракон, не выдержав её умоляющего взгляда, сдался. Он был готов на всё, лишь бы к нему перестали липнуть.
[Эфия, твой выход! Надеюсь на тебя!] – отдала команду Астра. Норенса тоже включили в список слушателей.
[Как вас зовут?]
[Плато́я Меле́тиас]
Через телепатию голос ящера напоминал глубокий баритон профессора Академии.
[Какое красивое! Оно что-то значит?]
[Прояви уважение и представься в ответ], – словно на светском рауте парировал Мелетиас.
[Зовите меня Росса, просто Росса.]
Дракон недоверчиво прищурился, у него были такие же глаза цвета рапса с вертикальными зрачками, как и у сородичей.
[Моё имя означает: «исследователь полей». Я люблю природу, всё в ней. В городах мне не место, другие расы видят в этой морде зверя.]
– Они не правы! – выкрикнула Росса, подскочив на ноги. – Вы добрый и мудрый! Уверена, узнай они вас поближе, мигом бы изменили своё мнение!
[Глупости…] – отвернувшись пробормотал ящер.
Закончив донимать Платою, Астра принесла Норенсу миску похлёбки. Юноша всё это время прятался за деревом, стараясь быть максимально незаметным.
– Выходи, они милые, – улыбнулась волшебница, наблюдая, как юноша набивает живот.
– Кому как, офицер Росса, ей богу! – нахмурился Норенс. – Вот решит «Старшая» нам животы вспороть, по-другому запоёшь.
– Не решит! – закатила глаза Росса. – Знаешь, у меня прозрение! Надо быть, как учитель, сильным и уверенным. Тогда любые препятствия нипочём!
Девочка раскинула руки и случайно задела проходящую мимо воительницу.
[Прошу прощения!]
Дракониха, несла к костру здоровенную рыбину, разговаривать с чужаками ей не хотелось. В ответ на поклон девочки, она презрительно фыркнула.
– Ого, Норенс, гляди, у неё хвост!
Сзади, чуть ниже пояса, у воительницы действительно был длинный хвост, покрытый серым мехом. Внимание Астры мигом переключилось и её руки потянулись, чтобы потрогать…
Бросив добычу, женщина-ящер быстрым движением приставила меч к горлу волшебницы.
[Сдохнуть хочешь?] – взгляд драконихи, источал холод всех ледников мира. – [Не моя вина, что прадед предпочитал животных своим сородичам!]
Сын Запада хотел встать, защитить девочку, но выписав себе мысленную пощёчину, одумался.
– В-вы не подумайте, я над вами не смеюсь…!
Клинок уже порезал кожу Россы, пустив тонкие струйки крови.
– …В смысле, это ведь замечательно…! Я не про вашего прадеда, а про хвостик… Вот бы у всех они были!
[Чокнутая…]
Поджав губы, воительница, стряхнула кровь с клинка и убрала его в ножны.
– Видишь! – волшебница подбоченилась. – Если к ним по-доброму, то добро обязательно вернётся!
– Ты сошла с ума… – вздохнул юноша. – Тебя чуть не обезглавили!
Астра его не услышала. Вытирая кровь с шеи, она наблюдала, как дракониха несёт добычу к костру.
– Вот бы и мне такой! Я бы так же элегантно им размахивала!
Голос Россы дрожал. Норенс видел испарину у неё на лбу, видел, как дрожат губы. Пусть его спутница и храбрилась, скрыть ужас полностью она не смогла.
– У тебя глаза как у покойницы.
– Пустяки. Я справлюсь. Дай мне время.
Расстелив свою мантию подле костра, девочка легла и тут же уснула. Ящеры не обращали на них никакого внимания: чистили оружие, собирали припасы, перешёптывались. Бандит не знал, секретничали они, или боялись разбудить маленькую, человеческую волшебницу.
***
Астра смогла создать если не дружественную, то хотя бы нейтральную атмосферу. По крайней мере их с Норенсом не хотели убить. Поведение девочки в последние сутки вызывало у юноши массу вопросов. Слишком уж сильно она изменилась. «Уж не Эфия ли это? А вдруг наруч поглотил её?» – такие мыли крутились в голове бывшего дворянина. Сидя за деревом, сын Запада вслушивался изо всех сил. От химер веяло опасностью, он не хотел, чтобы его зарезали во сне. В итоге, усталость взяла своё и парень провалился в забытие.
Спал Норенс плохо, даже малейший шорох заставлял его проснуться и схватиться за меч. Два года назад, сбежав из приёмной семьи, юноша впервые заночевал на улице, без защиты и крыши над головой. Тогда ему было четырнадцать, а вокруг раскинулся тёмный, чужой город, полный опасностей и снующих туда-сюда крыс. Забившись между ящиков и мусора, позади какой-то забегаловки, парень сидел прямо как сейчас: рука сжимает эфес меча, один глаз приоткрыт. Толку от оружия было мало, но привычка, выработанная ещё в столице, никуда не делась. Норенсу оставалось лишь верить в пышущую дружелюбием спутницу.
Шуршащая тишина прошла, утро принесло облегчение. В суете сборов юноша чувствовал себя спокойнее. Наблюдая за драконами, он вздрогнул, когда на его плечо опустилась рука.
– Идём? – спросила Астра.
– У-угу…
К своему стыду, он умудрился перепутать маленькую ручку девочки с лапой ящера.
– Ты не выспался?
– Пожалуй… – лицо юноши скривилось в страдальческой улыбке.
– Ох! А я спала по-царски! Хоть и на голой земле считай, а выспалась! Уже успела умыться и позавтракать. Принести тебе чего-нибудь?
– Нет, спасибо. Убегать, в случае чего, легче на пустой желудок.
Весь оставшийся путь до деревни полу-драконов Росса вышагивала впереди всех, гордо задрав подбородок. Норенс же, наоборот, понуро плёлся позади, не в состоянии понять, где спутница берёт столько сил.
[У меня плохие новости, офицер], – обратился к носительнице артефакт.
[Не сейчас, я почти справилась!]
[И всё же, как система поддержки, обязан сообщить: ваш организм на пределе.]
[Сколько у меня времени?]
[До необратимых повреждений – не больше пары часов.]
Сжав кулачки, девочка прибавила шаг. Она уже видела деревянные домики.
[Сделаем это!]
Госпожа-дракониха, или как её называл Платоя Мелетиас, «Старшая», стояла у костра вместе с несколькими соплеменницами. Близилось время обеда и огромный котёл позади них исходил белёсым паром. Заметив Астру, колдунья вновь попыталась вонзиться в её мозг телепатией, но на этот раз у неё не вышло. Отбив волну магии, Росса развернула свою телепатическую сеть. Это должны были быть мирные переговоры, а не тайный диалог двух волшебниц. Слышать должны были все.
[Красновласый агнец, с рыцарем своим пришла. Не убоялась, после горя нам причинённого.]
Пропустив сквозь себя боль утраты, чтобы настроиться на нужный лад, девочка тихо произнесла:
[Соболезную, всем вам. Терять близких… тяжело. И всё же, я верю, что насилие – не выход.]
Стоя среди драконов, Норенс увидел кратер в том месте, где стоялая телега Астры. Драконы сдержаны, они во всём полагаются на мудрость старших, но стоит им впасть в ярость… Разделившись с Россой перед домиком Энтинуса, юноша прыгнул в кусты и затаился. Он видел, как ящеры остервенело бросались на щиты инквизиторов, как падали, пронзённые копьями, как умирали на руках товарищей. Казалось, ничто не способно было поколебать их решимость, пока среди лязга металла и криков не пронеслась телепатическая волна: «Отступите!». Это была она, дракониха с белой чешуёй. Её слово для них – закон.
[Говори же, пока в раздумьях жизнь твоя не кончилась.]
[Видите ли, я… С чего бы начать…]
До волшебницы слишком поздно дошло, кто перед ней. Составить предложения так, чтобы дикая колдунья поняла каждое слово… В голову Астры приходила одна мысль за другой, и все были отброшены. В итоге, она решила говорить прямо, как есть:
[Я собираюсь примирить империю с гномами, с вами, со всеми! Эту миссию, прислушавшись к моему желанию, выдал мне учитель!]
[Не в те двери ты стучишь, наивная овечка. Вражду лелеют люди, к ним иди.]
[Я маленькая, к тому же девочка… Прошу вас, госпожа, станьте моим голосом, помогите предотвратить войну.]
Лицо колдуньи растянулось в улыбке.
[Видеть древнего дракона своим послом желаешь?]
[Да. Грядёт война…]
[В столице вашей зла рассадник, погибну я, ступив за стены.]
[Не в столицу, а к моему дядюшке, магистру Дитя Истины.]
[О, так значит тот старик хитрющий, с кожею облезлой, тоже Заубер?]
[Вы знакомы?] – удивилась волшебница.
[Мы повстречались у ручья, где воду набираю я. Явился он подобно тусклому видению тумана. Представился и вежлив был, а после растворился.]
[О ч-чём вы говорили?]
На Россу накатила слабость, перед глазами поплыло. Искусственная эйфория прошла, внутренности сжало чувство, что всё зря, что вся её возня бессмысленна.
[Как и с тобой, о мире. Поболее тебя маг был красноречив, поболее тебя мечтатель. Утопию создать желал, да всех в ней утопить. Страну без войн построить, где каждый будет мирно жить.]
[Что вы ответили ему?]
Дыхание Астры начало сбиваться, у неё поднялась температура.
– Ответила, што это бред! Люди – швери, им неведом мир! – ошарашив соплеменников, крикнула колдунья вслух.
– П-пожалуйста… Если вы мне поможете, то я… С силой своего покровителя…
У девочки подкосились ноги, Мелетиас едва успел её поймать.
– Што ш ней? – испуганно спросила дракониха. Ответа не последовало.
Присев рядом с волшебницей, женщина-ящер положила руку той на лоб. Колдунье приходилось врачевать, но таких симптомов она раньше не видела. Астру трясло, она вся горела и кашляла жёлто-зелёной жижей.
[Она… умирает. Я не могу помочь], – заключила Старшая.
[Я могу. Закатайте девочке рукав до локтя. На левой руке], – прозвучал в телепатическом канале голос Эфии.
[Кто ты?]
Госпожа-ящер осмотрелась, пытаясь найти собеседника.
[Боюсь мы не в том положении, чтобы вопросы спрашивать. Если не начать лечение сейчас, жизнь девочки закончится.]
Сжав зубы, колдунья сделала, как попросил артефакт.
[Видите чёрный наруч? Отлично. Сожмите его покрепче и не отпускайте. Будет больно. Я возьму немного вашей маны, а ещё крови и лимфы.]
Дракониха не посмела ослушаться. Неизвестный собеседник говорил уверенно, это успокаивало.
[Назовитесь.]
[Митрия.]
[Добавляю гостевого пользователя для проведения экстренной реанимации.]
Из наруча, в ладонь колдуньи вонзились сотни игл, жадно выкачивая силы. Перед глазами драконихи появились несколько информационных окон, отслеживающих сердцебиение, давление крови, состояние органов и многое другое. Будучи связанной с иномирным творением, Митрия понимала всё. Сама суть Эфии, одновременно и завораживала её, и пугала. Дела у Россы были хуже некуда, она могла умереть в любой момент. Кожа девочки побелела, под глазами проступили синяки.
[Прекрасно], – всё тем же спокойным тоном произнёс артефакт. – [Расстегните три верхних пуговицы на блузке пациентки и положите другую ладонь чуть ниже её ключицы. Мне придётся временно остановить сердце девочки.]
[Убьёшь её?!]
[Повторяю: это временная мера. Пока я работаю, минимальный кровоток будет осуществлять ваше сердце. Дышите глубже.]
Стоило Митрии положить вторую ладонь туда, куда попросили, её пронзили такие же иглы. Для терминала тело хозяйки было подобно пластилину. Он мог изменять его, как заблагорассудится. Говоря: «немного маны и крови», неизвестный явно преуменьшил. Колдунья зажмурилась. Она чувствовала, как теряет сознание.
Со скоростью, недоступной разуму смертных, Эфия удалял мёртвые клетки и стимулировал деление новых. Митрию бросило в жар, на лбу проступил пот, душа Старшей начала перегреваться. Подключённая к артефакту, она не могла поверить в то, какой силой и какими союзниками обзавелась её новая знакомая. Дракониха даже на миг поверила, что долгожданный мир, наконец, возможен. Если, конечно, эта маленькая человеческая волшебница выживет.
***
Массивные, обитые золотом врата кафедрального собора с шумом распахнулись. На пороге, облачённый в доспехи цвета обсидиана стоял паладин Астрату. Его лицо было чернее тучи, а взгляд преисполнен стыда.
– Подойди, сын мой, – подхваченный эхом приказ, продолжал повторяться, постепенно стихая, превращаясь в шёпот.
Сжав кулаки, командир первого легиона шагнул внутрь. Длинный путь к алтарю – это путь на встречу с Богом. Высокие своды, исписанные знаменитыми иконописцами, саркофаги с мощами святых, инкрустированные драгоценностями, бесчисленные свечи. Всё в этой зале пылало богатством и славой. Нутро паладина сжалось от окружающего его величия.
У алтаря Астрату ждал архиепископ человечества, тот, чьими устами говорит Всевышний. Одетый в расшитую золотом рясу, он бросил на подчинённого полный неудовольствия взгляд. Подойдя к ступеням, чёрный рыцарь упал на колени.
– Ваше Святейшество, я оплошал! Господь покарает меня!
– И будет прав, – на иссохших щеках старика заиграли жвала.
– Да очистит пламя грехи мои! – паладин опустил голову.
– Твой долг – борьба со злом. Как смеешь ты бежать, не искупив вины? Я запрещаю тебе умирать, пока не исполнишь свой долг, или не видать тебе кущ райских!
– Благодарю! Спасибо, Ваше Святейшество! – Астрату со всего маху ударился лбом об пол.
– Я прочёл твой отчёт… Что это за ересь?! – архиепископ в гневе сплёл изъеденные артритом пальцы. – «Нас атаковали разумные химеры»? Как это понимать?!
На вопрос Божественного глашатая, чёрный рыцарь издал жалобный стон. Для этой беседы, главную залу освободили от прихожан и священников. Лишние уши им были ни к чему.
– Слушай же, синь[1], на всём свете нет существ равных нам, людям. Разум – амброзия, дарованная Господом. Всё иное – наваждение злой, противной Богу силы.
– Я понял вас, простите, мои глаза застлала пелена.
– Как велика милость Всевышнего, так и мы прощать должны. Тебе не удалось победить зло, как и спасти свою дочь…
– Ваше Святейшество, я прозрел! Эта юная дева пала во грехе, она защищала еретика! – взвыл чёрный рыцарь, продолжая елозить по полу разбитым лбом. – Увидев, чем стала моя плоть и кровь… Я от неё отрёкся!
– Знаю, именно поэтому ты сейчас здесь, а не на плахе, – морщинистые губы архиепископа растянулись в некоем подобии улыбки. – Иди же, закончи начатое! Исчадье, что ты породил, не должно больше омрачать взор Божий!
– А её презренный учитель? – Астрату, наконец, решился поднять глаза.
– Во время утренней молитвы явилось видение мне! Нет больше падшего мага, нечистый забрал его душу!
– Во славу Его! – крикнул паладин и удалился, не показывая спины.
В дальнем углу залы колыхнулись занавески и из-за них показалась рука, украшенная перстнями чудесной красоты.
– От магов – одни беды, не находишь?
– Совершенно с вами согласен! – раболепно ответил глашатай Бога, хромая в сторону собеседника.
– Волшебники должны служить империи, быть инструментом, а не вольными купцами. То, как Обозревающий Небеса ведёт дела… Это никуда не годится. Его люди, как и всё, что находится на территории Лампары, принадлежит нам.
– А территория империи – везде, где солнечный свет дарит жизнь! – подпел архиепископ.
– Я подготовил указ, позволяющий моим людям свободно проникать в любые помещения гильдии магов и обыскивать любого её члена. А если их глава посмеет противиться – отправится в яму, так же, как и прошлый лорд Запада.
– Все именно так, как вы говорите, Ваше Императорское Величество.
***
Открыв глаза, Астра увидела незнакомую комнату. Обстановка была небогата: потрескавшаяся мебель разных цветов, украшения из костей животных и людей. Напоминало лачугу престарелой ворожеи, чья слава прошла с появлением светского волшебства. Девочка хотела встать, но тело было тяжёлым, как колода.
[Доброе утро, офицер], – поприветствовал хозяйку артефакт.
[Всё… получилось?]
[Не без последствий, но да, ваш план сработал. Впредь же, прошу, избавьте меня от необходимости вас травить. Это прямое нарушение моих функций.]
[Мне нужна была эта сила…]
[Чтобы унять страх и «полюбить всё на свете», вы потребовали, чтобы я синтезировал препарат, вызывающий искусственную эйфорию. Вы находились в этом состоянии почти сутки и ваши клетки начали умирать от интоксикации. Это не сила, а бред наркомана, офицер. Будьте любезны, черпайте храбрость в другом месте.]
[Тьфу, зануда.]
[Я обязан просчитывать все варианты. А если бы Митрия не оказалась столь сердобольна?]
[Н-да, сразу видно, мужик. Она в первую очередь мать, я заметила это ещё в нашу первую встречу. Страдания ребёнка для неё невыносимы.]
[Получается, вы это нарочно?] – в голосе Эфии проклюнулись нотки удивления.
[Ага, верно. Не ожидал? Взрослые вечно притворяются, строят из себя невесть что, а на деле… Пройти мимо «умирающего котёнка» не каждый сможет.]
[Вроде маленькая, а уже такая коварная], – усмехнулся артефакт.
Рядом что-то скрипнуло и у Россы сердце в пятки ушло. Повернув голову, она увидела дракониху, лежащую на соседней кровати.
[Очнулась, наконец, овечка?]
– Угум… – тихонько ответила снедаемая страхом волшебница.
[Спокойно, офицер, госпожа-ящер не слышала нашего разговора. Я со всей ответственностью подхожу к разделению телепатических каналов.]
[Ужасная болезнь тебя настигла, недуг такой неведом мне.]
[Моя носительница обзавелась силой, которую не способна контролировать, перенапряглась.] – пояснил за Астру Эфия. Он знал – врать хозяйка не умеет.
Митрия поднялась и присела на край кровати Россы. Очарованная артефактом, она нежно провела по нему когтями. В одном лишь халате, без украшений и головного убора, дракониха выглядела женственней чем прежде. Короткие белые рожки и белая же чешуя только подчёркивали её шарм.
– Прошу, перестаньте. Меня беспокоит ваш интерес к моей персоне, – вслух произнёс артефакт.
[Знания и мудрость – мага клинок. Как не польститься.]
– Я принадлежу офицеру Россе. Иного не рассматриваю.
[Какой преданный…] – колдунья поникла.
– Вы мне поможете? Будете говорить от моего лица? – решила вмешаться в разговор волшебница.
Взглянув на девочку, Митрия ахнула. Лазурные глаза волшебницы обзавелись вертикальными зрачками, а над бровями проклюнулась чешуя. Прикусив нижнюю губу, дракониха вышла.
– Что это с ней? – спросила Астра.
Вместо ответа, Эфия развернул перед лицом хозяйки небольшое голографическое зеркало.
– Ого! Я теперь дракон?! – вертя головой из стороны в сторону, восторженно воскликнула девочка.
– Частично. Кровь драконов – особенная, об этом я уже говорил. Её можно переливать кому угодно, отторжения не будет. Их называли бы идеальными донорами, если бы не одно «но». Реципиент[2] не только «становится драконом», но и подвержен хаотичным мутациям, многие из которых летальны.
– Значит…
– Беспокойство избыточно. Раз уж мне выпала уникальная возможность сделать вас сильнее, я взял от ящеров лучшее и отсёк лишнее. Именно поэтому вы сейчас не ш-шипите, – артефакт так и распирало от гордости.
– Хах, а ещё меня коварной назвал, шельмец.
У девочки вновь начали слипаться глаза. «Сон лучшее лекарство» – как сказали бы бонны.
***
Эфия подошёл к лечению подопечной со всей ответственностью. Скованная волей артефакта, она не могла и пальцем шевельнуть без его разрешения. Как девочка ни капризничала – иномирный гость остался непреклонен. Чтобы развеять скуку хозяйки, Эфия выдал той доступ к незасекреченным архивам Андропонии. Из них, бывшая дворянка узнала детали войны с Великим Злом и о подвигах народа дзе. Носительница, конечно же, многого не понимала и артефакту приходилось объяснять, но по долгу службы он не жаловался.
– Ну и история! Ух! Сестра Энтинуса – великолепна! Всё, я решила: с завтрашнего дня будешь учить меня всему, что умеет Ланчиссия!
[Прежде экзамены сдайте.]
– Вот вечно ты так! Опекаешь меня сверх меры, а в архивах другое сказано! Дзе вон, по разным мирам путешествуют, останавливают войны и эти… как их…
[Катаклизмы.]
– Вот! Именно! Они постоянно жизнью рискуют, а мне ты за маленький трюк с препаратом всю плешь проел!
Эфия удручённо вздохнул.
[Вы слишком впечатлительны. Общедоступные архивы приукрашены, чтобы привлекать новых рекрутов. Прежде чем «играть на лимитах», пройдите соответствующую подготовку. А пока можете считать пожалованный главкомом титул формальным.]
– Зануда.
Вечером четвёртого дня артефакт разжал свои «тиски» и Росса первым делом побежала к зеркалу.
– Ого, смотри, какая на мне ночнушка, белая-белая.
[Судя по крою и фасону, её сшили гномы.]
– Оно и понятно, вряд ли у ящериц прядильный станок найдётся. Красивая, хорошо с волосами сочетается. Они ещё краснее стали, ты заметил?
[Вижу. Насколько мне известно, это особенность твоего народа.]
– Ага, но только у женщин. Чем сильнее волшебница, тем краснее становятся волосы. Я когда в замке дядюшки жила, была жёлтой, как цыплёнок, а сейчас… Некоторые пряди прям бордовые!
Приблизившись к зеркалу, Астра ковырнула ногтем чешуйку на лице.
[Оторвать не выйдет, это теперь часть вашего тела], – усмехнулся артефакт.
– Я и не пытаюсь! Просто прове-ря-ю…
Боковым зрением волшебница заметила движение. В комнату без стука вошёл Норенс.
– Слышал тебе уже лучше…
Издав пронзительный вопль, девочка метнула в него шарик плотно сжатой маны. Увернувшись от заклинания, грозящего отправить его на встречу с отцом, юноша в ужасе рванул к выходу.
Вбежав на крик, Митрия обнаружила разбитую магией вазу и плачущую под столом Россу. Догадавшись, что произошло, дракониха присела рядом с девочкой.
[Прости его. За дни, что отдыхала ты, он весь извёлся.]
Женщина-ящер нежно погладила Астру по голове.
– Гад…! Как можно вламываться в комнату леди…?! Даже дядя себе такого не позволял… Увидел меня… Ночнушка полупрозрачная, под ней ничего нет! Леди положено быть невинной!
[Переживать ты не должна. Уверена, секрет он сохранит.]
Волшебница подняла на Митрию полные слёз глаза, ей не давал покоя один вопрос:
– А где меня переодевали? Ну… после операции.
[Здесь же. Подруги помогали мне.]
Поддавшись порыву, Старшая обняла Астру. Её щека, такая тёплая, напомнила девочке о маме, вызвав нескончаемый водопад слёз.
[Ничего, ягнёночек, мы победим. Взойдут побеги мира, пеплом наших врагов питаясь.]
Дракониха не могла больше злиться на внучку, пусть и ненавидимого ею мужчины. Прошлое поведение теперь казалось ей ребячеством.
***
Утро выдалось ясным. В солнечных лучах, переливаясь, кружились пылинки. Услышав, что Астра уже разговаривает с Эфией, Митрия вошла с охапкой постиранной одежды. Выглядела дракониха обеспокоенно. Положив одежду на соседнюю кровать, колдунья принялась осматривать девочку.
– Беспокойство избыточно, – вслух произнёс артефакт, проявляя профессиональную ревность. – Состояние моей пациентки хоть и далеко от идеального, однако стабильно.
[В ней кровь моя.]
Митрия осторожно прощупывала каждый миллиметр тела девочки. Росса мило ей улыбалась. Волшебница знала: разговор можно оставить помощнику.
– Кхм… Однажды вы доверились мне, поверьте и сейчас. Её ДНК изменилось ровно настолько, насколько позволил я.
Астре подумалось, что будь у Эфии человеческое тело, он непременно задрал бы нос от гордости.
[ДНК…? Правда ваша… Хитросплетений звёзд дикарке не понять.]
Колдунья поникла и настала уже очередь девочки её обнять:
– Спасибо вам, Митрия. С тех пор как улетел наставник, я чувствую себя такой слабой и беззащитной…
Глаза Россы наполнились слезами. Слишком много всего произошло за минувший месяц. Ей некому было поплакать в жилетку.
[Улетел?] – удивилась Старшая.
– Угу, на большо-ом таком, железном корабле.
– Если позволите, – взял слово Эфия. – Чтобы не мучать вас долгими речами, я представлюсь: советник Верховного Командования Андропонии, искусственный интеллект, Эфия Дзе.
[Союзников выбирать ты научилась], – глаза Старшей расширились. – [На Их дитя напали мы, какую кару звёзды нам несут?]
– Вопреки расхожему мнению, дзе не бросаются мстить всем без разбора. Отнюдь, мы благодарны вам за то, что преподали урок нашему будущему офицеру. Надеюсь на дальнейшее сотрудничество, – опроверг страхи драконихи артефакт.
– Подождите, вы говорите так, как будто знакомы, – обижено произнесла волшебница. Ей показалось, что про неё забыли.
– Боюсь, из всех жителей этого мира, о «космических колдунах» не слышали только имперцы, – иронично подметил Эфия.
[Спросить хочу, гость иномирный, можно ли девочке дом покидать?]
[Да, вполне. Остальное исцелю по дороге.]
– По дороге куда?!
Россе начало казаться, что наруч и Митрия нарочно её игнорируют.
[Одевайся и выходи, сюрприз тебя ждёт], - сказав это, женщина-ящер ушла.
Снаружи собралась вся деревня. Колдунья рассказала сородичам, какую миссию звёздные странники возложили на человеческое дитя. Лица ящеров и людей сияли улыбками, каждый из присутствующих хотел, чтобы она предотвратила войну.
Спускаясь вниз по лестнице, Астра чувствовала себя императрицей, выходящей к народу. Девочку вновь охватила эйфория, однако в этот раз – настоящая. Старшая стояла среди толпы, держа поводья странного существа. Внешне зверь напоминал дракона из книжек, но без крыльев. Переминаясь на четырёх массивных лапах, он недовольно фыркал: упряжь и седло ему сильно не нравились.
[Идём дитя, не бойся. Грегор диковат наружно, но нежен изнутри], – позвала Митрия, силой удерживая вожжи. – [Слов не понимает он, телепатию используй.]
– Эм…
Астра шагнула к существу, и оно утробно зарычало, обнажив острые как бритва клыки. Подавившись воздухом, она отпрянула. Страх и неуверенность вернулись… Нет, они стали даже сильнее. От взгляда зверя, преисполненного жаждой крови, её внутренности покрылись ледяной коркой. Росса поняла, почему Эфия так на неё злился. Всего раз попробовав препарат, она, казалось, утратила храбрость и упорство, которыми гордилась, стала зависима. Её воля угасла…
[Грегор! Пугать нашу гостью не смей!] – тоном строгой матери осадила дракона Старшая. Под осуждающим взором колдуньи Грегор поджал хвост, превратившись из опасного хищника в милого питомца.
[Ч-челавека… боится?] – зверь виновато опустил морду. Его слова звучали глухо и прерывисто.
[Смелей, ягнёночек, я рядом.]
Астру объяла злость, злость на саму себя. Ей всю жизнь приходилось бороться. Если и собственное тело перестанет слушаться… Этого юная дзе допустить не могла. Энтинус учил её обращаться с химерами, зверю нужно показать силу. Сжав кулаки, волшебница высвободила ману.
Решимость девочки «оттаяла», приблизившись к дракону, она погладила того по голове. Теперь, юная дзе, наконец, смогла его рассмотреть. Зверь был крупным, больше полутора метров в холке. Его покрытые серым мехом макушка и спина интересным образом гармонировали с бурой чешуёй. Вконец осмелев, Росса принялась чесать Грегора, как собаку. Тот от удовольствия начал скрести землю, оставляя когтями глубокие борозды.
– Что он… кто он такой?
Митрия потёрла чешую над бровями, подбирая слова.
[Пока я не взошла на трон, мой род в соития вопросы не вдавался. Всё, что живёт – дарило нам детей. Этот малыш – бездумных предков плод. Я повелела избирать людей, чтоб разум расы сохранить, но эти дети… Бросать их – грех, родные нам они.]
[Кушать! Кушать!] – дракон крутился на месте, норовя задними лапами сорвать седло.
[Малыш, меня послушай], – Старшая поймала морду зверя и заглянула ему в глаза. – [Ты пойдёшь с этой девочкой, будешь возить её и защищать.]
[Грегор… мама…] – вырвавшись из рук колдуньи, дракон повернулся к одной из воительниц. Женщина-ящер улыбалась, прижав руки к груди.
[Не капризничай, милый. Будь большим взрослым драконом], – продолжила давить колдунья.
– М-может, не надо…? – неуверенно произнесла Астра. Она вспомнила, как её точно так же забрали из дома.
[Птенец гнездо покинет, в том жизни луч я вижу. Ему пора расправить крылья. С тобой поеду я, к дяде твоему на разговор.]
Старшей подвели другого дракона-зверя.
[Я тоже иду.]
Вперёд вышел Платоя Мелетиас, и прежде, чем Митрия успела возразить, добавил:
[Моё решение не изменит та, что старше на минуту.]
[Седлайте ещё одного младшего…]
[Нет, сестра, я пойду пешком. Воину не пристало обременять детей.]
Спорить колдунья не стала.
– Вы такой правильный, – Росса уважительно кивнула Мелетиасу.
К девочке неуверенно подошёл Норенс. Юношу терзали смешанные чувства. Астра его чуть не убила, но вид красновласой красавицы в ночной рубашке горячил молодую кровь. Заметив парня, волшебница положила руку тому на плечо. Сын Запада невольно вздрогнул.
– Грегор не повезёт того, кто не попросит его телепатией, поэтому поедешь со мной…
Внезапно, спутница начала разговор спокойно, словно забыла об утреннем инциденте.
– …но! Если, сидя сзади, ты хотя бы помыслишь об извращениях…
– Ни в коем случае, офицер Росса, – вытянувшись в струнку, отчеканил Норенс.
[Хороший мой, милый дракон, отвези нас в замок дядюшки, там тебя вкусно накормят], – обратилась девочка к зверю.
[Да! Грегор… он помогать… кушать… много кушать!]
Получив согласие ящера, волшебница неловко залезла в седло. Руку, поданную юношей, она вновь проигнорировала. Устроившись позади, сын Запада благоразумно схватился за седло, а не за талию девочки.
[Выдвигаемся!] – скомандовала Старшая, величественно восседая на своём «скакуне».
[1] Старый вариант слова «сын».
[2] Человек, которому переливают кровь от донора или пересаживают донорский орган.
http://tl.rulate.ru/book/96177/3362701
Использование: