Цзи Бай могла только наблюдать, как классный руководитель уводит Се Суя, и повернулась, чтобы спросить Чэнь Чжэяна:
— Это ты привел учителя Ляна?
Чэнь Чжэян был слегка удивлен и попытался оправдаться.
— Как такое может быть? Я только что встретил учителя Ляна по дороге и задал ему несколько вопросов. Поскольку в маленьком саду тихо, а также стоят столы и скамейки, я решил прийти сюда.
Цзи Бай знала, что Чэнь Чжэян лжет, потому что, когда он врал, то совершал неосознанное действие, а именно — теребил пальцами свои брюки. В прошлой жизни парень долгое время вводил ее в заблуждение, прежде чем она постепенно обнаружила его привычку.
— Чэнь Чжэян, тебе меня не одурачить, — Цзи Бай спокойно посмотрела на него. — Зачем ты это делаешь?
Чэнь Чжэян не смог скрыть правду, поэтому сказал напрямик:
— Байбай, лучше не связывайся с Се Суем. Он нехороший человек.
Нехороший человек, да?
Цзи Бай очень хотелось ответить на его слова, но она все еще сдерживалась и холодно произнесла:
— Тебе не нужно беспокоиться о моих делах.
— Но я волнуюсь за тебя.
— Та, о ком ты должен волноваться, — Цзи Фэйфэй, а не я.
Иногда она искренне надеялась, что Чэнь Чжэян все еще тот Чэнь Чжэян, который был одержим ее старшей сестрой. Если эти двое смогут стать парой, Цзи Бай считала, что это будет большим благословлением. По крайней мере, они не причинят вреда другим людям.
Неизвестно почему, но в этой жизни интерес Чэнь Чжэяна внезапно изменился, и он стал все больше и больше интересоваться ею.
— Байбай, если ты отвергнешь меня из-за Фэйфэй, я этого не приму.
Цзи Бай восхищалась нарциссизмом этого парня до крайности. Нет, в настоящее время он, возможно, был просто глупцом.
Он не мог видеть, что Цзи Фэйфэй интересовалась им только из-за своего тщеславия, а также не мог понять, что отстраненность Цзи Бай была вызвана раздражением.
— Чэнь Чжэян, говорю тебе в последний раз, в будущем держись от меня подальше.
Когда Цзи Бай закончила свою холодную речь, она развернулась и ушла.
В шесть часов вечера Се Суй вышел из кабинета декана по академическим вопросам.
Естественно, его неизбежно отругали за то, что он издевался над одноклассницей в школе, и заставили написать самоанализ.
На этот раз Се Суй «признал свою вину» вполне искренне, и ему не составило труда извиниться за свое отвратительное поведение, как и написать самоанализ.
Декану по академическим вопросам было нечего сказать, и он мог только отпустить его.
У школьных ворот Се Суй увидел девушку, которая стояла под платаном на перекрестке и с тревогой ждала его.
В тот момент, когда она увидела его, ее ресницы слегка дрогнули, а сжатые губы внезапно расслабились.
Она помахала ему рукой, казалось бы, с облегчением.
Сердце Се Суя сжалось, и в этот момент он понял, что отныне он больше не одинок.
Когда он подошел, Цзи Бай с беспокойством спросила:
— Декан сильно тебя наказал?
— Что он мог со мной сделать? — Се Суй поднял тетрадь, которую держал в руке. — Сказал написать самоанализ.
Цзи Бай укоризненно посмотрела на него и спросила:
— Почему ты сделал это?
— Если бы я не сделал это, нам бы обоим пришел конец. В итоге пришлось бросить машину, чтобы спасти красавицу*.
П. п.: «Бросить машину, чтобы спасти красавца» — метафора, которая обозначает принесение в жертву важных вещей для сохранения чего-то еще более важного.
Се Суй вспомнил, что только что произошло, улыбнулся и захотел отряхнуть ягодицы девушки. Цзи Бай прикрыла себя сзади и отодвинулась от него, не позволяя ему прикоснуться к себе.
— Было больно?
— Нет.
Се Суй толкал свой велосипед и прогуливался с Цзи Бай по аллее, обсаженной платанами. Их листья и ветви шелестели на теплом вечернем ветру.
— Я только что понял, — сказал Се Суй, — пока я в твоем сердце, я не против подождать. Я могу ждать столько, сколько ты захочешь.
Цзи Бай посмотрела на молодого человека рядом с собой. Его голова была слегка опущена, а челка скрывала глубокие глаза.
— Сейчас, когда ты так юна, я не хотел втягивать тебя в это дело, чтобы учитель не обвинял тебя, а одноклассники не дискредитировали.
Его голос напоминал шуршание перьевой ручки по матовой бумаге.
— Я просто хочу спросить, есть ли я в твоем сердце? — он посмотрел на Цзи Бай, выражение его лица казалось нервным, но праведным.
Есть ли он в ее сердце?
Цзи Бай слегка приоткрыла рот, но в конце концов снова закрыла его. Она опустила голову и крепко сжала лямку сумки, накинутую через плечо.
— Да, разве ты не чувствуешь это?
Тихо прошептав эти слова, она ускорила шаг и поспешила прочь.
Теплый весенний ветерок внезапно коснулся груди Се Суя, и он почувствовал, что его сердце вот-вот разорвется от сладости.
* * *
В течение этого времени, как и обещал, Се Суй не ходил в боксерский зал.
Хотя менеджер множество раз звонил ему и говорил, что повысит цену, он больше не появлялся.
По крайней мере, в течение этого периода времени он не мог позволить своему лицу снова окраситься.
Днем в конце марта за несколько часов до начала благотворительного ужина Цзи Бай зашла в дом Се Суя и увидела, как тот надевал сшитый на заказ костюм, который, по его словам, был ему очень к лицу.
Молодой человек стоял перед зеркалом и казался очень энергичным. Хотя его лицо все еще сохраняло молодость, в фигуре намечались зрелые очертания.
Он аккуратно заправил рубашку на талии, опустил голову и расправил одежду. Свет падал прямо на него, из-за чего черты его лица выглядели более глубокими.
Се Суй посмотрел на девушку, стоявшую позади него, и с тревогой спросил:
— Ну как, красиво?
— Красиво, — Цзи Бай разгладила складки его одежды.
Он действительно выглядел привлекательно. Се Суй изначально был типажом, на котором любая одежда сидит хорошо. После того, как он надел официальный костюм, ярость в его образе немного поутихла, и он стал казаться более мягким и сдержанным.
Она притянула его к себе и внимательно посмотрела на лицо. Синяки в уголках его рта почти исчезли, но следы все еще смутно виднелись.
Цзи Бай на мгновение задумалась и достала из сумки пудру и жидкий тональный крем.
У Се Суя возникло дурное предчувствие. Он отступил назад и, защищаясь, спросил:
— Что ты делаешь?
Цзи Бай выдавила на кончики пальцев жидкий тональный крем размером с горошину и сказала Се Сую:
— Я сделаю тебе легкий макияж и закрою синяк.
— Я лучше умру.
Се Суй решительно отказался. Он не мог позволить ей прибегнуть к косметике, которую использовали только женщины. Ни в коем случае, ни в коем случае!
Он скорее предпочтет умереть!
http://tl.rulate.ru/book/95255/3804815
Готово:
