36
Хотя перед Ё Чжуном она всячески это отрицала, Юна знала правду: с самого момента появления на корабле её мучило чувство потери и тревоги из-за того, что её бросили. Невзирая на подавленный вид, во время просмотра архивных данных она ни на миг не сводила глаз с Чёрного Осколка.
Юна втайне поражалась: её кинули, но как в ней может не быть даже капли обиды? Как она может думать о том, чтобы вернуться к тому, кто её оставил?
Заметив, что во взгляде Е Чжу снова появилась искра ясности, она развернулась и пошла дальше. До места назначения оставалось ещё целых пять блоков.
— Похищенных детей делят на группы: крепкие - для черновой работы, слабые годятся лишь для удовлетворения плотских утех, а те, кто способен хоть немного владеют своей силой, сразу отправляются в лабораторию. Но бывают исключения, когда человек ассимилируется и становится частью армии, как произошло со мной. Но суть от этого не меняется. Мы лишь запасные гекатоны, которых в случае экстренной нехватки или массовой гибели подопытных без колебаний пустят в расход. Детей, отобранных для экспериментов, обрабатывают антисептиком на основе RTBD и изолируют в секторе Б.
— Дезинфекция с помощью RTBD? Но ведь RTBD - это те же волны, что и сила Чёрного Осколка. Зачем проводить дезинфекцию этим препаратом? — спросила Е Чжу глухим голосом.
В отличие от Ё Чжуна, навязывающего ей даже ту информацию, которую она знать не хотела, рассказ Юны о подлинном обличье племени ног состоял лишь из сухих фактов. Поэтому, чтобы что-то выяснить, ей приходилось спрашивать самой.
— Поскольку RTBD обладает теми же энергетическими волнами, что и Чёрный Осколок, он вступает в реакцию с чёрным туманом и ускоряет процесс превращения умирающих людей племени глаз. Те, кто погибает сразу после первой дезинфекции по прибытии на корабль или возрождается в виде гекатона, не представляют ценности как экспериментальный материал. Чтобы не переводить на них провизию, их скармливают другим гекатонам.
— Что? С-скармливают? — переспросила Е Чжу, решив, что ослышалась.
Однако Юна с полным безразличием продолжала:
— Тем, кто переживает первый этап, вводят вторую дозу RTBD, превышающую ту, что используется для маркировки. Большинство детей после этого теряют сознание и впадают в состояние апатии. Подготовка к участию в опытах считается завершённой тогда, когда чёрный туман реагирует на препарат, и они застревают на промежуточной стадии, то есть когда они уже не живые люди, но ещё и не ставшие монстрами трупы. Как тот ребёнок, которого ты видела вчера при входе в сектор Б.
— Ребёнок?
— Не знаю, как ему удалось выбраться, но, похоже, он вышел из комнаты сразу после инъекции, прежде чем его успели перевести в лабораторию. Судя по тому, что он решился на побег, теряя сознание, у него была довольно большая сила.
Слова Юны стремительно проникали в сознание Е Чжу, и на их фоне в её памяти всплыл образ малыша, которого она увидела, когда только оказалась в секторе Б. Прячась за колонной, он никак не отреагировал даже после того, как его обнаружили. Ё Чжун тогда, украдкой поглядывая на неё, в ярости требовал немедленно убрать «это». Он казался довольно растерянным из-за непредвиденной ситуации.
— Сразу после введения RTBD. Уровень опасности - ноль.
Только теперь Е Чжу поняла смысл слов, доносившихся из рации Чхоль Су. Похоже, они были в ужасе от того, что ребёнок, который должен был превратиться в монстра, выбрался из заточения и свободно разгуливал повсюду. Е Чжу невольно усмехнулась, вспомнив, как отчаянно Ё Чжун преграждал ей путь, когда она по наивности пыталась заговорить с мальчиком.
— Но почему эти твари охотятся только за детьми?
Е Чжу вздрогнула от собственного вопроса. Если подумать, все представители племени глаз, которых она здесь видела, за исключением мёртвой старейшины в резервуаре, были детьми. Юна тоже была лишь юной девушкой, которой ещё далеко до совершеннолетия. С давних времен существовало негласное правило: даже в разгар войны не трогать пожилых и детей. Но использовать для таких жестоких экспериментов даже не доживающих свой век стариков, а маленьких детей, было за гранью человечности.
Е Чжу передёрнуло от отвращения к бесстыдству Ё Чжуна. Юна искоса взглянула на неё и язвительно бросила через плечо:
— Ты столько времени была с Чёрным Осколком и не знаешь этого?
— Чего именно?
— Чёрный Осколок обычно убивает людей без разбору, но, как правило, старается не трогать детей и слабых. Конечно, с народом времени история иная, но, согласно имеющимся данным, несколько девочек, которые столкнулись с ним, выжили. Из-за этого в подопытные чаще брали именно девочек, но они быстро умирали из-за высокой интенсивности экспериментов.
— Сумасшедшие ублюдки, — процедила сквозь зубы Е Чжу.
Шаг Юны замедлился. Видимо, они пришли к месту назначения. Девушка добавила:
— Девочки на корабле почти закончились, поэтому в последнее время вождь сдерживается. Вместо этого их используют для удовлетворения похоти, о чём я говорила раньше. Нужно же им как-то отрабатывать еду.
Её шаги окончательно затихли. Е Чжу остановилась рядом с ней и огляделась: вдалеке виднелось тусклое свечение. Казалось, они ушли на довольно приличное расстояние от резервуара со старейшиной племени глаз и белой комнаты, где томился юноша с лицом на затылке, которого теперь называли гекатоном.
Юна повернулась к Е Чжу.
— Я была одной из них. У меня не было никаких сил, поэтому мне едва удалось избежать участи подопытной, но меня в любой момент могли притащить сюда. Теперь ты хоть немного понимаешь, что это за место?
Несмотря на полумрак, чистое лицо девушки, лишённое всяких эмоций, болезненно врезалось в память. Е Чжу медленно кивнула. Здесь нечего было понимать. Возможно, в глубине души она уже ожидала чего-то подобного. Радоваться встрече с такими же людьми, надеяться, а потом видеть, как всё рушится - разве не через это она снова и снова проходила с тех пор, как очутилась в будущем, спустя тысячу лет? Двуличие племени ног поражало воображение, но для неё это было лишь очередное пополнение списка безумцев, которых она встретила на своём пути. Разница заключалась только в степени их жестокости.
Юна крепко стиснула зубы. Реакция женщины, называемой Спасительницей, оказалась куда более спокойной, чем она ожидала, хотя той только что открыли все тщательно охраняемые секреты племени ног.
— Конечно, ты не поймёшь.
Её взгляд стал холодным, как сталь. Враждебность, на мгновение исчезнувшая, снова проступила на её лице.
— У тебя на руках нет ни одной мозоли. Сразу видно, что ты и знать не знала о существовании подобных безумных группировок. Наверняка, просто выживала в комфорте, присосавшись к Чёрному Осколку.
Е Чжу не пыталась опровергнуть эти полные злобы слова, потому что в какой-то степени это было правдой.
Юна, не собираясь ждать ответа, просто развернулась и подошла к глухой стене впереди.
— В таком месте я выживала.
Она до боли сжала кулаки, будто вновь вернувшись в то прошлое.
— Когда нас с братом только изгнали из племени, я собиралась его съесть. Родная кровь? Родственные чувства? После того, как я целую неделю жевала одни лишь промерзшие корни, перед глазами всё плыло. Если нас бросили, каждый должен был спасаться сам, а этот бесполезный щенок только и делал, что таскался за мной хвостом. Даже если бы я сожрала его, некому было бы меня упрекнуть. Я ждала, когда он вернётся, чтобы прикончить его и съесть. Но этот придурок пришёл в наше убежище, притащив в руках дохлую замёрзшую крысу.
Юна подняла руку и коснулась серого бетона.
— Если уж нашёл еду, сожрал бы сам, так нет же... Когда я накричала на него, спрашивая, зачем он приволок эту дрянь, он ответил такую глупость, что просто слов не находилось: принёс, чтобы поесть вместе с сестрой. Дебил. Из-за этого у меня ничего не вышло. Надо было сожрать его тогда.
Юна прикусила губу, словно действительно сожалела об упущенном, и, искоса взглянув на Е Чжу, продолжила:
— Раз съесть не получилось, я решила бросить паршивца и уйти с замерзающего Южного континента. Бесполезный ребёнок был для меня только обузой. Я дождалась, пока он уснёт, и выбралась наружу, но мне не повезло. Я наткнулась на охотника за глазами. Обычно они преследуют детей и тех, кто слабее их. Считается, что если съесть чужой глаз, можно сохранить остатки сил. И вот когда этот ублюдок схватил меня и уже живьём выдирал мне этот глаз...
Она внезапно повернулась к ней и постучала пальцем по повязке.
— А-а-а-ах...
Е Чжу показалось, будто откуда-то донёсся крик, полный невыносимой боли.
— Мой брат привёл тех самых людей из племени ног, что выслеживали детей племени глаз. Ходили слухи, что попасть в их логово – значит обречь себя на верную смерть. Мы едва спасались, прячась от них, а этот идиот сам притащил их к нам. Глупый щенок. Оказавшись у них, мы всё так же оставались на самом дне. Без силы это было неизбежно. К счастью, брат смог выслужиться перед одним из них и стал мальчиком на побегушках, но а я, девчонка без способностей, отощавшая от голода, была заперта в секторе Б. Если бы я не смогла оттуда уйти, меня бы насиловали по кругу, пока я не сдохла бы от болезней и меня не выбросили на корм гекатонам.
— Кх... — Е Чжу, до этого хранившая молчание, впервые издала звук.
Это скорее походило на судорожный вдох, чем на реакцию. Однако во взгляде Спасительницы, прикованном к ней, не было ни капли жалости или сострадания. Благодаря этому Юна смогла спокойно продолжить:
— Этот дурак, узнав, что со мной творят, наплёл людям из племени ног, будто я вижу будущее. Меня изгнали за неспособность видеть даже прошлое, какое уж там будущее? Но я не могла упустить шанс вырваться из той выгребной ямы. Стать частью гекатона для меня было хуже смерти. После разговора с глазу на глаз с одним из капитанов, я удостоилась высшей чести среди всех моих соплеменников, пригнанных сюда. Я стала полноправным членом племени ног. По глупости я думала, что наконец-то выбралась из ада. Но это был не так. Племя ног требовало предсказаний каждый божий день. Я жила в постоянном страхе, не зная, когда моя ложь раскроется, — Юна развернулась к Е Чжу и посмотрела ей прямо в глаза. — Может, из-за жуткого психологического давления, но я увидела видение... будущее, где ты появляешься на этом корабле. Я... ха... я действительно увидела будущее. Это было то самое легендарное зрение, с которым рождаются в племени глаз раз в тысячу лет, не чаще.
Она горько и бессильно усмехнулась, будто сама до сих пор не могла поверить, что эта женщина действительно явилась в логово племени ног. Вдруг Юна резко стиснула зубы и процедила:
— Мне было плевать, видение это или галлюцинация. Я и так уже завралась по самое не хочу, одной ложью больше, одной меньше - какая разница? К тому же я ведь это не выдумала. Когда я сказала, что увидела в будущем Спасительницу, тогда я впервые встретилась с вождём. Этот ублюдок спросил, что я готова поставить на кон, чтобы подтвердить истинность своего пророчества. Смешной человек. Что я, по-твоему, могла поставить? Как думаешь?
Е Чжу ничего было сказать.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/94213/16580583
