Мир Главного Героя (Земля - 1212-080)
Неизвестное время спустя.
Бенджи Паркер.
С того момента, как нас поглотила белая вспышка расколовшихся Тотемов, для меня прошла всего секунда, а в следующий момент, я понял, что падаю.
Открываю глаза и вижу стремительно приближающуюся землю.
Однако, прежде чем я реагирую, моя левая рука самостоятельно поднимается и зацепляется за стену многоэтажного здания красными усиками.
Эффектом маятника скольжу с десяток метров, чтобы спокойно отпрыгнуть от вертикальной поверхности и приземлиться на крышу пятиэтажки.
– Спасибо, дружок, – похлопываю красную ткань костюма, а, по совместительству, своего симбиотического напарника.
В ответ униформа слегка подрагивает, принимая благодарность.
Так, ладно, и где я оказался?
– Джен, ты тут? – обращаюсь к своей ИИ.
– Я здесь, Бенджи, – ответила девушка-программа.
– Отлично, – с облегчением выдыхаю. – Стандартный протокол проверки, – проговариваю, осматриваясь, – выясни, где мы оказались в этот раз.
– Сделаю, – отрапортовала компьютер будущего.
Пока Джен была занята, я принялся размышлять.
Тот взрыв. Если меня выкинуло из портала, значит Гвен и Майлза тоже.
А отец?
Хожу из стороны в сторону, чувствуя флюиды поддержки от своего красного напарника, до тех пор, пока не доносится ответ ИИ.
– Я провела мониторинг всех новостей этого мира за последние полгода, – внимательно, но с каким-то затаённым облегчением отрапортовала система. – Это наш мир, Бенджи, мы вернулись домой!
Я же замер.
– Ты… ты уверена?
Не нужно давать мне надежду, если не уверена, Дженни…
– В процессе я почувствовала отклик техники из нашего убежища, мы точно дома! – в голосе ИИ горело торжество.
– А вдруг это просто будущее и ты чувствуешь похожие сигналы, – стараюсь обнаружить любой подвох.
– Арахнид! – гаркнула Джен. – А новости о том, что нападение читаури было остановлено взрывом ракеты, которую в портал доставили Железный Человек И Человек-Паук, тоже «предчувствие?!» Бегом в Квинс!
Больше повторять мне не нужно было, разве что…
«Дружище, ты не мог бы как-то замаскироваться?»
С самого рождения мы с симбиотом не расставались и он себя никак не скрывал.
«?»
Примерно такой ментальный ответ я получил.
Вздыхаю.
«Попробуй… впитаться внутрь моего тела или как-то спрятаться, чтобы тебя не было видно», – стараюсь донести свою мысль до 999.
Кстати, а я ведь так и не дал ему имени.
Очень сложно с нормальным отношением, зная, что на мне Карнаж… тот самый Карнаж.
И всё же, Раж говорил, что новорождённый симбиот ещё младенец и учится через носителя. Даже наши общие медитации не сильно помогали.
Может, какое-нибудь производное, созвучное с Ражем?
Например, Рез?
Пока я размышлял, симбиотическая ткань исчезла, являя мой костюм.
«Приятель?»
В ответ донеслись только смущение на пополам с чем-то похожим на ожидание, мол «воть».
«Ты молодец», – хвалю клинтарца и в ответ получаю радость с толикой гордости. – «Кстати, как тебе имя Рез?»
После трансляции вопроса, положительные эмоции лишь удвоились.
Подхожу к краю крыши и выпускаю паутину.
Раскачиваюсь на нити и держу путь в тихий спальный район.
Если отец или Майлз с Гвен вернулись раньше, то они точно должны быть либо в Квинсе, либо на моей базе в Гарлеме.
Но отец точно отправится домой.
– Эм… Бенджи? – раздался голос Джен, когда я пролетал через тоннель Квинс-Мидтаун.
– В чём дело, Дженни?
– Я ещё раз перепроверила даты, со дня, когда мы исчезли, – замялась ИИ.
– Да, нас не было два месяца, не удивила, – отвечаю на выдохе.
– Нет, Бенджи, не совсем, – и вновь та же неуверенность.
– О чём ты? – так, а теперь мне страшновато.
– Когда мы переместились было 11 марта 2014 года, а сейчас… перевожу картинку на твои линзы.
Перед моими глазами появляется электронная версия свежайшего выпуска Дейли Бьюгл, датирующаяся выпуском трёхчасовой давности.
14 июля 2014 года.
– Хочешь сказать… прошло четыре месяца? – шокировано смотрю на дату.
– Да.
Надо срочно домой.
Возобновляю полёт, ускоряясь.
А что если меня закинуло через два месяца от того взрыва и все не знали что со мной произошло?!
Отец и мама, они наверняка в ужасе!
Почему-то стало немного стыдно, хотя я понимаю, что вины в произошедшем на мне нет.
Добираюсь до нашего квартала за десять минут.
Приземляюсь в подворотне и врубаю режим маскировки.
Бегу до дома уже в гражданской одежде, сменившую паучью униформу.
Поднимаюсь по ступенькам и стучу в дверь, смотря на совершенно не изменившийся облик дома.
Через несколько минут мне открывают.
– Бенджи? – неверяще произносит молодая рыжая девушка.
– Мама, – отвечаю с неизмеримой теплотой в голосе.
В изумрудных глазах Эм-Джей копятся слёзы и она бросается на шею к своему взрослому сыну.
– Ты жив, – шепчет девушка.
– Да, – отвечаю на объятия.
Перед тем как Уотсон успевает сказать ещё что-то, раздаётся иной голос.
– Мэри, кто там?
В коридоре появляется другая девушка, которую Бенджи с самого рождения воспринимал второй мамой.
– Мама? – Арахнид смотрел на Фел глазами, ставшими размером с блюдца.
Хотя бы потому что она явно была беременна.
Паркер много изучал медицину, да и в Джен были нужные сведения, и сейчас Харди выглядела как девушка, находившаяся на сроке не меньше пятнадцатой недели.
– Значит ты Бенджи, – улыбнулась Черная Кошка, подойдя к юноше. – Рыжик рассказала мне о тебе… спасибо, что прикрыл во время Вторжения.
В ответ на яркую улыбку Серебряный смутился, но затем не мог не задать вопрос.
– Ты… беременна?
После озвученного Харди нахмурилась.
– Где твой отец? – спросила серьёзным тоном супергероиня-воровка. – После того сообщения, которое он мне оставил, я должна ему хорошенько врезать.
– Соглашусь с тобой, Котёнок, – Мэри Джейн подошла к Фелиции и с заботой обняла её за талию, также серьёзно посмотрев на своего сына. – Вас не было четыре месяца, и при этом ты появился раньше своего отца, он послал тебя разведать обстановку, боясь, что его тут ждёт? – уточнила рыжая с огоньком в ярких зелёных глазах.
Сообщения, которые Питер оставил перед своим исчезновением очень серьёзно повлияли на его женщин. И, отнюдь не одухотворённый настрой, его возможных последних слов, не успокоил Мэри и Фел, как мог ожидать Паркер, а лишь заставил их сходиться в беспокойстве.
Если бы девушки неделями не были рядом, поддерживая друг друга, если бы не забота о детях и быт, у произошедшего могли быть совершенно не радужные последствия.
– А разве… папа уже не дома? – уточнил младший Паркер.
После его комментария боевой задор покинул взгляды рыжеволосой и блондинки.
– Хочешь сказать, что ты не знаешь, где Питер? – спросила, с взыгравшим в голосе страхом, Эм-Джей.
И теперь стало страшно самому Бенджи.
– Думаю мне нужно рассказать вам о том, что происходило, после нашего исчезновения, – выдохнул Арахнид, смотря на своих мам, которых охватило беспокойство.
***
В это время.
Тюрьма РАФТ. Блок 3 для суперпреступников.
Джефф проходил между камер и присвистывал.
С момента, когда последствия самого крупного побега преступников из Плота были ликвидированы, ни один охранник не чувствовал себя спокойно в блоке содержания суперпреступников. Многим было спокойнее контактировать даже с насильниками и убийцами, они хотя бы не представляли собой закованные в многотонные костюмы живые танки или говорящее электричество.
Однако, с тех пор как Старк Индастриз, по личной инициативе генерального директора, предоставило оборудование для сдерживания подобных, многим, включая Сайта, стало дышаться в этом месте спокойнее.
В любом случае, он добрался до нужной камеры.
– Доктор Октавиус, – постучал в стеклянное покрытие брюнет.
– Что там, Джеффри? – спокойно спросил учёный, подняв глаза на охранника, оторвавшись от книги.
После прохождения терапии, которая понадобилась Доктору Осьминогу, доставленному в тюрьму вместе с пятью сбежавшими заключёнными, за поимку которых следовало благодарить Паучка, Отто Октавиус изменился.
Доктор Осьминог был образцовым заключённым. Не доставлял проблем, спокойно реагировал на то что его механические щупальца магнитами приковали к стенам камеры. Даже когда, по совету терапевта, приглашённый нейрохирург вновь присоединил оторванное щупальце Осьминога, учёные не изменился, наоборот, казалось, что он очень благодарен начальству и охране, так как, по словам врачей, отсутствие четвёртого манипулятора причиняло Октавиусу ужасную невротическую боль.
– У меня для тебя заказная посылка, Отто, – ответил охранник, открывая небольшой отсек, для автоматической передачи предмета заключённому. – Не знал, что ты любишь поэзию, – хмыкнул брюнет.
– То что в произведениях о Цезаре много крылатых выражений не делает книгу сборником стихов, Джеффри, – выдавил из себя фальшивую улыбку на подобное невежество учёный.
– Как ощущения, от осознания своего скорого выхода на свободу за хорошее поведение? – задал вопрос охранник, решив продолжить беседу.
– Определённо радостные, – ответил в этот раз с истинно радушной улыбкой брюнет.
– Что же, не буду мешать, приятного чтения, – попрощавшись, Сайт удалился.
Как только охранник ушёл, улыбка с лица Октавиуса стёрлась.
Доктор Осьминог действительно изменился, после поражения своей Зловещей Шестёрки, но не совсем так, как думалось психологам и терапевтам.
С того самого дня, как боль от разорванных нервов начала фантомно преследовать Отто, в его голове, будто на повторе, звучали слова героя, вышедшего победителем из их схватки.
Доктор Осьминог всегда проигрывает.
И в один день до Октавиуса дошло.
Осьминог проигрывает, но не Паук.
Учёный выучил свой урок, а в его голове начал рождаться план.
План, который всё изменит.
Навсегда изменит.
***
Сан-Франциско.
Примерно, то же время.
Подвальная лаборатория дома доктора Генри Пима.
Хэнк сидел в кресле и проверял показатели дрона. Месяцы упорной работы и прототип Альтрона был готов.
Но пока это лишь оболочка.
Нужно сосредоточиться на создание матрицы личности. И что послужит основой лучше, чем сверки собственных мозговых волн?
***
Тем же вечером.
Нью-Йорк, Квинс.
Дом Паркеров.
На небольшой уютной кухне за столом сидело три человека. Стоявшие на столе кружки с чаем уже успели остыть. К напитку, на протяжении всего рассказа никто не прикасался.
Долгое время Бенджи рассказывал обо всём, что происходило с ним, его отцом и их напарниками, с которыми тоже неизвестно что случилось. Разумеется, Арахнид опускал некоторые детали, которые отец должен обсудить с мамами лично.
Девушки, не перебивая, слушали своего сына. Для Фел было даже удивительно, как быстро она начала видеть в пареньке своего ребёнка. Повлиял ли на это рассказ Рыжика? Или всё дело в неделях заботы о маленьком Бенджи? Пусть иногда малютки близняшки казались невыносимыми, устраивая им с Мэри настоящие испытания. Особенно когда у малышей резались зубки.
Пока в рассказе Паука из Будущего не было ничего, что заставило бы по-настоящему волноваться за Питера.
– И вот, благодаря Проектировщику, Тотем раскололся на две части, и одна полетела к папе, – на этом моменте шатен замолчал.
– И что было дальше? – в два голоса спросили девушки, видя, как юноше стало неуютно.
– Артефакты начали генерировать ослепляющую белую вспышку, которая стала распространяться по округе, последнее, что я заметил, перед тем как открыл глаза уже здесь, были расколовшиеся статуэтки, – выдохнул Бенджи и с болью посмотрел на своих побледневших мам.
– Ты… хочешь сказать, – заговорила Мэри прерывающимся голосом, – что Питер может…
В ответ девушку за руку взяла голубоглазая воровка.
– Мы не можем этого знать точно, Рыжик, – проговорила Харди, стараясь сама поверить в собственные слова.
В её состоянии нельзя нервничать. Поэтому, ради их с Паучком котят, нужно держаться и верить в лучшее.
– Я уверена, что Тигр в порядке, – сразу сжала руку своего Котёнка рыжая, вспомнив, в каком та положении.
В одном Питер был прав, чтобы ни было, пока его девочки вместе, то со всем справятся. И дождутся возвращения своего мужчины.
Бенджи чуть полегчало, от картины того, как его мамы поддерживают друг друга, несмотря на неизвестность.
Однако ему самому было грустно и страшно. А вдруг папа правда не…
– Бенджи, – раздался сосредоточенный голос Джен в его наушнике. – Я зафиксировала пространственную энергию, похожую на порталы Тотемов.
– Источник? – быстро спросил ИИшку Паркер, подорвавшись из-за стола под удивлённые взгляды своих мам.
– Подвал этого дома, – ответила система.
Ничего не говоря, шатен выбежал из кухни, направившись к подвалу.
Стоило предупредить, определённо растерявшихся от его действий мам, но он не хотел давать семье возможно ложную надежду.
Арахнид быстро добрался до места, который Оригинальный Человек-Паук любил называть своей лабораторией, он лихорадочно сорвал амбарный замок и забежал внутрь.
Паукоботы не подняли тревогу и не предприняли мер сдерживания, лишь потому что опознали генетические маркеры сына своего создателя.
– Где? – потерянно обратился к компьютеру будущего парень.
– В сундуке, – определила источник Джен.
Младший Паркер подошёл к предмету, но в этот раз вандалить не стал. Вряд ли его отец в сундуке, как в каком-нибудь старом комедийном фильме. Ну, или ужастике.
Пока кареглазый шатен искал ключ от запертого ящика, его нагнала мама. И сразу же залепила ему подзатыльник.
– За что? – обиженно поинтересовался Бенджи, отвлёкшись от своих поисков, и огладил пострадавший затылок.
– За то что убегаешь без предупреждения, – ответил с возмущением Эм-Джей, воззрившись на своего сына. – Твоя мать беременна и ей нельзя бегать знаешь ли, – ответила рыжая своему ребёнку.
– Прости, мам, – повинился парень, опустив голову.
– Ладно, – Уотсон заботливо потрепала каштановые волосы. – Почему убежал-то?
– Джен зафиксировала в сундуке энергию, ты не знаешь где ключ от него?
Через минуту Мэри Джейн достала спрятанный ключ и передала его сыну.
Слегка нервничая, Паркер принялся открывать замок как раз в момент появления в подвале Фелиции. Парню ещё предстояло извиниться перед мамой.
Шатен докрутил ключ до щелчка и поднял крышку.
Внутри лежали катаны Человека-Паука, они накрывали доспех Железного паука, повреждения которого выдавала лишь сплавленная грудная пластина. В остальном он был как новенький.
Под бронёй обнаружился красно-чёрный костюм из нестабильных молекул.
И записка.
***
Неизвестное место.
Через неопределённое время.
Питер Паркер.
– Хэй, парень, вставай, здесь тебе не ночлежка, – раздался добродушный, но всё же недовольный голос.
– Что? – задаю вопрос, протирая глаза.
– Говорю тут спать нельзя.
– А где можно? – отвечаю, промаргиваясь и, стараясь осмотреться.
– Точно не здесь, – проговаривает, как оказалось, офицер полиции. – Иди отсюда, пока я не передумал, – добавил коп и ушёл.
Я же старался собраться с мыслями.
Раж, Эни?
Мы здесь, Носитель, – ответила рыжая.
И тоже ничего не понимаем, – добавил симбиот.
Быстрый осмотр подтверждает мои догадки. Я не в костюме. Ни в одном из них.
Логично. Вряд ли полицейский с таким же пренебрежением будил бы парня в супергеройском костюме.
Если конечно в этом мире есть суперы…
Так, не будем о, возможно, худшем развитии событий.
На мне была одежда. Тот же комплект, в котором я когда-то вернулся с Дикой Земли.
Куртка. Джинсы. Кеды. Разве что поверх майки была синяя толстовка с капюшоном. Очень похожая на ту, которую Дел некогда приделала к первому костюму Алого Паука, Бена.
Похоже, что-то начинает проясняться.
Какое отношение к Людям-Паукам из иных реальностей имеет тот парень в капюшоне?
Осмотр одежды дал ещё кое-что.
Я достал из внутреннего кармана конверт на котором было написано «Прочти меня». На русском. А ещё там же была часть Тотема, похожая на ту, которую мне передал при встрече Майлз. Или она же и была…
Ну, класс.
О, а ещё в левом нагрудном внешнем кармане обнаружилась кипа стодолларовых банкнот, обёрнутых резинкой. В сумме там было три штуки баксов.
Аккуратно открываю запечатанное письмо и достаю обычный тетрадный лист бумаги в клеточку, на котором, поставленным почерком, было выведено следующее сообщение:
«Привет, Пит. Уверен, ты в шоке, но не бойся. Дыши. Скажу сразу с Бенджи, Гвен и Майлзом всё хорошо, все они вернулись в ваши миры. Ты же оказался там, где оказался по одной простой причине, — Человек-Паук заслужил небольшой отпуск. Деталь артефакта, которую ты, возможно, сейчас держишь в руках, будет наполняться пространственной энергией ровно тридцать один день. Смотри не потеряй. Через месяц вернёшься домой. А пока, отдыхай. И, желательно, займись подарком Феникса.
Твой друг, Н».
P.S. Только к этой своей семье так душой не прикипай ;)
http://tl.rulate.ru/book/95756/3280070
Готово:
