В конце концов, Кан Юк дал ему пять дней.
- У него тоже анемия, - подумал Кан Юк, разглядывая внутреннюю сторону век Сон Ёна – она была очень бледной. Должно быть, он потерял много крови из-за геморроя. С этой информацией Кан Юк понял, что больше не может откладывать лечение, ведь состояние последнего было очень серьезным.
Из-за этого график стал очень напряженным.
- Дольсок, всё готово?
- Да, но вы будете это использовать?
Дольсок указал на снадобье, которое Кан Юк держал в руках. По запаху и цвету оно напоминало обычное лекарство из любой восточной лечебницы. Но если вникнуть в детали, становилось ясно – это совсем другое.
- Да, конечно, буду. Оно оказалось безопаснее, чем я думал.
- Но из-за него умерло много собак, - как и сказал Дольсок, это было не обычное снадобье. Это был своего рода яд, состоящий из Сёмсу и Чоу. Устрашающее действие этого средства было хорошо известно Мак Бона и Ёни. - Пожалуйста, господин… обдумайте еще раз.
В стороне Мак Бон дрожал, а Ёни и Ёджу выражали схожие эмоции на лицах.
В этот момент лишь Кан Юк был спокоен.
- Я начну с половины дозы, которая оказалась безопасной для собак. В любом случае, они уже были бы трупами, если бы я не привел их сюда.
Он указал на бандитов, которые тащили рисовую солому, не зная своей судьбы. Раньше они были разбойниками, но теперь стали верными слугами. Они были преданы Кан Юку, так как он обеспечивал их трехразовым питанием.
В особенности они были очень ценны для Дольсока, поскольку делали за него много чего.
- Что вы имеете в виду под "уже были бы трупами"?
- Это правда. Помнишь, когда они впервые напали на нас?
- Да, помню. Однако, теперь они больше не плохие бандиты.
- Тогда мы можем кое-что компенсировать. Они дали мне палки и цепи, а я даю им это снадобье.
Сделка казалась справедливой, вот только цепы и дубины в их руках совсем не пугали. Зато лекарство… Вот оно-то наводило ужас. Особенно на тех, кто видел, как оно убивает собак.
– Я не хочу убирать трупы.
– Этого и не будет. Они не умрут.
– Ладно. Раз настаиваешь, я согласен. – Дольсок неловко замахал руками.
Теперь, когда бандиты были обучены, он мог вызывать их жестом.
– Вы звали, господин? – С довольной ухмылкой подошел человек с цепом. Он, как и остальные, сильно вспотел, ведь они с раннего утра трудились. За ним стояли парни с дубинами.
– Молодцы!
– Нет, господин. Это вам спасибо, что позволили жить здесь.
Человек с цепом был их старшим. Он неважно махал своим оружием, зато болтать умел складно. Слыша его слова, Гангхюк улыбнулся.
– Хорошо. Сегодня вы больше не работаете. А теперь примете лекарство.
– Лекарство?
Услышав это слово, он широко раскрыл глаза. Все из-за Дольсока, который любил прихвастнуть. Они уже наслышались, что Гангхюк – очень известный лекарь в Сувоне.
«Раз такой знатный доктор дает лекарство, значит, оно точно хорошее», – подумали они. Вот только лекарство было не тем, чего они ожидали.
– Да, лекарство.
– Только мне?
– Нет, всем вам. – Гангхюк указал на пять мисок. Во всех было что-то налито, только разное. В самой правой была густая жидкость, а чем левее, тем жиже.
– Спасибо, господин! – поблагодарили они, не зная, что их ждет. Макбон и Ёни отвели взгляды – они уже привязались к этим ребятам, хоть и колотили их. А вдруг те сейчас начнут корчиться в пене?
Но Гангхюк даже глазом не моргнул и подвел человека с дубиной к самой левой миске.
– Вот, возьми и ложись там.
– Ложиться?
– Да… Так лекарство действует лучше.
На самом деле, он хотел просто не дать им упасть замертво. Пришлось соврать ради их спокойствия, в голове крутилась мысль, что цель оправдывает средства.
И вот, разбойники с дубинками выпили лекарство и улеглись на землю. Последним был тот, что с цепом.
– Это тебе.
– Кажется, покрепче… – Не только запах, но и цвет заметно отличался.
– Ты же атаман.
– Спасибо!
Канхёк дал ему самую сильную дозу – потому что он был самым крупным. Но атаману об этом, конечно, не сказал.
*Глоть!*
Атаман, закрыв глаза, выпил лекарство и не забыл воскликнуть:
– Ка-а-а!
Канхёк помог ему улечься, а тем временем остальные, кто ждал в сторонке, подошли поближе.
Тут же заговорил Дольсок:
– Они что, всё?
– Куда «всё»? Спят просто.
В этот момент вставила свое слово Ёджу:
– В стихах смерть сравнивают со сном. Как говорил мой отец, у тебя неплохие способности к поэзии.
– Да нет, что вы…
Поэзия! Он же за всю жизнь ни одной поэтической книжки не открывал. Канхёк тряхнул головой и подошел к тому, кто спал дальше всех влево.
– Хорошо спит.
– Ещё и храпит, – Макбон попробовал проверить, дышит ли тот, поднеся руку к носу и рту. Вроде живой, по теплому дыханию. Спит так крепко, что даже рук перед глазами не замечает.
– Дольсок…
– Да, господин?
– Ущипни его за бедро вот этим, – Канхёк поднял пинцет.
– Вы что, их усыпили, чтобы потом будить?
«Что за дурацкая привычка?» – Дольсок непонимающе смотрел на Канхёка.
– Опять не слушается. Ёни…
– Да, господин.
Когда бы Дольсок ни жаловался или не слушался, Канхёк применял этот метод. Стоило позвать Ёни, как та почти автоматически пинала его. И всегда попадала точно в спину, независимо от того, как располагались они до этого.
Глухой удар, затем стон.
- Ох!
- Ущипни…
- Есть, сэр.
После очередной воспитательной процедуры Дольсок засучил штаны мужчины, чтобы ущипнуть его икру. Однако тот не проснулся, даже когда Дольсок хорошенько потряс его.
- Сейчас?
- Да, сейчас.
- Хорошо, господин.
Дольсок посмотрел на пинцет, который дал ему Канхёк. Он был необычный – с зубчиками. Ущипнув таким, можно было не только причинить сильную боль, но и заставить выступить кровь.
- Можно приступать?
- Да, Макбон.
- Нет, господин! Этим займусь я, - видя, как разворачиваются события, Дольсок в отчаянии поспешно ущипнул спящего мужчину пинцетом.
- А-а-а!
Мужчина проснулся с криком, и Ёджу тут же записала это в свою тетрадь. Одновременно она пометила и комментарии Канхёка.
- Да, этого было недостаточно. Следующий.
- Э-э, почему я здесь? - проснувшийся мужчина не помнил, что принимал лекарство и заснул. Эта неожиданная побочная реакция понравилась Канхёку.
- О, отлично. Пожалуйста, запишите, что оно обладает эффектом экмнезии.
- Что означает экмнезия?
Ёджу не стеснялась задавать вопросы, если хотела что-то узнать. И когда она начала вести записи для книги, эта её особенность проявилась ещё ярче. Она не хотела допустить ни одной ошибки.
Канхёк тоже желал этого, поэтому подробно ей объяснил.
- Проще говоря, он не помнит то время, которое прошло после принятия лекарства.
- Ага! - Пока Ёджу делала запись, Макбон тоже заинтересовался.
- Совсем не помнит?
- Да, не помнит времени после приёма лекарства. Почему вы спрашиваете?
- Нет, господин. Просто любопытно, - Макбон расплылся в похотливой и злобной ухмылке. Канхёк мог представить, для чего он хотел бы это использовать.
- Тебе это и без этого хорошо удаётся.
- Что? Что вы думаете, я собираюсь делать?
- У тебя на лице всё написано.
- Нет, господин. Совсем нет.
- Уходи.
- Да, господин…
Переведя взгляд с Макбонга, Канхёк посмотрел на другого мужчину. Тот спокойно и глубоко дышал во сне. И судя по стекающей изо рта слюне, спал он крепче первого.
- Дольсок, ущипни его.
- Да, господин.
Дольсок уже привык к этой процедуре.
- Эх!
С пронзительным криком проснулся и этот мужчина. Но, в отличие от первого, пришел в себя не сразу, все еще пребывая во власти сна.
- Отлично. Похоже, действует лучше, чем на первого.
- Да, господин, - Ёчжу утвердительно кивнула, быстро работая руками.
Третий также не выдержал щипцов. А вот четвертый оказался особенным. Дольсок смущенно сказал:
- Господин, он не просыпается.
- О, прекрасно!
Это был хороший знак. Убедившись в этом, Канхёк снял с мужчины куртку.
- Господин, что вы делаете?
- Икра – менее болезненное место.
Чтобы проверить, не разбудит ли его порез кожи, требовался более сильный стимул. Поэтому Канхёк сильно надавил ему на грудь своим массивным кулаком, вызвав стон.
- Эмм…
Было странно. Несмотря на причиняемую боль, казалось, он наслаждается, издавая непристойные звуки: «Эмм… Эмм… Нет, не там…»
Мужчина не проснулся, значит, лекарство подействовало. Увидев это, Канхёк должен был бы обрадоваться, но вместо этого почувствовал гнев.
- Почему он ведет себя так?
В этот момент к нему подошла Ёни и сказала:
- Этот человек странный.
- Правда?
- Да… Он всегда улыбался, когда его били. Сначала я думала, что мне показалось. Но потом убедилась, что он всегда смеялся или улыбался, когда его били.
- Ему нравилась боль?
Все возможно. Мир велик, и извращенцев хватает.
- С таким я не знаю, что считать нормой.
Как говорится, тот, кто старается, не победит того, кто наслаждается. Так что проверять на нем реакцию на боль бессмысленно.
- Давай разбудим его.
– Как мы можем его розбудить?
Розбудить человека из-под наркоза можно тремя способами: во-первых, использовать противоядие.
«Нет. Такое лекарство невозможно найти.»
Второй способ – ждать, пока он очнется сам. Так безопасно, но ждать не хотелось.
«Этот тоже не подходит.»
Третий способ – розбудить сильным раздражителем. Ганхёк кивнул.
– Ударить его сильно, но так, чтобы не причинить вреда.
– А, да.
Ёни хоть и показалось это немного жестоким, последовала приказу. Она подошла и без всяких приготовлений засунула палец ему в ухо.
– Эок!
От резкой боли мужчина попытался немедленно встать. Но ноги его не держали.
– О, при меньшей дозе мышцы расслабляются.
– Что это значит?
– При такой дозе мышцы теряют силу.
– Ага! – Ёджу быстро записала все эти важные моменты.
– А если ввести слишком много, человек может умереть.
– Почему так?
– Потому что дыхание тоже зависит от мышц. Если все мышцы расслабятся, он больше не сможет дышать.
– Понятно. Я у вас научилась многому, без сомнения.
Ёджу выглядела очень мило, когда говорила это, так что Ганхёк довольно рассмеялся.
– Ха-ха… Давайте посмотрим последнего.
Мужчина лежал там как труп. Он был больше всего похож на пациентов, которых он видел в операционных.
«Глубота сна довольно серьезная.»
Тем не менее, лекарство не остановило дыхание мужчины, это было видно по тому, как его живот ритмично поднимался и опускался. На этом этапе, если он не реагировал на боль, эта доза была бы наилучшей.
– Дольсок…
– Да, господин… Нет реакции, господин.
– Хорошо!
Убедившись в этом, Ганхёк нажал на грудь мужчины. Однако тот не проснулся даже от сильного нажатия его большого кулака. Он иногда стонал, но это было еще допустимо.
«Хорошо… Это та самая доза!»
Канхёк примерил на глаз комплекцию Рю Сонёна и главаря разбойников. Главарь оказался немного меньше.
«Значит, возьмём дозу для четвёртого человека», – решил Канхёк.
Все равно он собирался использовать местный наркоз, так что теперь можно было считать, что он хорошо подготовился.
– Хорошо. Передай ему, что мы готовы.
– Да, господин.
http://tl.rulate.ru/book/92931/6494702
Готово:
