Еще недавно большинство сотрудников True, включая Гиль Джунёна, относились к череде событий, связанных с Он Раоном, довольно легкомысленно.
Ведь уже не раз бывали случаи, когда доведенные до предела стажеры прекращали свою деятельность и увольнялись.
Настолько суровой была эта индустрия.
В True считали: чтобы стать звездой, нужно быть готовым вынести подобное.
Каким бы талантливым ни был стажер, если он не мог выдержать путь до дебюта, с ним было покончено.
Но теперь, когда Он Раон заявил о себе в «Выбери свое сердце», в компании начали поговаривать, что его исключение, возможно, было поспешным решением.
В настоящее время его имидж в глазах публики был весьма положительным.
После выступления Он Раона с песней «Ольссу-Ольссу» в «Выбери свое сердце-3» упоминаемость проекта в категории развлекательных шоу превысила тридцать процентов.
Во время эфира его имя взлетело в топ поиска в реальном времени, а по итогам последнего выпуска он вошел в тройку самых обсуждаемых участников.
Теперь многие задавались вопросом: «Как такой талантливый парень мог занять лишь четырнадцатое место в первом раунде?» Появились даже прогнозы, предполагающие, что во втором он может подняться на самую вершину.
В True еще ни разу не было случая, чтобы стажер, потерпевший такое сокрушительное фиаско, как Он Раон, смог так блестяще вернуться в индустрию.
Гиль Джунён, когда-то считавший, что, отправив безнадежного Он Раона на шоу, он выполнил свой долг перед стажером, которого лично привез из-за границы, теперь передумал.
— Хёнджин, я всегда полагал, что взрослым не стоит вмешиваться в детские разборки.
От этих слов у О Хёнджина, и без того напряженного, сердце ушло в пятки.
Персонал годами закрывал глаза на травлю в залах для тренировок. Она была всегда, лишь объекты менялись. Из-за этой безнаказанности издевательства становились только жестче.
«Почему он об этом заговорил? Неужели хочет поднять старые дела?»
С того самого дня, когда он увидел Он Раона на съемках «Выбери свое сердце» — спустя месяцы после того, как тот на рассвете собрал свои вещи и ушел из общежития стажеров, — его не покидало смутное беспокойство.
За столь короткое время кое-что изменилось: Он Раон, выглядевший смертельно бледным, как призрак, теперь излучал энергию и жизнь.
Он был таким же, каким когда-то впервые переступил порог True — полным ожиданий, волнений и мечтаний.
Более того, он уже не казался таким послушным, как раньше.
На самом деле для первого конкурсного выступления О Хёнджин планировал собрать команду исключительно из стажеров, испытывавших к Он Раону неприязнь, и добавить его в состав в самый последний момент.
Хотя из-за небольших осложнений в команду попал и Бан Ёхан, он решил, что это не имеет большого значения.
Судя по тому, что он видел во время оценки наставников, Он Раон еще не полностью восстановил свои навыки, поэтому О Хёнджин планировал поставить его на место.
Разумеется, причина неприязни стажеров к Он Раону, которого они даже толком не знали, крылась в самом О Хёнджине: он намеренно искажал факты, говоря: «Он был изгоем в нашей компании, и на то были веские причины».
Но все пошло не по плану.
Парень, который раньше выглядел таким сломленным, что не смел поднять глаза от страха, с каждым днем все увереннее заявлял о себе.
«Возможно, он был не таким уж сломленным…»
Вспомнив, как Он Раон, несмотря ни на что, продолжал приходить на тренировки даже в самые тяжелые времена, Хёнджин ощутил леденящий страх.
«А что, если… Что, если Он Раон расскажет, как я над ним издевался?»
Тревога не давала ему покоя, потому что он был виноват.
О Хёнджин не был ни добрым, ни праведным.
И тех, кто мог бы подтвердить историю Он Раона, восстановив тем самым справедливость, было предостаточно.
Даже если сам Он Раон так и не заговорит, никто не знает, когда и где может просочиться информация.
Многие могут рассказать правду. Сотрудники, которые слишком поздно начали жалеть Он Раона, стажеры, ушедшие из компании, другие стажеры, мечтающие занять его место и получить такую же поддержку руководства.
Эта история стала настолько известной, что дошла даже до Кан Джиу, стажера из другой компании.
Правда могла всплыть от кого угодно.
Хотя конкуренция среди стажеров ни для кого не является секретом, если станет известно о жестокой травле, выходящей за все допустимые рамки, его карьере (да и репутации как человека) придет конец. Он будет уничтожен.
Холодный пот струился по его спине.
Он уже знал, что должен сказать.
— Мне очень жаль.
— Хорошо, что Раон — добрый парень. — Эти слова прозвучали так, словно Гиль Джунён намекал, что Он Раон согласится скрыть правду. — Говоришь, он почти ничего не помнит из прошлого?
— Да.
Хотя Он Раон на протяжении всего этого времени довольно успешно справлялся с критическими ситуациями, тем, кто помнил его прежнего, было трудно не сомневаться, потому что он изменился настолько, что казался совершенно другим человеком.
Взгляд Гиль Джунёна вновь переместился на медицинское заключение Он Раона, выведенное на монитор.
[Основные проблемы: ухудшение памяти, снижение когнитивных функций…]
— В любом случае не вздумай его провоцировать. А если он вдруг начнет вспоминать прошлое — падай на колени, предлагай компенсацию, делай что угодно, чтобы получить его прощение.
О Хёнджин застыл.
— Я сказал: никаких проблем. Ты меня понял?
— Да…
Короткий ответ выдавал его отчаянную надежду: «Пусть Он Раон ничего не вспомнит. Вообще ничего».
* * *
Сегодня был день съемок второго объявления рейтингов. Позавчера вышел седьмой эпизод, где показали оставшиеся выступления команд, а сегодня днем завершилось второе голосование.
И у меня было очень плохое настроение.
Сперва ко мне подошел продюсер Чо Инсу и начал долго и нудно рассказывать о том, как он «извлек из меня пользу». Слушать это было просто невыносимо.
А потом нарисовался еще и О Хёнджин. Он подошел с каким-то непонятным выражением лица, угостил меня закусками и тут же ушел.
Два человека, которых я меньше всего хотел видеть на съемочной площадке, появились один за другим и испортили мне всё настроение.
Ладно Чо Инсу, он был очень доволен рейтингами, которые взлетели буквально до небес, но я не мог понять поведение О Хёнджина.
Он же меня ненавидит. С чего вдруг такая щедрость?
«Впрочем, я даже знать не хочу».
Объявление рейтингов прошло в еще более напряженной атмосфере, чем в прошлый раз.
Тэй из нашей команды едва не вылетел, он занял тридцать четвертое место, а Нагасэ Рицу поднялся чуть выше — на двадцать седьмое.
А вот Кайл… скорее всего, его исключат.
Сомун Гёль занял седьмое место.
Помимо появления на сцене, эфирного времени у него почти не было, но реакция на его выступление была не хуже, чем на мое, поэтому я думал, что он займет более высокое место.
Мне это показалось немного странным.
— А теперь мы объявим стажера, занявшего третье место. Этот стажер показал отличное выступление, исполнив ремикс на «Court Music» и «Fly High». Его рэп был настолько зажигательным, что заставил наших генеральных директоров пританцовывать.
Из оставшихся в команде «Ольссу-Ольссу» стажеров в топе были только Цзин Сяо и я. И мы оба читали рэп.
Взгляды других стажеров устремились на нас.
http://tl.rulate.ru/book/92373/6201184
Готово:
